И вот последняя, вернее, не последняя, а очередная уступка – мы должны отдать теперь наши запасы норвежцам, которые вообще ничего не делают. Ладно США, они что-то еще делали во Вторую мировую войну, ну, Иран, еще какая-то страна, но что Норвегия нам с вами дала? Ничего! Упакованная страна потихонечку забирает наши рыбные запасы, нефть, газ и имеет доходы в пять-шесть раз больше, чем мы с вами, на первом месте по уровню жизни в мире, на первом месте, мы – на последнем месте, в Европе на последнем месте. Так зачем же мы снова это делаем?! Ради чего, ради вступления в ВТО? В этом смысле, конечно, неприятно нам сознавать, что советская власть и демократы все раздают, но советская власть хоть в 45-м что-то восстановила. Правда, была ошибка Сталина: не то взял товарищ с Кавказа, он не понимал, что в Европе нам нечего делать, а вот взяли бы Иран, Турцию… и Китай (кашгарцы, дунгане, уйгуры) был готов нам отдать западные части – там нефть, газ… Америке и Европе все было до лампочки: берите у Китая все, что надо, и Иран, Турцию – в Европу не лезьте! И все шестьдесят пять лет нас выдавливают из Европы. Вот и сейчас выдавливают из Норвегии. Господин Косачев здесь про географию говорил – я знаю прекрасно, где Ливия в Африке, но я также знаю прекрасно, что не надо было лезть в Европу. И нужно было остаться в Норвегии, вот там стояли бы наши войска, военная база, и никто бы не ловил рыбку в нашем Баренцевом море. И запасы огромные, и денег много, однако мы сегодня у Норвегии покупаем крашеную семгу – крашеную, с химией! Она в море-то не красная, это она на наших прилавках красная, чтобы обмануть нас с вами. А в годы перестройки я их критиковал, норвежцев, говорил: зачем вы нам поставляете эти консервы, там же написано, что это для собак, а у нас это покупают люди? На норвежском языке написали, что это корм для собак, нам продавали как корм для собак, а мы кормили наших людей.
Географию надо знать, господин Косачев, русский язык знать, иностранные языки знать и проводить парламентские слушания с участием оппозиции, попытаться ее убедить. А пока голосовать не будем – как по Ливии были против, так и здесь против. В этом вина Комитета по международным делам: не умеете агитацию вести и пропаганду, неспособны… (Микрофон отключен.)
Председательствующий. Закончилось ваше время. Присаживайтесь, Владимир Вольфович. Так, кто выступит от фракции «СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ», потому что позицию фракции «ЕДИНАЯ РОССИЯ» выскажет в заключительном слове докладчик? Нет желающих. Хорошо. Тогда я обращаюсь к представителям президента и правительства. Ну, представитель президента позицию высказал. По ведению – Чилингаров.
Чилингаров А. Н., фракция «ЕДИНАЯ РОССИЯ».
Владимир Вольфович, я бы хотел вам для сведения сказать, что парламентские слушания по этому вопросу проходили, я эти парламентские слушания вел, и на них приглашались представители всех оппозиционных партий, и все участвовали в этих парламентских слушаниях.
Председательствующий. Куликов Александр Дмитриевич по ведению, но только по ведению, пожалуйста.
Куликов А. Д. Олег Викторович, именно по ведению. Вот сегодняшние выступления представителей исполнительной власти, президентских структур – и не только, кстати, сегодняшние – побуждают меня просить вас, видимо впервые в парламенте, перед тем как они выступят, все-таки предупреждать каждого из них о юридической, правовой ответственности за предоставление нам необъективной, недостоверной информации и о возможных последствиях этого в уголовно-правовом административно-правовом смысле, если что-то будет неверно. Это первое.
И второе. Нам нужно все-таки посмотреть, кто за последние годы давал нам информацию необъективного характера, которая подтверждается по стенограммам, и направить это в Следственный комитет, привлечь этих людей к уголовной ответственности в зависимости от высоких должностей, занимаемых ими.
Председательствующий. Александр Дмитриевич, вы высококлассный юрист и прекрасно понимаете, что в мои обязанности это не входит. Если вам кажется, что кто-то ввел парламент или вас лично в заблуждение, то вы точно знаете, как надо дальше действовать в правовом поле. Олег Васильевич, я не понимаю, что я нарушаю. По ведению – Шеин.
Шеин О. В., фракция «Справедливая Россия». Воспользуюсь только что созданным прецедентом, чтобы отметить, что наша
фракция не будет голосовать за ратификацию данного договора, потому что нас никто не убедил, что те выгоды, которые мы получаем по нефтяной линии, превышают тот ущерб, который мы получаем в части рыбных запасов. Спасибо.
Председательствующий. Понятно. Заключительное слово от комитета – Косачев, и заодно он изложит позицию фракции «Единая Россия». Пожалуйста.
Косачев К. И. Спасибо большое, Олег Викторович. Уважаемые коллеги, я не откажу себе в удовольствии продолжить немножечко историческую дискуссию, которую начал коллега Калашников: он цитировал Сталина и Молотова. Я хотел бы вам напомнить, что Договор о Шпицбергене 1920 г. возник после того, как на протяжении многих столетий Россия на равных соревновалась с Норвегией за Шпицберген, а потом произошла в нашей стране революция, после чего в 1920 г. без нас, без нашего участия быстро собрали Парижскую конференцию и мы Шпицбергена окончательно лишились, – это следствие событий той лихой революционной поры. Это первое.
И второе. Вот в первый раз соглашусь с Владимиром Вольфовичем (он напомнил, так сказать, про события и революционной поры, и послевоенной). Вы знаете, я бывал в норвежском городе Киркенесе, который, так сказать, непосредственно выходит вот в эту спорную зону через территориальное море, и был глубоко тронут тем, что там сейчас символом города – знаете, в европейских городах есть символика такая, сувенирка: ложечки какие-то, колокольчики… Так вот, символом норвежского, я бы сказал, натовского города Киркенеса сейчас, сегодня является советский солдат, который освободил этот город в результате известной операции 45-го года. И это произошло, потому что мы оттуда на самом деле ушли, мы освободили этот народ, и этот народ об этом с благодарностью помнит и нам это до сих пор возвращает.
Теперь по сути (уж простите за такое лирическое отступление). Много здесь говорилось о том, что мы что-то теряем. Еще и еще раз говорю: потерять можно только то, чем владеешь. Мы никогда не владели теми районами, которые мы называем спорными. Мы сейчас разграничиваем морские пространства и договариваемся о сотрудничестве на всей площади вот этого бывшего спорного региона, включая – неправильное слово: «территории» – те зоны, те водные пространства, которые будут теперь находиться под контролем Норвегии.
