Наш проект заявления призывает правительство принять меры по надлежащему контролю за деятельностью российских рыболовных судов в Баренцевом море и во всем Северном Ледовитом океане, включая район Шпицбергена. В настоящее время этот контроль носит явно недостаточный характер. Именно это дает Норвегии возможность регулярно обвинять наших рыбаков в браконьерстве, перелове, досматривать, задерживать и арестовывать наши суда. Только активизация деятельности Российского государства по контролю над своим рыболовством может изменить ситуацию в лучшую сторону.
Далее. Наш проект заявления предлагает Правительству России обратить особое внимание на практическую реализацию приложения I «Вопросы рыболовства», особенно в части согласования с Правительством Норвегии границ бывшего спорного района (прошу не путать со Спецрайоном). Наши оппоненты утверждают, что эти границы были согласованы в нотах, которыми Россия и Норвегия обменялись при подписании этого договора, однако обращаю внимание депутатов на ряд обстоятельств.
Первое. Эти ноты не были включены в пакет документов, который поступил в Думу вместе с договором, они даже не упомянуты в сопроводительных документах к договору. Кто-то решил, что это такие мелочи, в которые депутатам вникать не стоит.
Второе. Границы спорного района, заложенные в эти ноты, были совершенно неизвестны рыбацкому сообществу России вплоть до подписания договора. Рыбаков по этому вопросу никто не спросил, и как результат мы получили такие границы бывшего спорного района, которые существенно ущемляют наших рыбаков, а именно: в бывший спорный район лишь частично вошла акватория так называемого смежного участка, установленного СССР и Норвегией в 70-е гг., а западная, самая продуктивная, часть смежного участка без всякого переходного периода отдана Норвегии, мы туда уже сунуться не можем. Это совершенно разные понятия: смежный и спорный район. Здесь идет подмена. Между тем этот смежный участок имеет огромное значение для нашего прибрежного рыболовства. Практически весь улов поступает в Россию. Получается, что наши чиновники из МИДа, с одной стороны, упрекают рыбаков в том, что они много продукции отправляют за рубеж, а с другой стороны, подрывают базу прибрежного рыболовства. Согласовав такие границы бывшего спорного района, МИД нанес нашим рыбакам серьезный удар, поэтому мы считаем необходимым вернуться к этому вопросу в заявлении.
В нашем проекте заявления предлагается Правительству России провести переговоры с Правительством Норвегии в целях увеличения длительности переходного периода, установленного для бывшего спорного района. Двухлетний период, закрепленный в договоре, не оставляет нашим рыбакам никаких шансов завершить техническое перевооружение, чтобы соответствовать норвежским правилам рыболовства. Наши мидовцы указывают рыбакам, что они должны были начать готовиться работать по норвежским правилам уже после достижения предварительной договоренности о том, что переходный период составит два года, но это нелепость: почему рыбаки должны принять как руководство к действию предварительные договоренности, которые вполне могли быть пересмотрены? Очевидно, что отсчитывать время перехода к работе по норвежским правилам надо именно с момента ратификации договора. И двух лет тут совершенно недостаточно. У нас есть, кстати, положительный пример, когда мы в Балтийском море разграничивали со шведами: там был переходный период двадцать лет. Поэтому мы считаем необходимым провести переговоры с Норвегией о продлении переходного периода. Это, кстати, не пересматривает соглашение, собственно говоря, это разрешено по сути соглашения.
И в последнем абзаце нашего проекта заявления мы предлагаем Президенту России приложить настоящее заявление к ноте в связи с обменом грамотами о ратификации договора. Это необходимо для того, чтобы Норвегия максимально серьезно отнеслась к правовой позиции, выраженной в данном заявлении. Ни о каком торпедировании договора здесь речи быть не может, поскольку заявление не оспаривает никаких положений договора, а лишь дает им определенную трактовку, а также предлагает Правительству России продолжить переговорный процесс для совершенствования правовой базы, регулирующей отношения сторон по поводу Баренцева моря.
Сравнивая наш проект заявления с альтернативным проектом, приходится констатировать, что большая часть комитетского заявления – это набор комплиментов договору, причем эти комплименты уже широко растиражированы в СМИ при подписании договора. Защите интересов наших рыбаков посвящен только один абзац в конце комитетского проекта, и этот абзац состоит из общих деклараций и благих пожеланий, но это благие пожелания, которыми будет выстлана дорога к потере российскими рыбаками 60 % улова в Баренцевом море. Выбирая, за какой проект заявления голосовать, вы выбираете между двумя альтернативами: первая – просто поговорить о договоре и сделать несколько комплиментов договору и нашим дипломатам, это проект заявления комитета: вторая – принять документ, который четко, по пунктам защищает интересы России, в том числе российского рыболовства, это проект заявления КПРФ. Спасибо за внимание.
Председательствующий. Константин Иосифович передает привет Леониду Ивановичу и выступает по второму проекту постановления, соответственно высказывает позицию комитета. Пожалуйста.
Косачев К. И. Уважаемый Олег Викторович, уважаемые коллеги! Поскольку я уже много раз выходил на эту трибуну, я сэкономлю ваше время и буду краток.
У вас на руках находится проект заявления, подготовленный депутатами – членами Комитета по международным делам, в основном это депутаты от фракции «ЕДИНАЯ РОССИЯ». Этот проект появился как реакция, как отклик на многочисленные пожелания тех, кто участвовал в предварительных обсуждениях, и в частности в наших парламентских слушаниях, включая, разумеется, наших рыбаков, и это, на мой взгляд, подтверждение того, что мы ведем диалог и слышим соответствующую отрасль. Да, действительно, мы готовили этот проект, уже имея на руках проект фракции КПРФ. И должен сказать, что в каких-то позициях мы реально совпадаем, нами в равной степени движет желание защитить людей и предусмотреть все возможные в будущем коллизии, в этом нет никакого противоречия. Но, увы, поскольку проект заявления фракции КПРФ писался людьми, которые заведомо считают этот договор ущербным и, еще раз повторю, приписывают ему то, чего там нет в принципе, в плане негатива, понятно, что и в проекте заявления эта точка зрения нашла свое отражение в полном объеме. Я еще вернусь к проекту фракции КПРФ, но сначала представлю проект, подготовленный Комитетом по международным делам.
