Он облил меня потоком ругательств и растворился в дыму коридоров.
Наконец-то.
Я медленно вышла на балкон, с которого при стандартных обстоятельствах владыка обозревает толпу, и принялась лениво наблюдать за сражением, потягивая вино. Ещё не время Его Крысиному Величеству вмешиваться, но скоро, когда все стороны достаточно ослабнут, он возьмёт свою роль и взойдёт на эту сцену.
Но пока что слишком рано. Дева Фаэн, муж которой был мною злостно заколдован и похищен, ещё должна сыграть свою роль…
К слову, что удивительно, в похищении мужа мне участвовать не пришлось: он вполне благополучно похитил себя сам. То бишь, сумел-таки шагнуть во Тьму без меня, используя только тени подсмотренных воспоминаний, что… впечатляет.
Впрочем, он всегда был талантливым мальчиком.
Так или иначе, как я и предполагала, он не вернулся. И сомневаюсь, что вернётся: увидев со стороны тот узел чувств, рока и трагедии, что связал его с девой Фаэн (а также дар, которым она наделена), оценив на холодную голову собственное поведение, он явно решил не возвращаться, совсем или пока что. И, так или иначе, я не могла его за это винить.
Деве Фаэн было проще: она точно знала, кого винить во всех проблемах. И да, разумеется, этим “кем” была я.
Так что прямо сейчас хозяйка Долины Рек раскидывала моих миньонов под стенами дворца, и было это впечатляющее зрелище.
Всё же, она действительно талантливая колдунья.
Наблюдая за ней, я подумала: когда всё кончится, она может найти его снова. Маги живут долго, особенно такие могущественные, как эти двое. Они могут повзрослеть, поумнеть, пройти много дорог и сойтись снова, уже более взрослыми, состоявшимися личностями.
А могут не сойтись, но жить долго и счастливо.
В любом случае, пока они оба живы, всё можно изменить — а значит, я ничего им не должна, даже если и могу сказать, что разрушила их любовь.
Единственный, кому я что-то должна в связи со всем этим, сейчас дома с милыми родственниками своей матери. Его я действительно лишила чего-то неоценимого. Надеюсь, Шийни исполнит мою просьбу и присмотрит за ним…
Шийни, думаю, уже проснулась у себя в комнате и прочла моё письмо. Я не могу проверить: моя паутина уже не дотягивается до тех мест. Это даже немного жалкое зрелище — насколько я ослабела за последние дни.
Что же, я хотя бы имела возможность попрощаться с Шуа, Шаном и мастером Мином. Они были в относительной безопасности, когда я уходила, и это больше, чем многие миры и истории могли мне предложить…
Но про мастера Лина нельзя было этого сказать: в день, когда Шийни стала Паучьим Величеством, его тело сгорело в золотом пламени и рассыпалось пеплом.
Я мало разбираюсь в светлых ритуалах, но это было мало похоже на хороший знак. Из того, что я смогла рассмотреть в линиях, можно сделать вывод: его хозяева всё же нашли способ уничтожить то, что много лет назад ему подарили…
А значит, я ошиблась.
Значит, я просчиталась и отправила его навстречу гибели.
Оглядываясь назад, со своей стороны (и в тех обстоятельствах) я приняла то решение, которое казалось мне единственно верным. Мне не о чем сожалеть, остаётся только признать, что, очевидно, мастеру Лину не повезло.
В таких играх, в которые мы играем, подобное случается.
Я, конечно, старое зло. Это не первая моя потеря, строго говоря, даже не сотая, и привязанности никогда не относились к моим сильным сторонам… Но, как показывает практика, эта потеря была в некоторой степени тяжелее прочих.
Она оставила меня опустошённой, и спектакль, разыгрываемый за окном, казался особенно скучным.
Если разобраться, то этот мир уже почти наверняка не рухнет. Все долги отданы, преемница у меня на всякий случай есть, и с равновесием Королей Кошмаров ничего непоправимого не случится. Мне не о чем переживать и не к чему стремиться. Без мастера Лина многое в этой игре утратило вкус и смысл, так что я просто пила вино. И ждала деву Фаэн.
Я решила, что мне пора распрощаться с должностью Паучьей Королевы. И всё это время потратила на то, чтобы, одна за одной, расплести свои нити.
Я слишком устала быть злом. Это мой пятый спасённый мир, не говоря уж о делах в родном мире, и… Просто хватит.
Быть злом бывает по-настоящему больно.
Пусть вместо меня эту роль на себя возьмёт кто-нибудь другой.
…
Взрыв снёс часть стены. Бело-золотое пламя охватило дворец, и войска света, наконец-то, ворвались внутрь.
Хоть на что-то они способны, вы посмотрите на них!..
Я холодно улыбнулась деве Фаэн.
— Ты заставила себя ждать, — сказала я ей насмешливо. — Не могла поторопиться? Я жду уже довольно долго.
Её прекрасные глаза мерцали болью и страданием.
— Что ты сделала с ним?! — крикнула она.
Её сила, обескураживающая и накрывающая с головой, сорвалась с цепи.
— С кем? — тут есть вероятность, что она и мастера Лина имеет в виду. Её чувства к нему сложные, надо сказать. — Я много чего много с кем сделала! У меня, знаешь ли, бурная биография…
— Ты! — мне пришлось снова уклоняться на пределе сил. — Что с моим мужем? Что с моим учителем? Где они?!
— Ну, давай подумаем… — я премерзко улыбнулась и поправила рукава своих одежд. Стиль, ребята! Он важен всегда, но сейчас — особенно. Это ведь, в конечном итоге, моя последняя злодейская роль, и мне хочется доиграть её красиво. — Мне отвратительно было смотреть на эту вашу великую любовь, и я решила разрушить её. Так что твой обожаемый муж теперь в другом мире, и он позабыл, как тебя любить. Такие дела.
Девочка была безутешна. Слёзы потекли по её щекам, и я мысленно вздохнула. Да брось, деточка, у тебя впереди вечность! И сюжет твоих следующих книг явно изменится на что-то вроде “в поисках утраченной любви”. А там — кто знает, какой ты будешь и что найдёшь?..
Но я, конечно, не могу сказать тебе этого.
— За что ты меня так ненавидишь?! — выкрикнула она. — Что я тебе сделала?!
— Ничего, — что, разумеется, правда. Девочка просто оказалась втянута в это волею случая, как и я сама. — Я просто зло в твоей истории.
— Ты!..
Мы обменялись ещё несколькими ударами. Я отвечала из последних сил, просто для того, чтобы занять деву делом. Почти все мои пауки уже разошлись, остался только дух старого клёна, который не пожелал уходить, что ты с ним ни делай.
“Наша судьба всегда была общей,” — сказал он.
Я не смогла его отговорить.
— Что ты сделала с моим учителем?!
Да, мы и к этому подошли… Я мягко улыбнулась ей.
— Я соблазнила его, но потом он напал на меня и ранил. Скорее всего, он уже мёртв.
— Ты!..
— Я бы не спешил с выводами.
…
…
Я не позволила себе поверить.
Не сразу.
Никогда не была склонна к галлюцинациям, но потери и боль порой играют с людьми интересные шутки…
Так что я не позволила себе надеяться, когда медленно повернулась, чтобы увидеть огромного лиса, стоящего на стене. Его белоснежный мех сиял первозданной чистотой даже сквозь тьму и дым, а глаза переливались золотом.
— Учитель! — крикнула дева Фаэн. — Ты жив!
— Значит, ты не помер, — сказала я. Получилось хрипловато, но сойдёт. Вдруг я дыма надышалась или ещё чего? Всякое случается. — Я уже думала, что избавилась от тебя!
— Не дождёшься, — оскалил лис клыки, — ты не избавишься от меня так просто!
Я едва слышно фыркнула. Этот уж мне хитрец…
— Где Да-ар? — спросил мастер Лин у девы Фаэн.
— Она… Она отправила его в другой мир и заставила разлюбить меня!
И девчонка заплакала.
Лис нахмурился.
— Если так, — сказал он, — то я стал намного сильнее теперь, когда сумел сбежать из её ловушки. Я разберусь с ней, а ты… иди. Если ты сольёшь свою силу с моей, я открою тебе путь в другие миры.
Э…
Я застыла надолго, признаю — просто растерялась, слишком обессиленная и полная боли. Но потом до меня дошло: всё это время бывшие хозяева мастера Лина имели на него влияние в первую очередь через его тело. На нём были замкнуты все запреты. И теперь…
