Д. Рид. С. 65.
Закон считал «ближним» только соплеменника и единоверца. Но Христос не ограничивает это понятие столь узкими пределами. …Он рассказал об иудее, который попал однажды в руки грабителей. Ослабев от ран, лежал он у дороги и с горечью видел, как священник и храмовый служитель равнодушно прошли мимо него. Меньше всего он ожидал сочувствия от самарянина, ехавшего вслед за ними. Мог ли этот иноплеменник и еретик оказаться лучше жреца и левита? Однако тот остановился и, не спрашивая ни о чем, помог пострадавшему…
«Кто из этих троих, — спросил Иисус книжника, — думается тебе, оказался ближним попавшему в руки разбойников? — «Сотворивший ему милость, — не мог не признать тот».
…Христос заставил его самого прийти к мысли, что «братом» и «ближним» может быть любой человек.
А. Мень 1 . С. 106.
Подобный же метод был описан уже Иеремией, но он в ходу и сейчас, спустя двадцать веков после Р. X. Все, кто принимает участие в публичных дискуссиях, хорошо знают, как можно заранее подготовить хитрый вопрос, на который трудно ответить сразу. Есть много способов избежать ловушки: опытный оратор может, например, либо вообще отказаться отвечать, либо ответить встречным вопросом. Гораздо труднее, однако, вместо того, чтобы увертываться, дать прямой и полный ответ, не отступая от своих принципов, и в то же время, избегая ловушки и не подставляя себя под удар. Это требует высших качеств быстроты соображения, присутствия духа и ясности мысли. Ответы Христа на оба вопроса фарисеев, представляют собой для всех времен образцы такого совершенства, сравниться с которым простой смертный может только мечтать.
Д. Рид. С. 65.
Искусителями были выбраны ученики фарисейские, они менее вызывали подозрений. Им велено было замешаться в толпу народа, окружавшего Иисуса Христа, и притвориться как можно благочестивее и приверженнее к Его учению…
Архиеп. Иннокентий. С. 116.
Притворяясь, будто совесть беспокоит их и будто они ничего так не ищут, как правды, они, прежде всего, стараются польстить Тому, Кого надеются уловить: «Учитель! Мы знаем, что Ты правдиво говоришь и учишь и не смотришь на лице, но истинно пути Божию учишь…»
А. Дидон. С. 569.
Но Иисус понял замысел их, полный нечестия, и сказал им: «Почему вы зовете Меня учителем устами своими, а не делаете того, что Я говорю? Правильно Исайя пророчествовал о вас: „народ этот чтит Меня устами своими, но сердце их далеко от Меня и почитание их тщетно, они чтут заповеди человеческие“»...
Папирус Эджертон. С. 47-48.
…И только после лицемерной похвалы, сказанной с целью, чтобы Иисус не уклонился от ответа на их вопрос, они спросили: «Позволительно ли нам давать подать Кесарю или нет?»
А. Дидон. С. 569.
Они надеялись получить ответ, который дал бы им предлог предать его в руки Пилата…
Э. Ренан. С. 252.
Нельзя было предложить Иисусу более коварного вопроса, нежели вопрос о римской дани: он приводил народ в величайшее возбуждение и связывался с вопросом о независимости страны. Этим именно вопросом возмутители волновали умы и вызывали восстания. Народ с сопротивлением платил дань, уступая только силе, и нетерпеливо ждал Мессию, чтобы свергнуть ненавистное иго. В особенности галилеяне славились дикой независимостью. Посланцы, желавшие вызвать ответ Иисуса по вопросу о дани, наверно, считали Его решительным врагом чужеземного владычества и не сомневались, что Он, как галилеянин и друг народа, со Своими мессианскими устремлениями, осудит дань, как символ народного порабощения. Только того они и ожидали от Иисуса .
А. Дидон. С. 569–570.
Он должен, думалось им, ответить «да» или «нет».
А. Лопухин. С. 451.
Если Он ответит да, то одного этого достаточно будет, чтобы народ отвернулся от Него как от человека, признающего ненавистное иго язычников и, следовательно, не имеющего права на достоинство Мессии. Если же Он, с другой стороны, чтобы поддержать Свое влияние на народ, ответит «нет, непозволительно», то они сейчас же поймают его с поличным и предадут прокуратору, как открытого мятежника, и Пилат немедленно и сурово расправится с Ним, как недавно расправился с другими галилеянами, кровь которых он смешал в храме с кровью принесенных ими жертв.
А. Лопухин. С. 452.
За двадцать лет до того, во время захвата страны Римской империей, другой галилеянин по имени Иуда ответил на тот же вопрос отрицательно и был за это убит вместе с единомышленниками.
Ф. Мориак С. 186.
…Они как бы просили Его безбоязненно и нелицеприятно высказать им свое личное мнение по поводу весьма сложного дела, как будто они действительно нуждались в Его мнении для своего руководства в нравственном вопросе практической важности и были совершенно уверены, что только Он один мог разрешить удручавшее их недоумение.
А. Лопухин. С. 45.
Ответа тут опять же не требовалось. В исторической практике к тому времени уже все устоялось…
Ч. Додд. С. 123.
С точки зрения закона и древней юриспруденции признавалось юридическим правилом, что там, где обращается монета какого-либо царя, этот царь должен считаться повелителем. Два рода монет обращались среди иудеев: гражданская монета и священная. Одна была выражением земного и политического права гражданской власти, другая выражением права Божественного. Иисус воспользовался этим различием, чтобы выразить одну из наиболее забываемых и вместе с тем из самых необходимых истин: человек принадлежит двум властям, земной и высшей. По естеству, своей физической внешней жизнью, он привязан к обществу человеческому, к своему народу и стране и состоит подданным политической власти. Духовно, своей внутренней жизнью и совестью, он принадлежит власти духовной и есть подданный Самого Бога…
А. Дидон. С. 570.
Иисус отвечает им: «Что вы Меня искушаете? Покажите Мне динарий...».
Р. Сантала. С. 173.
Фарисеи подали Ему римскую монету с изображением кесаря...
Архиеп. Иннокентий. С. 117.
Они принесли Ему динарий. На монете была надпись Т iberius Саеsar Divi,«божественный император Тиберий»!
Р. Сантала. С. 173.
Господь взял монету, посмотрел на изображение и надпись, и отдавая назад, спросил: «Чье это изображение и чья надпись?» «Кесаревы», — отвечал фарисей, не зная, что выйдет из такого ответа.
Архиеп. Иннокентий. С. 117.
Тогда говорит им: итак, отдавайте же кесарево кесарю, а Божие Богу.
Матфей. 22:21.
Он сказал: «...отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу». Здесь используется греческое слово аро dote ,которое означает «вернуть».Возвращайте Богу то, что Ему принадлежит, и кесарю — то, на что он претендует и провозглашает своим.
Р. Сантала. С. 174.
Ответ этот удивил всех, потому что сотворен был, так сказать, из ничего. Сами книжники должны были признаться, что это сказано весьма обдуманно и благоразумно. Господь не обратил, по-видимому, никакого внимания на главное в вопросе — на права кесаря в отношении к иудеям, и, вопреки желанию фарисеев, не сказал об этих правах ни слова; но они, явно, и не спрашивали об этом. То же, о чем спрашивалось явно, то есть, должно ли давать подати кесарю, не противоречит ли это совести и религии — разрешено так ясно и удовлетворительно, так сходно с нравами народа (житель Востока любит краткие точные ответы и не терпит отвлеченных рассуждений), даже с правилами тогдашней учености иудейской (у раввинских правоведов издревле принято было за непреложную истину: чья монета, того и царство) — что фарисеям ничего не оставалось более делать, как только молчать и удалиться.
