Приближающиеся к дворцу волнения побудили его обитателей к беспорядочным перемещениям, в которых мнимой служанке не составило труда затеряться. Оника и представить не могла, насколько людным окажется дворец: чаще всего ей встречались церковники, бегущие к основным входам и слуги, мечущиеся без четкого понимания происходящего и путающиеся под ногами бойцов.
Оказавшись в самом центре разворошенного муравейника, Оника осознала, что данное ей одеждой и суматохой преимущество полностью перекрывается усложнениями в поисках Кристара. Сомнительной была вероятность, что он сидит где-то и ждет, предчувствуя ее приход.
— Скорее всего, мальчишка будет в своей комнате под усиленной охраной. Сейчас слишком свежо для чтения в саду, а время, выбранное нами для начала действий, исключит возможность совпадения с обеденной трапезой, — сказал ей вечером Дэрк, сидя у карты освещенной пламенем костра. — Спальни благородных особ, к которым во дворце принято относить и воспитанника Арноры, находятся на третьем этаже. Направляйся туда. Если он и будет в другом месте, то стража постарается вернуть его к себе в комнату. Это распоряжение Арноры. Дворец всегда готов к возможному нападению магов.
— Разве это не побудит Всевидящую Мать привести в исполнение свою угрозу касательно жизни Кристара? — единственным сомнением Оники оставались последствия мятежа.
— Не все маги в Огнедоле подчиняются Сапфиру. Арнора это понимает, и не будет горячиться. Она знает, или, вернее, думает, что мятежники — сами себе указ, и, если из-за очередного бунта, который будет подавлен силами того же Ордена, она навредит мальчишке, ей придется иметь дело с вышедшим из-под контроля Командором.
Пробежав вдоль длинного коридора, Оника оказалась в северном холле первого этажа, с которого наверх вели две широкие лестницы. Между ними расположился северный выход в сад, перекрытый рядом стражи.
«Если они так и будут стоять, в дальнейшем станут нежелательным препятствием, с которым придется разобраться», — пронеслось в голове девушки.
Она отскочила к стене, едва не сбитая с ног бегущим отрядом церковников, не замечающих кого-либо на своем пути.
— Не стой долго на одном месте, особенно если увидишь церковника с татуировками на голове. Это отличительная черта ментальных магов, — в их разговоре Дэрк уделил внимание всем важным моментам. — Если повстречаешься с таким — даже если он просто пробежит мимо — уноси оттуда ноги. Арнора держит при дворе целую ораву ментальных магов, которые могут почувствовать в тебе силу укротителя стихий. Не сразу, им нужно сосредоточиться для этого, но если кто-то из них обратит на тебя внимание — придется убить его. Незаметно и быстро. Помни, что их основная задача — подавлять других магов. У нас нет времени обучать тебя, как скрывать свою силу, так что в случае чего, будем полагаться на твою врожденную способность противостоять ментальным атакам.
Оника неслась вверх по лестнице, когда по дворцу разошлась дрожь от удара. Мятежники слишком быстро добрались до сердца Берилона и начали штурм. Девушка со всех ног припустила по просторной галерее, что вела к единственной лестнице на третий этаж. В высокие окна, мелькавшие по левую руку, рвались картины разразившегося на площади перед дворцом боя мятежников с уступающими им в числе силами Ордена Смиренных. Справа же тянулась стена, увешанная портретами предыдущих Всевидящих Матерей, с нечастыми вкраплениями массивных дверей. Здесь церковников было меньше, зато горничных, спешащих наверх и вниз, каждая из которых считала свой выбор места укрытия наиболее безопасным, — в избытке.
Дворец задрожал от новой череды ударов, за которыми раздался звон осыпающегося стекла и раскалывающихся камней. Этаж наполнился визгом женщин и воинственными криками церковников. Оника поспешила к повороту на галерею, из-за которого повалила пыль и спотыкающиеся на ходу служанки. Девушка едва успевала уклоняться от плеч бегущих навстречу ей слуг.
Выскочив за поворот, Оника обнаружила непосредственные последствия мятежа: часть стены была вырвана, а пол усеяла мозаика из сверкающих стекол и тел церковников. Пострадал целый отряд, из которого признаки жизни подавало не больше трех человек, пытавшихся выбраться из-под тяжелых камней.
Поднявшееся облако пыли быстро развеял ворвавшийся в галерею ветер, обнаживший у противоположной от пострадавшей стены поваленную мебель. Громоздкий шкаф падая, придавил собой двух служанок. Из головы одной из них торчал осколок стекла, второй же удалось уцелеть под дождем прозрачных лезвий, но удача покинула ее, когда шкаф упал ей на ноги. Его верхняя полка пришлась ребром по коленям девушки, полностью раздробив их.
Горничная скребла руками по полу в слепой надежде выбраться, но каждое движение ее тела отдавалось безумной болью в ногах. На одетом в пыль лице слезы оставляли темные дорожки. Сбегающие по лестнице, ведущей на третий этаж, слуги только добавляли ходу при виде проломленной стены, не обращая внимания на тела церковников и молящую о помощи девушку.
Оника должна была быть готова к невинным жертвам, которые повлечет за собой мятеж. Для человека, меньше часа назад собственноручно оборвавшего жизнь стольких людей, всего лишь выполнявших свой долг, было непозволительно тратить время на сожаления об очередной случайной потерпевшей. Переборов себя и вспомнив, зачем она здесь, девушка закрыла глаза на боль попавшей под обвал горничной, и направилась было к лестнице, когда в ее поле зрения попал еще один человек.
Из-за поваленного шкафа прижимая руку к окровавленным волосам, поднялся юноша, изысканность одежды которого не могли скрыть пыль и грязь. Он явно не был одним из слуг.
Неуверенной походкой обойдя шкаф, он окинул рассеянным взглядом дыру в стене и разбросанный взрывом отряд церковников. Кровь застилала ему правый глаз, не давая четко видеть. Он обернулся на всхлипы горничной.
— Вот незадача, — пробормотал он, опустившись возле шкафа и взявшись за него руками, оставляя красные следы на дереве. — Сейчас, я попробую поднять, а ты выползай.
— Нет, господин, оставьте меня, вам нужно уходить отсюда, — лепетала горничная, размазывая слезы по лицу.
— Глупости, как я оставлю тебя здесь? Потерпи немного, — юноша напрягся из последних сил, пытаясь хоть на сантиметр сдвинуть шкаф, который с трудом смогли бы поднять три крупных мужчины. Перед его глазами все плыло, но он не оставлял попыток помочь девушке выбраться из западни.
— Господин, уходите, — бормотала горничная, видя, что юноша вот-вот потеряет сознание. — О нет, сзади!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
