— И что же ты, просто уйдешь? Даже не подкинешь меня до города?
— Тут недалеко, — усмехнулся похититель и одним движением встал на ноги — Но если уж ты просишь тебя подкинуть…
Соломон попытался подняться и, вскрикнув, упал обратно на пол. Ноги совершенно не чувствовались.
— Давай помогу — приглушенно произнёс похититель, а в следующий миг его рука вцепилась в воротник. Риз почувствовал, как его, приподняв, куда-то волокут. Соломон попытался отбиваться, сопротивляться, но ни ноги, ни руки его не слушались. По мышцам разливалась боль, нельзя было пошевелить ни пальцем, и всё, что мог Риз — заорать во всю мочь.
А затем похититель швырнул его в стену. Лишь на миг Соломон почувствовал опору за спиной — старая кладка треснула, разлетелась от удара, и Риз полетел в пустоту. Он ещё успел проклясть похитителя, прежде чем раздался хруст его собственных костей, и невыносимая боль растеклась по телу.
Глава 29. С чистого листа
Раньше Айрин считала темницы Дома Стражи приемлемым местом. Оказавшись по другую сторону решётки, она изменила своё мнение. Свет, ярко светивший на половине стражей, сюда доходил тусклым и и холодным, каменные стены сочились сыростью, уборным отверстием можно было пользоваться лишь ночью.
Но всё это было терпимо — до тех пор, пока следователь не спросил о убийце Декруа. В тот момент Айрин будто бы пробило молнией. Она смогла всё отрицать лишь потому, что пыталась понять, как он догадался. Позже, в камере, она осознала весь ужас своего положения.
Той ночью никто не заткнул Зверя, когда он вновь принялся оскорблять её. Видя его безнаказанность, начали зубоскалить и остальные заключенные. Слушая их отвратительный шепот, доносящийся из темноты, Аури чувствовала, как отчаяние сменяется ненавистью. К узникам. К следователю. К стражам. К мэру города, командиру Стражи, к шевалье, чьим слугой был Зверь.
К родителям.
«Нет, нет, нет — в ужасе оборвала себя Айрин, впервые разозлившись на родителей — Они тут не при чём!»
А голоса всё звучали и звучали, и Айрин осознала, что они раздаются в её голове.
— Кто помогал тебе сражаться в подземельях? Кто помог с первым убийством человека? А на поле перед королевским дворцом? Одна, всё время — одна…
— Но мне помогли в борьбе с шевалье! — шепотом возражала Аури — И вытащили со стола Людоеда.
— Потому что им это ничего не стоило. Но рискнут ли они ради тебя своими жизнями? Своим благополучием?
— Валери… — шептала Айрин.
— Она ничего не сделает. Ты одна… лишь ты одна можешь себе помочь…спасти…
— Я не могу, — в отчаянии говорила Айрин — Я никак не могу изменить…
— Вспомни, кто каждый раз даровал тебе победу. Смерть. Каждый раз, чтобы победить, ты убивала.
— Я… я не могу убить Риза.
— А если бы могла? — нашёптывал голос.
— Что толку рассуждать! — срывалась Аури на крик и с силой сжимала свою голову — Это всё бред. Выдумка. Я говорю сама с собою!
Но голос не умолкал, час за часом убеждая Айрин, что она — обречена.
— …следователь отправит тебя к дознавателям…
— …снова пытки, боль, без шанса на спасение…
— …одна, совсем одна…
Уткнувшись лицом в колени, Айрин пыталась вызвать в себе надежду, вспоминая лучше моменты жизни. Детство с родителями. Проделки с Валери. Знакомство с принцем. Прогулки с шевалье. И каждый раз, осознавая, что потеряла всё это, девочка испытывала горечь и злость. И постепенно злоба вытеснила всё остальное, сменившись яростью и, наконец, когда взошло солнце, Айрин испытывала лишь бешенство.
— Убью… убью… убью… — Аури уже не могла понять, она ли это шепчет, или голоса внутри. Теперь ей в голову лезли темные, страшные воспоминания. Об убийствах. О сражениях. Вновь об убийствах.
— Лишь так ты справлялась с бедами — шептал голос — Одна… всё время одна…
Роу не притронулась к еде. Стражи, торопливо забирая поднос, молчали. Она ни от кого так и не дождалась слов поддержки. Утешения. Лишь лживые слова следователя. Айрин видела, как он подошёл к камере со Зверем, слышала их разговор, и не сдержалась. Она прокляла его, искренне и от всей души, мечтая о том, как выберется и перережет ему горло. Но выкрикнув свои угрозы, девочка села на пол, забилась поглубже в угол, и, сжав зубы, беззвучно зарыдала. От страха, от тоски, от безнадёжности. И ещё одна ночь, и оскорбления, и тоска, и голоса в голове. Она не заметила, как наступило утро, день, и очнулась, лишь когда Боуден подошёл к её темнице. Услышав, как замерли его шаги, Роу медленно подняла голову и посмотрела на капитана.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что ещё? — равнодушно спросила Айрин.
— Следователь погиб.
— Что?
У Айрин перехватило дыхание. Тяжело опираясь о стену, она поднялась и подошла к решётке.
— Как это — погиб? Что с ним случилось?
Кинув быстрый взгляд на солдат, Боуден прислонился к решётке.
— Его нашли на заброшенных складах. Похоже, будто бы он напился, полез туда, а там стена не выдержала. Что он там делал — непонятно. Да и вообще, дело тёмное.
«Вот видишь, — шепнул голос — Стоило лишь попросить».
— И что же теперь будет?
— Ничего хорошего — покачал головой капитан — Виндор отправил посыльного в столицу. Командир приказал с тебя глаз не спускать. Мэр послал в ближайший гарнизон за солдатами.
— Зачем это?
— Зачем? Ты что, не понимаешь, что произошло, Роу? — Боуден перешёл на шепот — Следователя убили, понимаешь? И скоро сюда прибудут те, кто будет спрашивать уже за его смерть. Нам — нам, страже — доверия больше нет. Спаси нас всех Свет, — устало закончил капитан и пошёл прочь.
— А что же я? — прошептала Аури, опускаясь на каменный пол. И тут же вскочила — А вы передали послание Валери?
— Передал, — не оборачиваясь, ответил капитан.
Этой ночью тьма в камере словно бы живое существо подползла к Аури, осторожно коснулась её, а затем начала взбираться по телу. Айрин не сопротивлялась, пока её полностью не поглотило и знакомый голос не раздался над ухом.
— А что насчёт твоих зубов?
С криком девочка проснулась, и в ужасе огляделась, не понимая, как она очутилась в этом подземелье.
— Неужели я стал тебе сниться, Роу? — прозвучало из противоположной камеры, и Айрин, сообразив, где находится, едва не рассмеялась от облегчения. Всего лишь темницы Плесиля. Впрочем, больше в ту ночь Айрин не заснула.
Барон Лекруа шагал по коридорам королевского дворца, и всякий, кто его видел, спешил уступить дорогу. Поднявшись по лестнице, барон остановился перед двумя фигурами в белых доспехах. Королевские гвардейцы, расступившись, распахнули перед ним дверь в кабинет короля. Сам Веласкер обсуждал с одним из смотрителей строительство второго моста через озеро. Увидев выражение ярости на лице Лекруа, смотритель поспешил откланяться и удалиться.
— А, барон, доброе утро — приветствовал король своего министра — Хотя вижу, вы собираетесь мне его испортить.
— Извините, ваше величество, но у меня и впрямь плохие новости, — склонил голову Лекруа — Один из моих людей был убит.
— Вот как? — удивился король — Когда? Как? Вы знаете виновных?
— Точных имён у меня нет, государь, но это лишь вопрос времени. Незадолго до своей смерти он прислал запросы о интересующем его человеке. Так что главный подозреваемый у нас есть.
— И кто же это?
— Барон Велингвар.
Веласкер издал изумленный возглас и посмотрел на следователя.
— Как это — Велингвар? Вы вели расследование против барона — и не сообщили мне?
— Нет, ваше величество. Дело в том, что расследование велось против одного из людей барона. Были выдвинуты обвинения против Айрин Роу.
— Айрин Роу… погодите! Это же та девочка?
— Совершенно верно, ваше величество.
Король замолчал, задумавшись.
— Скажите, Лекруа — что точно произошло с вашим следователем?
В двух словах Лекруа рассказал о случившемся, добавив, что ни о каком несчастном случае и речи не идёт.
— Понятно. И что вы намерены предпринять?
