заказали партию в Британии. По расчетам их штабистов будут готовы через четыре года, максимум пять лет.
— Значит нам надо, чтобы конфликт начался в выгодной для нас ситуации: когда мы уже готовы, а противник еще нет. Черт, надо бы посоветоваться с Бисмарком. Он служил послом в Париже, лучше знает Тьера. Хочу понять — это серьезная подготовка или Париж просто бряцает оружием. Чтобы мы пошли на уступки?
Людвиг внимательно посмотрел на меня:
— Зачем ты приютил этого неудачника?
Неудачника? Ну да… Первое, что сделал при восхождении на престол король Альбрехт Прусский, так это выгнал вон Бисмарка. Как говорится — отставка без пенсии и мундира! И официальная причина — в подписании им передачи Рейнской области и Гогенцоллернщины королевству Бавария (даже не империи!). Но на самом деле Альбрехт давно противился влиянию Бисмарка и был его одним из главных недоброжелателей. Скверный характер у нового прусского монарха. Дедуля не знает, что в МОЕЙ реальности деяния Бисмарка оказались весьма успешными. Так что у меня перед этим великим человеком должок. И должность официального советника короля Баварии всего лишь небольшая моральная и материальная компенсация — не более того.
— Во-первых, его опыт! Во-вторых, его ум! В-третьих, обида на сюзерена. Согласись, поступили с ним по-свински. Думаю, смогу использовать его знания и опыт. И еще, за ним хорошо так следят. Если он захочет сыграть в шпионские игры — через него будем передавать дезинформацию. Но пока никаких попыток. Никаких!
— Смотри, ты еще молод и такому опытному прохвосту обвести тебя вокруг пальца… — для меня обеспокоенность Людвига Баварского более чем понятна.
— Принято! Впрочем, если Бисмарк и захочет сыграть в свою игру, то понимает, что сейчас он у меня под колпаком. Было ли тогда такое выражение?
— Под колпаком? — удивился Людвиг Старший.
— Термин придумал фон Кубе, типа мы следим за человеком и все его движения нам известны. Так что фон Бисмарк может постараться сначала войти в доверие, и только потом… Но за предупреждение благодарю. Тем более. что хотел сегодня с ним встретится. Посол пруссаков договаривается за визит Альбрехта, вроде бы тот хочет, чтобы Пруссия вошла в Рейх на правах отдельного королевства. И почему-то мне это не слишком нравится. Что скажешь?
— Подумаю. Встретимся через два дня, скажу что-то более определенно.
Ну да… интересно, кого это Людвиг поднимет в Берлине? У него там свой человек тоже имеется. Я в курсе. В общем жизнь полна сюрпризов. И у меня есть еще время перед аудиенцией Бисмарку. Отдохну немного — моему уставшему организму это совсем не помешает!
Глава шестидесятая
Яд медленного приготовления
Мюнхен. Королевский дворец
20 июня 1861 года
Наверное, надо было ради встречи с Бисмарком протрезветь. Но тут такое дело… у меня сегодня день повышенной стрессовой нагрузки! Так что я встречался с великим (в прошлой реальности) человеком чуть-чуть (или не чуть-чуть) подшофе. Он появился вовремя, тютелька в тютельку — точность вежливость не только королей. Я принимал его в рабочем кабинете, крайне скудно обставленном (если судить по традициям этого времени): большой стол у окна, книжный шкаф, шкаф для документов с сейфом, приставной столик, у которого три кресла для посетителей и одно большой удобное кресло для моего попаданческого седалища. На одной стене — большая карта Европы, на противоположной — карта Германской империи. За моим креслом парадный портрет императора Максимилиана, папаши! Кстати, портрет получился неплох, императорская корона удачно скрашивала отцовскую лысину, подумалось: неужели я к сорока тоже облысею, как папахен и дедуля? Не хотелось бы! На столе письменный прибор, вот и все!
— Ваше Высочество! Явился по вашему вызову.
— Оставьте, Ваше Превосходительство. Наедине мы можем обойтись без этих титулований, тем более что я надеюсь: в статусе друга вы мне не отказали?
— Как я мог? Ваше Высочество! Но в наших отношениях произошли некоторые изменения, и вы мой, если можно так сказать, работодатель и сюзерен. Поэтому я не имею права…
— Имеете! Я это право вам дарую. Вы же понимаете, что приобретение Рейнской провинции и земель Гогенцоллернов для Баварии было жизненной необходимостью. Эти анклавы — причина для военного конфликта. А я хотел избежать даже теоретической возможности противостояния Рейха и Пруссии в будущем. Осознаю, что вы хотели бы видеть Рейх не с Максимилианом Баварским во главе, а с тем же Вильгельмом Прусским. Более того, это был бы неплохой вариант… для Пруссии. Для немецких же государств — не самый радужный, вам стоит это признать.
— Почему вы так считаете, Ваше высочество?
Махнул про себя рукой, хочет Отто фон Бисмарк этого титулования, пусть так и будет — поправлять нет смысла.
— Хотя бы потому, что милитаризация Пруссии обязательно стала бы всеобщей милитаризацией всех государств Германской империи, в случае прихода к власти Вильгельма.
— А разве империя не должна уметь защищаться? — поинтересовался визави не без нотки язвительности.
— Империя обязана уметь защищаться, но ваша прусская милитаристская политика обязательно стала бы причиной европейского конфликта, перед масштабами которого меркнут наполеоновские войны. Обученную армию обязательно надо использовать, иначе это силы и деньги на ветер. В Пруссии не было главного: баланса между силой и количеством армии и экономической составляющей. Слишком большая армия разорительна, слишком маленькая не способна гарантировать безопасность. Пруссия сделала выбор в сторону больших батальонов. И проиграла!
— К моему сожалению, Ваше Высочество! — Бисмарк не преминул точно обозначить свою позицию.
— К сожалению, ваши усилия по созданию Германской империи не были оценены по достоинству королем Альбрехтом. Могу высказать свои сожаления, впрочем, у короля много…
Бисмарк склонил голову, показывая свое согласие, формула, с которой британцы провожали свои тонущие корабли его несколько покоробила, но она весьма точно определяла состояние дел самого бывшего главы правительства Пруссии. Ему оставалось разве что запереться в своем имении и заняться сельским хозяйством и охотой — весьма невеселое времяпровождение для человека, который достиг столь многого и столько же проиграл[124].
— У секретаря заберете указ о назначении советником Баварской короны по внешнеполитическим вопросам. Я всегда держу свое слово, Ваше Превосходительство. А теперь я хочу узнать точку зрения на один вопрос: по какой причине Альбрехт желает начать переговоры о вступлении Пруссии в состав Рейха, правда с правами отдельного королевства? Можете ознакомиться.
Пока Отто фон Бисмарк читал послание своего уже бывшего сюзерена, я курил сигару — вредная привычка из ТОГО мира
