– Прекратите немедленно, – приструнила его мать Шпоры.
Дилли вместе с Рори верхом на лошадях резвились на траве, невзирая на протесты разгневанного садовника Эли Гейтса.
– Ребятки мои бесценные! – обратилась к ним Фили. – Все получилось так, что лучше не бывает! А теперь быстрее скачите к Шпоре и Эллен! Умоляю, пока они не уехали, скажите им, что у нас есть время выпить на прощанье! Кстати, скоро состоится церемония открытия бюста!
Когда белое покрывало упало с цветочной композиции, заказанной Фелисити Гейтс, те немногие преданные гости, которые нашли в себе силы выдержать децибелы «Ночных убийц», пережили потрясение еще большее, чем от концерта.
Цветы были изумительны, аранжировка великолепна. Но их затмевал центр композиции, ибо он являл собой шедевр.
Эта скульптура не укладывалась в рамки приличий. Она бросала вызов благопристойности. И от нее невозможно было оторвать глаз.
Среди орхидей, лилий и роз сплели свои тела бронзовые мужчина и женщина, словно сплавленные в неразрывное целое в горниле страсти. Узнать в них Шпору и Эллен не составляло никакого труда. Фили склонила голову набок, оценивая свой труд:
– Перед тем, как в следующий раз браться за эротическую композицию, надо будет получше изучить тему.
Бархатный голос у нее за плечом ласково произнес:
– Всегда к твоим услугам.
– По-моему, я беременна, – мечтательно вздохнула ваятельница и похлопала себя по животу. Она могла по праву гордиться парным портретом, хоть ей и пришлось продать последние рисунки своего отца, чтобы заплатить за отливку.
– Это ужас как хорошо, – услышала Фили из-за другого плеча. Обернувшись, она узнала Ллойда, племянника Эли, агента по недвижимости.
– Вы находите? – Фили хлопала ресницами, удивляясь как все-таки Эллен могла предпочесть Шпору этакому Адонису. – Скажите, пожалуйста, что вы знаете об оригами?
Большая серая лошадь посмотрела на темные окна дома, заржала и пошла к выгону пощипать травки.
– С ней все будет в порядке, – сказал Шпора. – Рори зайдет и заберет ее. Нам нужно спешить. За мной бросятся в погоню.
– У тебя же нет паспорта, – напомнила Эллен. Она сидела на матрасе и щелкала застежкой на рюкзаке.
– Из-за меня ты не увидишь мир. – Шпора бросился на кровать рядом с ней.
– Какая разница, – рассмеялась Эллен. – Зачем он мне нужен, когда я вижу тебя?
Шпора тоже начал смеяться.
– Поедем в Корнуолл. – Она поцеловала его.
– Или в Шотландию. – Он расстегнул ей шорты.
– Или в Йоркшир. – Она сняла с него футболку.
– А может, в Уэльс? – Он стянул с нее трусики.
– Я слышала, в это время года в Котсуолде божественно!
– Мне тоже так говорили.
– Там есть один славный пустующий домик. Правда, проданный.
– Может быть, в нем и остановимся? Где он находится?
– В Оддлоуде. Живописное местечко.
– Оддлоуд! Как же, наслышан! Там сейчас проездом находится одна леди, спортивный физиотерапевт, обещала мне сделать массаж. До сих пор жду…
– Вот нерадивая! Как ей не стыдно! Мы ей напомним, и она исправит свое упущение…
Дилли и Рори, не слезая с лошадей, смотрели на окна Гусиного Дома. В одном из них, под самой крышей, загорелся свет, и оба удивленно переглянулись.
– Не похоже, чтобы они куда-то спешили, как по-твоему? – спросил юноша.
Дилли кивнула и покраснела.
– Следующие скачки я непременно выиграю для тебя, – сказал Рори.
– Нет, я для тебя!
– Но сначала я!
– Ну уж нет!
И они поскакали прочь, радостно препираясь.
Ровно в без четверти четыре, по окончании скачек в Аскоте, из особняка раздался вопль такой силы, что его было слышно, наверное, на другом конце долины. Гости, расположившиеся на газонах около дома Эли Гейтса, оживились в предвкушении еще одного сюрприза.
Леди Белль устало пошла по дорожке к дому узнать о последних потерях мужа. Но он уже бежал навстречу ей с возмущенным котом на руках.
– Ради бога, Джон! – жена отступила назад. – Не мог бы ты унести эту мерзкую тварь подальше! Ты же знаешь, я терпеть не могу котов! Если он болен, пристрели его из пневматического ружья.
– Он еще как здоров! – Такого оживленного лица у сэра Джона леди Беллинг не видела давно. – Я же говорил тебе, что кошки сами выбирают себе хозяина, и Годфри выбрал меня! – Сэр Джон осыпал поцелуями пятнистую черно-белую макушку, и кот посмотрел сначала с обожанием на сэра Джона, а потом с ненавистью – на леди Белль. – И он принес мне удачу!
– Что ты имеешь в виду, Джон?
– Получилось! Пять выигрышей подряд! Все мои темные лошадки пришли первыми, все пять, голубушки мои! Мои красавицы не подвели!
– Ты шутишь?
– Нет. – Он потряс головой, продолжая смеяться. – Никаких шуток! Мы богаты! Мы БОГАТЫ!
– О мой дом! Мой любимый дом! – Леди Белль прижала руки к груди и побледнела. – Его не нужно теперь продавать. Мы починим крышу. Мы будем держать лошадей. Мы отреставрируем Речной каприз.
– Не волнуйся так, дорогая! – Муж погладил ее по руке и перешел на шепот. – Тебе нельзя волноваться, ты ведь не очень здорова.
Жена посмотрела на него, и под ее взглядом сэр Джон виновато пожал плечами:
– Глэдис подслушала твой разговор со Шпорой. Она думала, что я тоже знаю. Моя бедная Белль. Я готов отдать все деньги, чтоб ты только выздоровела.
Леди Белль хитро улыбнулась.
– Я здорова, как бык.
– То есть ты сказала мальчику неправду?
– Я просто не стала вносить уточнения в ошибочную интерпретацию фактов. – Леди Белль не зря столько лет была женой политика. – Ему в руки попал обрывок письма от ветеринара, и он не понял, о ком идет речь. Он подумал, что обо мне, а не о Сгэдстоун.
– То есть ты позволила сыну думать, что раком селезенки в последней стадии больна ты, а не наша лабрадориха? Конечно, Джаспер очень плохо себя вел, но не кажется ли тебе, что это немного бессердечно по отношению к мальчику?
– Я проверяла силу его характера.
– И как?
– У него сильный характер.
– Может, оно и к лучшему, что Джаспер не женился на малышке Эли Гейтса? – Сэр Джон взял под руку леди Беллинг.
– Боже мой, да конечно! Особенно сейчас, когда мы не нуждаемся в деньгах. Это был бы ужасный брак. Значит, мы действительно богаты?
– Действительно!
– Богаче, чем Эли?
– Пожалуй.
– Как замечательно! Может, закатим прием?
***
Эллен энергично проработала ладонями зону по обе стороны от позвоночника Шпоры, а затем его плечи.
– С оливковым маслом, конечно, было бы лучше, – извинилась она.
– И так потрясающе. – Шпора повернул к ней голову через плечо.
– Я выполнила свое обещание. – Эллен прижалась носом к его носу.
