– К чему все это? – воскликнул Генри. – Зачем устраивать эту очную ставку с Бенедиктом?
– Шантаж, – коротко ответил Уилл. – Мортмэйна нам не поймать, но вот Бенедикт полностью в наших руках. И этого может оказаться достаточно.
– Думаешь, он так легко откажется от Института? – спросил Джем. – А если он просто выберет претендента из числа своих сторонников?
– А вот этого не надо. Пусть лучше выступит в поддержку Шарлотты – откажется от всех претензий и объявит, что она достойна управлять Институтом. И вот его сторонники теряются в догадках, Консул доволен, Институт остается за нами! Вдобавок Бенедикт расскажет все, что знает про Мортмэйна – где его убежище, какие у него секреты.
– Но ведь Мортмэйна он боится гораздо больше, чем нас, – заспорила Тесса. – К тому же если Мортмэйн не даст ему лекарство, он умрет.
– Так и будет. Но его преступления – связь с демоном, ужасная болезнь, узнав о которой его жена покончила с собой, – ведь это фактически убийство другого Сумеречного охотника. И не просто убийство, а совершенное при отягчающих обстоятельствах – с привлечением демонических средств. А за это положено самое страшное наказание.
– Что может быть хуже смерти? – спросила Тесса и тут же пожалела, увидев, как Джем едва заметно поджал губы.
– Безмолвные братья изымут у него то, что делает его нефилимом. Он станет Отверженным, – ответил Уилл, – а его сыновья мирянами, знаки с их тел срежут. Имя Лайтвуда будет изъято из всех реестров Сумеречных охотников. И тогда наступит конец всем Лайтвудам как нефилимам. Нет большего позора. Даже Бенедикт на это не пойдет.
– А если ему все равно? – тихо спросил Джем.
– Полагаю, мы уже ничем не рискуем, – ответила Шарлотта. С каждым словом Уилла она все больше ожесточалась; Софи с удрученным видом облокотилась на каминную полку, а Генри положил руку на плечо жены и казался подавленным, как никогда. – Нанесем-ка мы Бенедикту визит. На церемонии времени нет, попробуем застать его врасплох. Так, а где мои визитные карточки?
– Значит, будем действовать по моему плану? – выпрямился Уилл.
– Теперь это мой план, – отрезала Шарлотта. – Если хочешь, поехали со мной, но теперь я главная, а значит, никаких разговоров о демоническом сифилисе, пока не скажу.
– Но… но… – пробормотал Уилл.
– Да брось ты! – воскликнул Джем, по-дружески пнув его в лодыжку.
– Ведь она присвоила мой план!
– Уилл, – перебила его Тесса, – что для тебя важнее: успех плана или признание?
– А то не знаешь? – Уилл поднял палец и добавил: – Разумеется, второе.
Шарлотта закатила глаза:
– Уильям, либо по-моему, либо никак!
Уилл глубоко вздохнул и посмотрел на Джема, тот лишь усмехнулся в ответ. Уилл удрученно кивнул:
– Что ж, ладно. Шарлотта, мы все поедем с тобой?
– И ты, и Тесса нужны мне как свидетели той вечеринки. Джем и Генри, хотя бы одному из вас придется остаться и охранять Институт.
– Но, дорогая… – Генри недоуменно коснулся ее руки.
– Что? – удивилась Шарлотта.
– Может быть, мне лучше поехать с тобой?
– Не стоит, Генри, – улыбнулась Шарлотта, и ее усталое заплаканное лицо просветлело. – Формально Джем еще не взрослый, поэтому я не могу оставить Институт на него. Разумеется, он справился бы, но не хочется лишний раз злить Бенедикта. И все равно спасибо.
Тесса посмотрела на Джема, он печально улыбнулся и сжал ее пальцы. Никто ничего не заметил, потому что пышные юбки Тессы закрывали их руки. От его прикосновения она ободрилась и встала вслед за Уиллом. Шарлотта искала перо, чтобы нацарапать записку на обороте визитной карточки, которую Сирил доставит, пока они будут ждать в карете.
– Схожу-ка я за шляпой и перчатками, – шепнула Тесса Джему и направилась к двери.
Уилл вышел следом, дверь захлопнулась, и они оказались в коридоре одни. Тесса бросилась к своей комнате, но услышала за спиной шаги Уилла.
– Тесса! – позвал он, и она обернулась. – Тесса, нам нужно поговорить.
– Прямо сейчас? – удивилась она. – Ведь Шарлотта сказала, что надо спешить…
– К черту спешку! – Уилл подошел ближе. – К черту Бенедикта Лайтвуда, Институт и все эти дурацкие дела! Я хочу поговорить с тобой. – Он усмехнулся.
Он всегда был порывист и безрассуден, но сейчас что-то изменилось – вместо отчаяния в глазах его светилось счастье, хотя и не без прежней развязности. Вот ведь нашел время!..
– Совсем спятил? Когда ты говоришь «демонический сифилис», мне кажется, что ты имеешь в виду «наследство от дядюшки-миллионера». Неужели ты и в самом деле так рад?
– Просто доволен, что был прав. А счастлив я вовсе не поэтому. Это касается нас с тобой…
Дверь гостиной открылась, и вышли Генри с Шарлоттой. Тесса поняла, что следом выйдет Джем, и отшатнулась от Уилла, хотя ничего такого между ними не происходило. «Ага, если только в твоих мыслях», – услышала она голосок в голове, но предпочла не обращать внимания.
– Уилл, не сейчас, – прошептала она. – Кажется, я знаю, что ты хочешь мне сказать, и да, ты совершенно прав, но сейчас не время и не место, понял? Поверь, я тоже хотела все обсудить, меня это тоже тяготит…
– И тебя тоже? – Уилл выглядел таким обалделым, будто она его камнем по голове стукнула.
– Ну да, – ответила Тесса, высматривая Джема. – Только не сейчас.
Уилл проследил за ее взглядом, нервно сглотнул и послушно кивнул:
– Хорошо, а когда?
– Потом, после визита к Лайтвудам. Приходи в гостиную.
– В гостиную?
– Уилл, ты что, будешь каждое мое слово повторять? – нахмурилась она.
Тут подошел Джем, услышал ее слова и усмехнулся:
– Тесса, дай бедному Уиллу собраться с мыслями, он не спал всю ночь и, видно, забыл даже, как его зовут. – Он взял своего побратима за руку: – Пойдем, Херондэйл. Похоже, немного энергии тебе не повредит. Нарисую тебе руну-другую.
Уилл оторвал взгляд от Тессы и позволил Джему увести себя по коридору. Тесса покачала головой, глядя им вслед: «Ох уж эти мальчишки, кто их только разберет!»
* * *
Тесса вошла в свою комнату и удивленно замерла, уставившись на кровать. Там лежало изящное нарядное платье из индийского шелка в кремовую и серую полоску, украшенное изысканной тесьмой и серебряными пуговками. Рядом – серые бархатные перчатки, вышитые серебряными листочками. Возле кровати стояли ботинки цвета слоновой кости и к ним прилагались модные узорчатые чулки.
Дверь открылась, и вошла Софи с подносом, на котором лежала светло-серая шляпа, украшенная серебряными ягодками. Горничная была очень бледна, глаза заплаканы.
– Новые наряды, мисс, – сказала она, отводя взгляд. – Эта материя – часть приданого миссис Бранвелл, и… ну, она велела заказать вам пару платьев. Я так понимаю, она решила, вам захочется надеть что-нибудь другое, а не те платья, что купила мисс Джессамина. Их доставили утром, и я попросила Бриджет разложить все для вас.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
