В темноте обозначился квадратный темный корпус автомобиля. Это джип. Джип Сэма. Напряжение несколько ослабло, но тут же вернулось опять. С непокрытой головой, прямо по лужам он бежал под дождем к переднему крыльцу. Келли попятилась, впуская его.
Уже в гостиной он стряхнул дождевые капли с плеч и рук, острый взгляд, которым он ее смерил, выражал нечто большее, чем раздражение.
– Могла бы и предупредить, куда собираешься!
– Не сообразила как-то, – призналась Келли, потом сказала удивленно: – Откуда ты догадался, что я здесь?
– Я и не гадал. Просто это первое, что пришло мне в голову. – Грудь его поднялась в усталом и тяжелом вздохе. – Не будешь ли любезна объяснить, чем это ты тут занимаешься?
– Уборкой. – Ей надо было бы сообщить ему об отце, о том, что он совсем недавно был здесь, что она говорила с ним, но она не смогла выговорить ни слова. Неуместное в данной ситуации понятие о верности лишало ее дара речи.
– В вечерних «Новостях» показали несколько отснятых здесь кадров. Здесь побывали репортеры. Они проникли в дом. Внутри было как в свинарнике. – Она оглядела гостиную. Комната казалась по-прежнему запущенной, но не такой грязной, как раньше. – Мне не хотелось, чтобы новые репортеры застали дом в таком виде.
– Больше репортеров не будет. Я выставил охрану. Мне жаль, что я раньше не позаботился об этом, – сказал он, и в голосе его прозвучала прежняя мягкость. – Ну так что? Ты готова?
– Мне еще надо вытереть пыль и подмести. Я…
– Я пришлю сюда завтра кого-нибудь прибраться вместо тебя. – Положив руку ей на плечо, он повернул ее, слегка подтолкнув в глубь комнаты, другой рукой указывая на кресло.
– Пойдем. Вот твой плащ. Я погашу свет в кухне. Келли вспомнила о кофейных чашках и коробке с хлопьями на столе.
– Нет. Я сама. – Чувствуя раскаяние от того, что утаила от него визит отца, она заспешила в кухню.
Сэм пошел за ней следом. Келли вошла в кухню первая, но не успела скрыть следы чужого присутствия. Сэм озадаченно глядел, как она ставит чашки в раковину.
– Кто это был здесь? – Глаза его подозрительно сощурились. – Твой отец?
Набрав в легкие воздуху, она кивнула:
– Да.
– Когда? Давно?
– Когда ты подъехал, он выскочил с черного хода.
Чертыхнувшись, Сэм кинулся к задней двери и распахнул ее. Но ее отца и след простыл. Резким движением он захлопнул дверь и, повернувшись, сердито взглянул на Келли.
– Какого же черта ты его не задержала? – пробормотал он и, отшвыривая стулья, двинулся из кухни обратно в гостиную.
– Как это ты себе представляешь? – парировала она и, рванув провод, отключила кофейник. – Схватить и не пускать в ожидании тебя? Я даже не знала, что это ты! Не знала, кто это едет!
Пройдя за ним в гостиную, Келли смотрела, как он хватает трубку черного телефонного аппарата, стоявшего возле кресла отца. Аппарат был старый, с круглым диском. Келли знала, что телефон не работает, но предоставила Сэму убедиться в этом самому. Не услышав гудка, Сэм швырнул трубку и повернулся к ней. – Об этом надо сообщить, Келли. Никогда еще взгляд его, лицо, нижняя челюсть, весь его облик не казались ей такими тяжелыми и суровыми.
Точными экономными движениями он снял со спинки кресла и сунул ей в руки плащ, потом крепко, как тисками, сжав ее руку, повлек к двери. Так и не надев плащ, а лишь прижимая его к себе, она вышла с ним на крыльцо. Сильные струи дождя остужали ее горящие щеки, а пальцы Сэма крепко сжимали ей руку.
– Почему ты мне не сказала, что он был здесь? – Вопрос этот он задал как бы через силу, глядя как бы мимо нее.
– Я не знала, как сказать. – Голос ее был тоненький, как у маленькой девочки, какой она себя чувствовала в эти минуты.
– Не знала, как сказать? Да при виде меня все, что тебе надо было, это крикнуть, что он выбежал с черного хода, и тогда я, может быть, успел бы его догнать! – Отпустив ее руку, он открыл дверцу ее машины со стороны водителя и придержал, на этот раз глядя прямо на нее. – Я думал, ты хочешь, чтобы его поймали. Чтоб все это кончилось.
– Я и хочу. – Она храбро встретила его взгляд, не обращая внимания на стекавшие по лицу струи воды, дождь теперь лил как из ведра, воздвигая водяную стену между ними.
– Почему же ты ничего не сказала? Ты надеялась скрыть это?
– Нет, конечно.
– Куда он отправился?
– Он мне не сказал.
– Ты не видела, в каком направлении он пошел?
– Нет. Я бросилась посмотреть, кто это едет. И тут же услышала, как хлопнула задняя дверь.
– Что он говорил тебе, Келли? Полиция захочет это знать.
Подбородок у нее задрожал. Чтобы скрыть это, она наклонила голову, чувствуя, как дождевые капли стекают по ее носу.
– Говорил, что был никудышным отцом. Говорил, что не виноват и не убивал барона Фужера, что это сделал кто-то другой, кто был рядом.
– И ты ему поверила? – Насмешка, прозвучавшая в его голосе, доконала ее. – Ты забыла, как он обращался с тобой? И что это тебе стоило?
– Нет, не забыла. И никогда не забуду. – Скользнув на водительское место, она рывком тронулась с места, оставив его с протянутыми руками. Двигатель завелся сразу, едва она прикоснулась к ключу зажигания. Краем глаза она видела, как Сэм садится в джип. Загоревшиеся фары ее машины прорезали стену дождя и осветили узкую дорожную колею.
На щеках ее слезы мешались с остатками дождевой влаги. Вытерев мокрые щеки, она покатила быстрее, чем следовало. Она не могла бы ответить точно, от чего убегала – от прошлого или от настоящего.
20
Промокшая до костей Келли быстро вбежала в дом и сразу же бросилась наверх. Когда открылась входная дверь, она была уже на середине лестницы. Оглянувшись, она увидела Сэма с радиотелефоном в руках.
– Келли, подожди! – Но резкость его тона заставила ее лишь прибавить шаг.
Сэм взбежал по лестнице следом за ней, перескакивая через ступеньки. Он появился возле ее двери, как раз когда она закрывала ее. Быстрым движением он перехватил дверь и оказался внутри комнаты. При виде его Келли попятилась. Сделав еще один шаг к ней, он увидел, что в глазах ее мелькнул страх. Это заставило его остановиться. Он был зол. Вернее сказать, даже взбешен. Швырнув на кресло телефон, он постарался взять себя в руки.
– Нам надо поговорить, Келли, – сказал он, стараясь, чтобы голос его был максимально спокойным. Между ними оставалось не менее пяти метров, но он и не пытался сократить это расстояние.
– Не теперь. Я вымокла и продрогла. Мне надо переодеться в сухое. Как и тебе.
Руками, скрещенными на груди, она обхватила себя за плечи.
– Теперь, – настаивал Сэм. – Вчера я оставил тебя одну. Больше это не повторится.
