— А как чувствуют себя преподобный и его супруга? — спросила Нора о гостях дома. На этот вопрос Маану вынуждена будет ответить.
— Женщина плачет, — объяснила Маану, — и хочет встать и искать ребенка. Она говорит, что ночыо ей один ангел сказал, что ребенок еще жив.
— Это невозможно, — сказала Нора.
Маану снова пожала плечами.
— Но она верит в это. Преподобный попросил баккра отдать приказ найти труп. Сейчас это делают двадцать ниггеров...
— Но это же безумие, — возразила Нора.
Все еще было опасно идти туда, где стояла вода. Земля везде размокла и превратилась в болото. Почва могла легко сползти вниз, особенно там, куда вода прибила все то, что было сорвано с места, вырвано с корнем и уничтожено ураганом.
Однако Нора тут же замолчала. Жаловаться не имело смысла: преподобный Стивенс и его жена, конечно, не уедут до тех пор, пока не будет найден ребенок. Поэтому она сама бы, наверное, предоставила своих людей в их распоряжение — хотя бы для того, чтобы избавиться от гостей.
— Преподобный мог бы сегодня утром совершить богослужение, — сказала она, наконец. — Нам ведь нужно похоронить мертвых...
На красивом лице Маану появилась кривая злая улыбка.
— Кладбище рабов затоплено, — сказала она затем.
Нора почувствовала, что сейчас взорвется.
— Значит, придется делать новое кладбище! — заявила она. — И мы сразу же должны подумать, где будет новое место для поселения рабов. Старое при каждом урагане все равно затоплялось водой, если я правильно поняла. Значит, имеет смысл построить новый поселок выше господского дома.
— Из-за этого баккра Дуг уже поссорился с баккра Элиасом, — заметила Маану.
Нора вздохнула. Она хорошо могла себе представить, как это происходило.
За завтраком, как и ожидалось, царила напряженная атмосфера. Дуг предложил ставить новое поселение рабов вблизи конюшен. Для этого нужно было удалить оттуда единственную плантацию сахарного тростника, которую там только что заложили. Можно было за несколько дней вынуть из земли саженцы и пересадить их в другое место.
Но Элиас воспротивился этому. Прежде всего, из-за того, что это предложение сделал Дуг. Нора решила снова разыграть карту «купеческой дочери».
— Иметь поселение там, где оно находилось раньше, было, конечно, более практично, — сначала признала она правоту Элиаса. — Близко к кухне, а также к хозяйственным постройкам, — от конюшен людям, конечно, придется идти немножко дальше...
— Но... — Дуг хотел возразить, что это не играет почти никакой роли, однако Нора взглядом приказала ему замолчать.
— Но подумай о затратах, — спокойно продолжила она. — Сколько это займет времени и сколько понадобится работы, чтобы снова построить жилье...
— За это заплатит Холлистер! — угрожающим тоном сказал Элиас.
Этим утром у него был переутомленный вид и плохое настроение. Неужели вчерашняя драма подействовала на него сильнее, чем думала Нора?
— Вполне возможно. Но заплатит ли он снова, если это повторится и в следующем году? Тогда ты будешь упрекать себя, что вы не перенесли хижины в другое место. Ведь практически при каждом урагане в поселении рабов были разрушения, разве не так? Каждый год надо будет снова вести ремонтные работы. Я не думаю, что это оправдывает себя, Элиас. Единственной разумной альтернативой было бы построить дамбы и выкопать рвы, как сделал это Холлистер, и разместить жилье рабов в сухом месте.
— Но это же стоит целого состояния! — возмутился Элиас. — Один только этот тип из Англии...
— Ты должен посчитать все в спокойной обстановке, — любезно сказала Нора. — Тебе не следует решать это сегодня. Вот только вопрос с кладбищем...
Утро после урагана выдалось дождливым, однако снова потеплело. Лежавшие в сарае трупы нужно было похоронить. В конце концов, Элиас дал уговорить себя и разрешил устроить кладбище для рабов за конюшнями. Это был первый шаг к постройке новой деревни поблизости. Дуг и Нора, облегченно вздохнув, посмотрели друг на друга.
— Прямо рядом с могильником для животных, да, миссис? — заметила Маану, когда хозяйка сказала ей о решении баккра.
У Норы впервые в жизни возникло желание ударить свою служанку.
После этого преподобный, наконец, провел похоронное богослужение, в то время как Нора хлопотала вокруг плачущей Рут. Мужчины, которые должны были искать мертвого ребенка, еще не вернулись; Нора надеялась, что среди них не было близких друзей умерших, которые хотели бы присутствовать на похоронах. Однако, наверное, Квадво проведет свою собственную тайную церемонию. Колдун-обеа входил в поисковую группу, и именно он после обеда нашел мертвого младенца. Нора не спрашивала, сделал ли он это с помощью духов, или справился сам.
Рут при виде трупа потеряла сознание, поэтому о возвращении Стивенсов домой в этот день нечего было даже думать. Проповедник ушел вместе с ней, чтобы помолиться, после того как Нора снова напоила бедняжку чаем из зверобоя и успокаивающим сиропом из каскариллы. После этого она занялась ранениями, к счастью, легкими, которые получили некоторые из рабов в борьбе с наводнением. Лишь у Аквази были тяжелые ушибы — он вцепился в дерево, на которое ветер обрушил еще одно дерево. Нора настояла на том, чтобы Маану натерла его камфорой и целебной мазью, после чего и раб, и рабыня посмотрели на Нору так, словно та заставила их отхлестать друг друга плетью. Нора уже не в первый раз спрашивала себя, что случилось между ними, и не связано ли это как-то с тем, что произошло у нее с Аквази в ночь ритуала обеа. Однако не мог же Аквази быть таким сумасшедшим, чтобы рассказать об этом служанке! А то, что Маану могла узнать об этом каким-то другим образом, Нора исключала.
Между тем Дуг организовал временное жилище для рабов. Все равно, где придется строить новое поселение, сначала нужно было где-то разместить людей, тем более что начался затяжной дождь. В конце концов, он объявил временным жильем часть конюшен и сарай возле хозяйственных построек, хотя и понимал, что существует опасность того, что отец вечером отменит его решение. Элиаса не было с ними: он сразу же после траурной церемонии уехал верхом в Кингстон, чтобы «заняться Холлистером».
— Может быть, он сегодня уже не вернется назад, — сказал Дуг Норе как бы мимоходом, когда они в обед вместе с рабами ели густой суп. Временную кухню для рабов тоже надо было организовать. Пока что Адвеа и другие поварихи готовили еду в хозяйственных помещениях дома, но сад и огород возле кухни были слишком маленькими для двухсот пятидесяти человек, которых нужно было накормить. — Дорога в Кингстон частично затоплена, если вообще не размыта.
