без серьезных проблем. Стояла ясная погода, когда они, миновав мыс Фарвель, 26 августа прибыли в Юлианехоб и приступили к разгрузке. В пути моторную лодку окрестили «Дагмар».
По прибытии, как всегда, был устроен праздник, и уже спустя несколько дней началась настоящая экспедиция. Хольтвед и несколько его помощников-эскимосов остались в Линденоус-фьорде. Остальные отправились на север. 24 августа после полудня они доплыли до крупного комплекса фьордов у Скьольдунгена, где встретили двух норвежцев из компании по лову, занявшей восточное побережье. В то время как высокие умы в Дании и Норвегии не на шутку возмущались разногласиями по поводу Восточной Гренландии, встретившиеся на этой территории норвежцы и датчане вели себя дружелюбно по отношению друг к другу. Они знали, что в крайних ситуациях взаимовыручка и понимание – это вопрос жизни и смерти.
В вершине фьорда Нёрре-Скьольдунгесунн простирается долина Королевы Марии. «Мы провели неделю в этом восхитительном оазисе, в плодородной, усыпанной цветами и заросшей кустарником долине, расположенной посреди ледников, полярных льдов и диких острых альпийских вершин. Здесь было жарко и полно комаров, стояла летняя погода. Нас, привыкших к голым ветреным предгорьям среди пустынных ледников, эта земля ошеломляла особым арктическим плодородием, которое читалось не только в цветах и зелени, но и в черных блестящих ягодах водяники, которые хрустели под ногами, окрашивая соком наши подошвы…» – пишет далее Расмуссен.
Несмотря на все внешние обстоятельства, Кнуд Расмуссен продолжал работать, чтобы правильно составить «уравнение своей жизни». Проблема заключалась лишь в том, что неизвестные величины продолжали меняться. Арктический институт, Дания
30 августа участники экспедиции выступили в поход на север.
Поутру они столкнулись с очередным доказательством норвежской активности на побережье. Это был норвежское рыболовецкое судно «Сигналхорн» из Олесунна – норвежской базы в Восточной Гренландии. Экспедиция сделала остановку в Кангерлуссуаке, крупном фьорде, находившемся примерно посередине между Ангмагссаликом и Скорсбисунном. Условия там были настолько жесткими и суровыми, что экспедиция была вынуждена вернуться на юг в поисках более благоприятных мест. Расмуссен добавляет в отчет такое замечание: «…с тем результатом, что охотничью станцию стоило бы строить непосредственно к северу от мыса Валлё, близ Линденоус-фьорда, который в настоящее время является лучшим промысловым районом для населения мыса Фарвель». Просто констатация факта, но с явно скрытым подтекстом. Здесь не было места, где развернуться норвежцам. Относясь к ним вполне дружелюбно, он все же скрупулезно упоминает о каждых следах встречи с ними.
В честь «Дагмар», первой моторной лодки, которой удалось беспрепятственно обогнуть побережье от мыса Фарвель и добраться до колонии в Ангмагссалике, было устроено торжество.
На следующее утро они дошли до вершины фьорда, где Теркель Матиассен приступил к раскопкам руин жилищ в старом стойбище Мициток. На тот момент он посетил уже более 100 разрушенных жилищ по берегам фьорда Ангмагссалик. На следующий день члены экспедиции отправились в Кууммиит, где встретили большую группу восточных гренландцев, занимавшихся подготовкой домов к зиме. Катехизатором и представителем администрации здесь был известный художник Кареле Андрессен, который несколько лет назад проиллюстрировал книгу Расмуссена «Мифы и саги Восточной Гренландии».
«Было замечательно находиться среди всех этих счастливых людей, но наша работа звала нас обратно, к южному побережью, и нужно было как можно скорее подготовиться к отъезду из Ангмагссалика. 5 сентября мы запаслись горючим и провиантом, и на следующее утро “Дагмар” покинула колонию под оглушительные залпы салюта; над домами развевались флаги», – писал Кнуд Расмуссен в отчете о походе.
Премьер-министр Стаунинг, Кнуд Расмуссен и Дагмар. Арктический институт, Дания
Спустившись вниз по побережью, они пришли в поселение в богатом дичью районе. Радость и благодать. «Все светились от благополучия и гордости за своих красивых и ухоженных собак». В описаниях Кнуда нашлось место и для такого небольшого комментария:
Два дня мы провели среди этих добрых, счастливых людей, которым только что нанес четырехдневный визит норвежский корабль «Хеймен».
До этого момента все шло почти гладко, но по дороге на юг начались трудности. Приближались льды, усиливался ветер с северо-востока, бушевали волны, наступала тьма. Шлюпка, привязанная за кормой, наполнилась водой и, когда судно маневрировало среди льдов, резко вылетала из кильватерной струи. В пять часов стали искать гавань, но внезапно обнаружили, что «Дагмар» не повинуется рулю. Более тщательное обследование показало, что руль сломан – наверняка его повредил трос, которым за кормой была привязана лодка.
Перед выходом в море установили запасной руль.
Едва удалось это уладить, как несколько крутых волн снова наполнили шлюпку водой, и мы принялись ее вычерпывать. Во время поднятия буксира поднявшаяся волна подхватила шлюпку и с огромной силой отшвырнула ее в заднюю часть «Дагмар». Буксировочный трос обмотало вокруг вала винта и он лопнул; винт остановился. Заполненная до краев водой шлюпка отплыла от нас, и спасти ее было уже невозможно.
Ситуация была критической. Расмуссен пишет:
Мы оказались примерно в 25 морских милях от берега – без руля, с неисправным двигателем и парусами, которые ветер рвал на части. 11, 12 и 13 сентября, находясь в нерабочем состоянии, мы попали в шторм, из-за которого нас отнесло на 125 морских миль к югу и на 80 морских миль от берега. Это был самый настоящий шторм, во время которого порывы ветра порой достигали 10–11 баллов.
Описывая череду всех этих событий, Кнуд Расмуссен в своей обычной манере сохраняет сдержанность в сложной ситуации, однако в рассказе магистра Йоханнеса Ольсена, чей рассказ повторяет описание Кнуда, имеется существенное дополнение: «Мы сидели неподвижно и ждали того, что казалось нам неминуемым исходом этой ситуации».
Утром 12 сентября волной оторвало аварийный руль.
На следующий день шторм стих настолько, что им удалось освободить вал винта и они направились к берегу в сторону Скьольдунгена.
Утром 15 сентября они вернулись в свой старый палаточный лагерь в долине Королевы Марии, где встретили Финна Девольда, являвшегося ведущей фигурой норвежского присутствия на побережье. Свой рассказ о норвежцах Кнуд Расмуссен заканчивает словами: «Несмотря на все наши разногласия по вопросам о Восточной Гренландии, которые мы открыто обсуждали, между нами не было ни единого намека на недовольство. Мы всегда с удовольствием будем вспоминать наше сотрудничество с этими симпатичными, талантливыми и отважными норвежцами».
Закончилось лето, а вместе с ним и хорошая погода. Сменяя друг друга, шторма удерживали их у мыса Ранцау в течение
