– Новый стол делать придется, – вздохнул Кейн, как-то само собой получилось, что он у нас в последнее время негласно стал управляющим, то есть ответственным за хозяйственную часть, – этот кровью насквозь пропитался.
– Сделаем, – успокоил Храм.
Охотники ели с нами за одним столом. Основным блюдом была неизменная каша с кониной. Каша, если честно, осточертела, а овощи у нас кончились. Эльф организовал какой-то огородик за стеной, но до урожая еще не дошло, хотя зеленый лук на столе присутствовал. Да и семян мы в поселке не купили, поэтому дары огорода сводились к луку, небольшому количеству картошки да какому-то растению, принесенному эльфом из леса и используемому в качестве приправы.
– Ну что, Серый, – обратился дед к охотнику, – хорошая новость – твой друг выживет. Плохая – десятину его нельзя никуда везти, поэтому он останется здесь. И то потом на телеге надо будет забирать. На ноги или в седло ему можно только через пару-тройку десятин, да и нитки убрать надо будет, когда подживет.
– Лишь бы жил, а с остальным разберемся. Я ведь с ним пятый круг хожу. Варка с Большим жалко, но хоть кого-то спасли.
– Расскажи, что произошло.
– Мы уже вышли из Темных земель, – вздохнув, начал Серый. – Сходили хорошо, добыча была, но вымотались как собаки. Встали на отдых ночью недалеко от границы, а сигнальные амулеты оказались пустыми. Поскольку мы уже далеко ушли и темного зверья не ожидали, решили так спать. Под утро напал вепрь. Лошади сразу разбежались, ладно, что сняли с них все на ночь. Кривой, Варк и Большой находились ближе всего к зверю, ну и попытались убить. А он их как котят разметал, но и его ребята хорошо попластали – меч Кривого немного не достал до сердца. Мы с Рамусом смогли добить вепря. Вот жаль, почти всю добычу пришлось оставить.
Серый на удар замолчал:
– Поскольку сейчас Кривого мы все равно не заберем, хотели попросить у вас гостеприимства еще на ночь. Утром уйдем.
– Добро. Оставайтесь. Тем более, как Сайл сказал, тебе швы еще снимать.
– Хороший лекарь, хоть и мелкий. Еще хотел попросить, если не обременю, трех лошадей. Ребят надо по-человечески похоронить, добычу и оружие забрать, если никто не нашел. Там почти все из гномьей стали, да и книга там осталась, а таких книг не так много. В залог оставить ничего не могу, кроме мечей, ничего нет, а без них туда нельзя.
– Эль, выделишь? – спросил дед.
– Хорошо.
– Ну а лопату и мешки там, что надо, в общем, у Кейна возьмете.
– Тогда мы поедем?
– Прямо сейчас?
– Хотим к ночи вернуться.
После обеда раненого перенесли в отдельную комнату, и девчонки начали мыть кухню. Охотники уехали, и до вечера все занялись своими делами. Вернее, отходили от тяжелого лекарского дела. Хасаны и сейша потягивались, разминая суставы. Пушистик, несмотря на запрет, преследовал ничего не подозревающего Торку.
Софья, которая, несмотря на усталость, поддерживала раненого сразу после Нейлы, затянула меня в одну из пустующих комнат второго этажа, где мы забыли об окружающем мире мер на двадцать.
Вечером вернулись охотники. Добра и вправду у них набралось много. Сайл сразу потянул Серого снимать швы. Видно было, что ему самому не терпелось посмотреть на своего пациента.
Серый удивленно рассматривал стянувшийся шрам.
– Рукой не маши до конца десятины, – напутствовал лекарь, – а потом можешь хоть обрубать, вырастим.
– Что, и это можешь?
– Шучу, не вздумай.
– Сколько с меня?
Сайл посмотрел на него недоуменно, но потом сообразил:
– А сколько за это берут?
– Ну в последний раз я пять золотых заплатил, но там была пустяковая царапина.
– Да мне вроде ничего не надо.
– Брось, малой, это Темные земли, здесь за все деньги берут.
– Не знаю, с Норманом поговори.
На ужине Серый отдал Софье на время обещанную книгу:
– Нам долго еще не понадобится. Вдвоем и даже втроем в Темные земли не ходят. Когда соберемся – заедем.
– А нет книги с описанием приготовления зелий, которые здесь указаны? А то написано: «Эликсир безъядия», а как его готовить – неизвестно.
– Нет. Эти секреты зельники тщательно берегут, они на них зарабатывают.
– А можешь дать по капельке зелий, какие есть, вдруг разгадаю секреты?
– Конечно.
Дальше разговор перетек в другое русло. Кейн требовал, чтобы завтра уничтожили мышей.
– У меня всего мешок муки остался.
– Ага, – вторила ему Лоя, – и ту скоро доедят.
– Сделаем, – пообещал дед.
– А мне Кейн, – пожаловалась Яля, – ткань не дает.
– И не дам. Ей на двери надо, а я и дверь ставить не буду. Комнату она отдельную захотела. Рано вам с Маликом, пока по углам попрячетесь.
В общем, обычный семейный ужин. В конце Серый спросил:
– А что мы вам должны за излечение меня и Кривого?
Все замолчали, глядя на охотников. Через некоторое время дед произнес:
– Если бы мы сразу вели разговор об оплате, попросили бы или не взялись. Твой друг и сейчас-то на грани, каждую часть подкачиваем, а тогда я вообще не надеялся, что поднимем. А раз не было уговора, то и денег не возьмем. Вот просьбы есть к вам. Шкуру крысы продайте в поселке, а на вырученные деньги вещей кой-каких купить надо. Приедете за другом – привезете. Кейн вам список даст. Начинайте сверху покупать, на что хватит денег от шкуры – купите, не хватит – так пройдет. Еще молодежь амулет предупреждающий из зуба сделала. Проверьте, как в следующий раз в Темные пойдете, или дайте кому – пусть проверят.
Малик протянул зуб на веревочке.
– А вот расходы наши вам возместить придется. С вас семь простыней, почти все сменные извели. Везите лучше десять, еще перевязывать надо будет. Три бутылки гномьей настойки, лучше настоящей, если не найдете – пойдет разбавленная из трактира. Вроде все. Да, лошадей тех же возьмете, потом пригоните.
– Стол новый, – пробасил Кейн.
Все, кроме охотников, улыбнулись.
– Негусто живете. – На следующее утро Серый седлал лошадей, выведенных из конюшни эльфом.
– Не жалуемся, – ответил я. – Сыты, одеты.
Серый промолчал.
– Через десятину приезжайте, лучше со своей телегой, у нас одна и каждый день занята, не дадим.
– Хорошо.
– А-а-а, – раздалось из конюшни.
Через жердь, на которую закрывали конюшню, из нее выпрыгнул почти тезка отца. Я, пока разговаривал с Серым, умудрился проморгать, когда он туда пошел. Напарник Серого выхватил клинок и развернулся. На двор через ту же жердь выпрыгнули два хасана, ладно хоть сейши отказались сидеть еще один день в конюшне и ушли в лес. Хасаны оскалились на Рамоса. Серый тоже вынул клинок и ринулся было вперед. Но я выпрыгнул перед ним:
