– Да я уже понял, – покосился на нас Храм.
Мы слегка потускнели. Тренировки орка виделись теперь под другим углом.
– Дед, это тебе. – Серый вытащил большую бутыль. – Настоящая. Гномья.
– Ублажил старика, спасибо.
– Рамос, тебе с сыном долго не могли придумать, что подарить. Решили подарить вам два сигнальных амулета охотников. Вещь недорогая, но нужная. – Он достал два кружка на веревочках. – Прикоснешься к центру, от другого амулета покалывание идет. Два раза прикоснешься – нужна помощь, три – отходим, четыре – сбор, где договорились. В нашей книге сигналы расписаны, прочитаете. Действует на расстоянии версты на все охотничьи сигнальные амулеты.
– А один раз? – спросил я.
– Я такого сигнала ни разу не принимал и не давал, у нас даже тост есть: «Чтобы никогда один раз не прикасаться». Это значит – бегите, меня уже не спасти. Вашим красавицам, не зная их достоинств, кроме красоты, дарим по перстню. Надеюсь, с размером угадали. Перстни именные. Сам заказывал. Без камней, но с гербом. – Серый достал мешочек и вытряхнул четыре серебряных перстня, на каждом изображена рука с горящим над ней в прямом смысле этого слова золотым «огоньком».
Девчонки вразнобой поблагодарили.
– Ну все, – шепнул мне Малик, – теперь точно ведьмы, даже знак отличия есть, осталось орден создать.
– Ну а остальное – это то, что вы просили. На что не хватило денег со шкуры – мы добавили. Немного овощей привезли, а то у вас бедно с продуктами. Стол новый под продуктами лежит, ножки только приделать надо.
Мы засмеялись.
– Ах да, чуть не забыл, – он вынул два широких ремня, – это ошейники для ваших зверей. Не знаю, будут носить или нет, но здесь Темные земли, охотников много. А так видно, что не дикие. Ото всех, конечно, не поможет, большинству будет все равно. Но, может, кто-то мимо пройдет. Я, по крайней мере, точно в сторону уйду.
– Будут носить, еще как будут, – произнес я. – Спасибо. Как это я сам не догадался!
После раздачи подарков вернулись к столу. Но только сели, влетел Торка:
– Там лошади, много!!!
– Это же гоблин! – Серый захлопал глазами. – Когда кучей соберутся – мерзкие твари.
– Торка – не твари. Торка работать. Ты ешь, пей, сиди, Торка не трогать.
Гоблин последнее время обжился и осмелел, даже от Пушистика научился отбиваться палкой.
– Не обращай внимания, – сказал я Серому. – Он у нас посмешить всех горазд.
– Пойду посмотрю. – Отец потрепал гоблина по голове и пошел с ним.
Через две меры опять вбежал Торка:
– Рамос Серый звать. Торка провожать Серый.
– Пойдем, – предложил я Серому, – отец попусту звать не будет.
Мы пошли к лестнице, впереди гордо ковылял гоблин. Поднявшись на чердак, подошли к отцу, стоящему у окна, выходящему в сторону поселка. По дороге, просматривающейся версты на три, ехало шесть всадников.
– Глянь, Серый, это не из вашего братства, по виду охотники.
Серый присмотрелся:
– Это Крот со своей командой. Вы на меня не сердитесь, я тут посамовольничал, забыл вам сказать. Он зелье хранящее не мог найти в поселке, у всех кончилось. Я его к вам направил, дал остаток на пробу – ему понравилось. Оно у вас и вправду получше будет. В поселке продавцы обычно зелье привозят, а потом травой измельченной разбавляют, иногда оно даже сохранять перестает. А ваше мало того что неразбавленное, так еще и свежее. Я в прошлый раз в два раза меньше его использовал.
Отец ничего не сказал. Пока спускались, Серый извиняющимся тоном говорил:
– Вы их не впускайте, впустите одного Крота, здесь все так делают. Остальные ближе ста локтей и не подъедут, многие, кто отдельно живет, вообще окошечко в воротах оставляют для разговора.
– Правильно ты все сделал, Серый, – ответил отец. – Еще холодного сезона не было, а мы уже без еды. Девки вон морковку с твоей телеги немытую навернули. Нам деньги зарабатывать надо, только цены бы еще знать.
– А чего знать, за тот горшочек, что мне Софья дала, – три золотых.
– Пойдем с нами, подскажешь, а то нарушим какие-нибудь правила.
– Ну пойдем. Только ведь увидит в гостях у вас, скажет потом, что я специально его сюда послал, купцом заделался, хуже народ идти будет.
– Не хочешь – не ходи.
– Может, я где рядом постою, чтобы он не видел, а вам просигналю, если что…
Мы вышли с отцом встречать гостей, остальные распределились, как обычно. «Ведьмы» без Яли – на стену, так, чтобы их снаружи не было видно. Эль вдалеке с луком. Храм и Кейн страховали у ворот, так, чтобы оказаться сзади гостя. Дед и мелкие остались в доме со вторым охотником. Я хотел загнать в конюшню хасанов, но Серый сказал:
– Конечно, ваше дело, но я бы их не прятал. И уважения больше, и знать будут, что это ваши. Да и ни один охотник без специальной подготовки не полезет на хасанов.
– Ага, а еще будут знать, где их добыть, если закажут, – добавил отец.
Я быстро загнал хасанов в конюшню, туда же поместили и гостя, но так, чтобы я его видел.
Охотники поступили, как сказал Серый. Подъехал только один Крот, об этом просигналила со стены Лоя. Он не успел постучать, как воротина открылась. Крот вошел, и мы сразу поняли, почему его так зовут, – это был гном.
– Дарре, – поздоровался отец.
– Дарре, – удивленно произнес гном. – С новосельем!
– Спасибо.
Гном осматривался. Поскольку он не представился, мы тоже не торопились.
– Уважаемый гном заехал поздороваться, – улыбнулся отец, видя, что тот тянет с разговором, желая побольше рассмотреть.
– Нет. Мне Серый сказал, что у вас можно взять хранящего зелья, – с хитринкой произнес гном.
Серый махал руками в конюшне, я не сразу понял, но потом дошло.
– Мож… – начал говорить отец.
– Нет, – перебил я его.
Отец с удивлением посмотрел на меня.
– Взять нельзя, можно купить.
Гном обреченно вздохнул:
– Сколько?
– Два с половиной, – указал отец на горшочек.
– Может, дадите на пробу, если хорошее – то покупать только у вас будем, – второй раз попытался гном получить бесплатное зелье.
– Мы уже выяснили, что мы не купцы.
– А кто?
– Зельники.
Гном понял, что бесплатно не получится, и вытащил из кошеля пять золотых:
– Мне два.
Отец махнул головой стоявшей на стене Софье, она слышала весь разговор, поэтому начала быстро спускаться. Гном с удивлением оглянулся на стену сзади себя, рассмотрел девчонок с жезлами.
– А мазь заживляющая у вас есть? Та, которой Серого лечили?
– Софья, мазь для ран осталась?
– Да!
– Тоже принеси!
Через меру Софья выбежала с двумя горшочками. Серый, увидевший издалека размер, замаячил пятерней.
– Сколько? – спросил гном.
