свою темницу, в том числе и княжна. Немного погодя пришла Смеяна – принесла кувшин воды и ширинку.
– Ярослав… – робко позвала она.
– Чего тебе? – спросила Рагнеда.
– Вот, умойся и вытрись этой ширинкой – она приносит удачу. Ее моя прабабушка ткала и вышивала. А прабабка была ведуньей.
Остальные лешачи, на терассе, тоже услышали разговор и это им стало интереснее, чем бой. Тихомир с Мечиславом и Данко вернулись в темницу, а Светозар и Лютой заглядывали с улицы (на терассу с их темницы вела дверь). Рагнеде было неудобно – все на нее смотрели, а кое-кто еще и посмеивался.
«Этого мне еще не хватало», – подумала Рагнеда. Она умыла лицо и вытерлась, после чего протянула полотенце Смеяне.
– Оставь себе, – сказала она, – еще пригодится. Удачи, – Смеяна покраснела и поцеловала Рагнеду в щеку, после чего быстро ушла.
Княжна так и осталась стоять в ступоре, сжимая в руках ширинку.
– Кажется, ты ей понравился, Ярослав, – сказал Данко.
Все засмеялись.
Рагнеда развернулась и швырнула в него ширинкой. Данко ее поймал и сказал:
– А мне она тоже принесет удачу?
Тут Рагнеду вызвали готовиться к бою. Очень вовремя – куча колкостей готовы были обрушиться на земляка.
По дороге на арену стражник завел княжну в оружейную, где та подобрала более менее подходящие сабли.
Против Рагнеды выставили здорового лысого бойца, которого привез один из богачей. Силач был безжалостен, а его удары – такой силы, что клинки дребезжали в руках. Казалось, что металл вот-вот расколется. Маленьким и худым в бою легче тем, что можно быстрее двигаться. Тело здоровяка блестело от пота, лицо искажал оскал. Он прижимал Рагнеду к стене. Княжна начала уставать. Наконец, соперник вышиб из ее руки клинок, схватил за горло и ударил спиной о стену. Становилось трудно дышать.
Внезапно Рагнеда почувствовала внутри себя жар. Свободной рукой она сжала запястье противника. Тот ощутил, будто его схватили раскаленной металлической перчаткой. Здоровяк взвыл от боли и ослабил хватку. Рагнеда воспользовалась моментом: заломила ему руку и пнула в солнечное сплетение. Боец упал, пытаясь отдышаться и прижимая обожженную руку к себе. Ожог отпечатался пятерней на запястье.
Рагнеда повернулась к дяде и взялась за свое плечо, напоминая ему о том, что накануне чуть не вывихнула ему руку. После поклонилась и ушла. Святополк прочел насмешку в ее взгляде.
Богачи требовали еще боя. Княжна им очень понравилась, все наперебой предлагали своих бойцов.
– Где ты откопал такой самородок? – интересовался у князя сын Тальца, Глеб.
– Разбойники привели, – отвечал Святополк. Он балдел от новичка. – Уж и не знаю, откуда они его взяли.
– Выпусти его еще разок. Гляди как люди просят.
– Вот кого, только, супротив него выставить?
– Может, кого-нибудь из своих? – предложил Глеб. Характер у него был такой же подлый, как у родителя. – Нечего бойцам меж собой дружбу водить. Пусть не расслабляются.
Святополк посмотрел на своего воеводу, который стоял у входа на арену, и кивнул. Тот кивнул в ответ и скрылся из вида.
– Ярослав, возвращайся на поле – князь требует еще один бой.
Рагнеда уже оставила сабли в оружейной:
– Что?
– Что слышал. Бери клинки и вперед.
Рагнеда неохотно взяла первое, что попалось под руку и поплелась обратно. Воевода отправился к бойцам Святополка.
– Кто из вас готов сразиться с мелким?
Все стояли в недоумении: еще один бой подряд?
– Что, никого? Или боитесь мальчишку?
– Я пойду, – вызвался Изяслав.
Через несколько минут на арене друг против друга стояли Рагнеда и Изяслав.
Изяслав чувствовал себя неловко перед княжной.
– Извини, Ярослав. Ничего личного, правда, – после этих слов он напал.
Увернувшись пару раз, отбившись разок-другой, Рагнеда отбросила оружие.
– Что ты делаешь? – не понимал соперник, – Думаешь прекратить бой?
– А ты еще не понял? Эта зажиревшая знать хочет зрелищ. Так давай им дадим это.
– Но учти – я слабее биться не стану. Поблажек не будет.
– А кто у тебя их просит? Нападай, – в ее голосе звучала такая уверенность, что Изяславу как-то не по себе стало.
Он атаковал ударом сверху. Рагнеда схватила его за запястья и пнула в лодыжку, повалив парня на спину. И, пока он не успел очухаться, вырвала меч из его рук и приставила к горлу. Изяслав изумленно смотрел на княжну снизу вверх. Все так быстро случилось, что он и не понял как оказался на земле.
– Извини, ничего личного, – передразнила его Рагнеда.
Оба друг другу улыбнулись и княжна помогла товарищу подняться.
Публика гудела: люди выражали недовольство из-за того, что все так быстро закончилось.
– А теперь проверим как ты устоишь против женщины, – громко сказал князь. – Всеволод!
Не успела Рагнеда обернуться, как воевода выпустил на арену одну из привезенных давеча воительниц. Девица была стройна. Смуглянка с черными, как смоль, волосами. Милое лицо искажала гримаса злости. Она неслась на княжну с кривой саблей. Рагнеда едва подняла меч Изяслава, как на нее обрушилась атака, свалившая ее с ног. Удар был отбит, но при попытке встать княжна получина пинок в сгиб ноги, который поставил ее на колено. Рагнеда не растерялась и ударила смуглянку локтем в бок. Та вскрикнула от боли и выпустила оружие из рук. Княжна схватила ее за голову сзади и перекинула через себя. Красотка распласталась, упав на живот и ощущая боль в спине и шее. Рагнеда снова победила.
Публика была опьянена красотой боя, требовала еще и еще. Князь же сидел и смотрел на Ярослава. «Может, стоит вернуть ему сабли?» – подумал он. Святополк встал и все затихли.
– Я обещание держу. Ты заслужил награду – я возвращаю тебе твои сабли. Завтра ты увидишь их в оружейной.
Именно это княжна и хотела услышать. Они с Изяславом (он наблюдал за битвой, будучи на арене) вернулись в темницу. Встретили Рагнеду (вернее, Ярослава) с похвалами и восхищениями. Один Шун сидел в стороне и молчал. Светозар во время всех трех битв внешне сохранял хладнокровие, хотя внутри бушевал ураган. Похвалить ученицу он не успел – настала его очередь биться.
На «поле смерти» эльфа ожидала соперница. На воительнице была белая облигающая одежда, подчеркивающая красивую фигуру. Черные локоны каскадом струились по спине и плечам, переливаясь на солнце. Прекрасное лицо абсолютно ничего не выражало, в серых глазах лишь пустота. За поясом у красотки была парочка серповидных кинжалов, в руке – плётка с когтистой железной лапой на конце.
– Учти, пощады не будет, – прозвучал серебристый голос.
Светозар ничего из сказанного не понял: незнакомка говорила на неизвестном языке, но очень знакомом… Девица заметила, что до эльфа не дошло, и
