- Вы не можете так поступить с нами! – кричал Флонкси прямо в небольшой серебряный прямоугольник в своих щупальцах, - Зачем вы вообще давали нам эту надежду, если в самый трудный момент просто бросаете нас на произвол судьбы? – он метался из стороны в сторону и громко шлепал нижними щупальцами по древесине, - Что значит, что вы и так сделали уже больше должного?! Ах, вы не можете помогать цивилизации во время кризиса! Ну и катитесь тогда куда подальше. Игрушки свои тоже можете забрать. Обойдемся без ваших подачек! – он с силой замахнулся и выбросил небольшое устройство за пределы платформы.
Фоноксу хотелось раскрыть себя и попытаться его утешить, но он понимал, что никому не нужна была жалость предателя. Все, что он мог – это надеяться, что когда-нибудь его поступок поймут и простят.
Он возвратился на орбиту и застыл в ожидании, пока время не выполнит всю оставшуюся работу. Дни пробегали один за другим. Он погружался в короткие полугодовые и годовые сны, каждый раз пробуждаясь, как от кошмаров. Эти сны не вошли в воспоминания и остались достоянием одного лишь Фонокса. Видимо, снилось ему не далекое будущее, а самое что ни на есть настоящее, в котором ему была отведена не самая приятная роль.
Однажды он увидел небольшой корабль, прошедший через гиперпространственный тоннель, и проследил за ним. Краснокожий здоровяк верхом на ползуне добрался до Флонкси, испил Лимбуса из кубка и что-то пообещал ему. Остальные детали Фоноксу были не известны. Лишь много позже во сне он увидел, что должен был делать дальше.
Побег от геллорца и все события на планете УранО-14 промелькнули в воспоминаниях так быстро, словно бы их никогда и не было. Если бы Альбер не был их свидетелем, то не смог бы понять, что там произошло. Так плотно были сжаты кадры и так коротки они были.
Следующее воспоминание перебросило Фонокса в будущее. Он опустился на планету, на которой никого не осталось. Ни ползунов, ни фландрейцев, ни каких-либо следов жизни. Он проследовал в центр великого древа и обнаружил Флонкси в состоянии, предшествовавшем превращению в ядро.
Окруженный металлическим обручем платинового цвета, он лежал на земле, сжавшись до размеров мяча для гольфа, но еще не успел обрести первозданную красоту. Вместо этого он выглядел безобразно и даже отталкивающе. Его иссохшая кожа окрасилась в черный цвет разложения и покрылась многочисленными морщинами. С разных сторон торчали небольшие отростки, которые лишь отдаленно напоминали росшие когда-то на их местах щупальца. Его голова вжалась в это хрупкое, точно умирающее, тело и была неотличима от волдыря от ожога.
Фонокс поднял его в свои щупальца, которые в миг растеряли всю свою живость и блеск, словно бы из них высосали всю жидкость. Пересохшие губы сформировали жесткое кольцо и отказывались смыкаться.
- Надеюсь, что ты простишь меня, - сказал он безмолвно одними прикосновениями.
Он аккуратно возложил своего старого друга на застывшую поверхность спящего моря и поскорее убрался оттуда.
На этом воспоминания Фонокса завершились. Альбер несколько раз перепроверил, но больше на том квартоне ничего не было.
***
Срок отбывания наказания на орбите Адары уже давно истек, но Альбер все продолжал хранить в себе воспоминания Фонокса, чтобы в каждом столетии прожитой жизни помнить о фландрейце, который принес свою цивилизацию в жертву ради идеи. Он все надеялся отыскать где-то на просторах галактики следы его существования. Хоть что-то, что указало бы на то, что Фонокс был не просто сумасшедшим с яркими снами, но настоящим провидцем. Он так сильно желал ему пережить взрыв сверхновой, что видел его во всех лазурных цветах и во всех извилистых предметах, отдаленно напоминавших щупальца. Но никаких прямых доказательств того, что фландрейцы пережили взрыв, он так и не обнаружил.
Ему оставалось только гадать, был ли Фонокс предателем или спасителем своего народа. Был ли он сам сообщником злодея или помощником героя.
Ему оставалось только гадать, было ли у человечества какое-то собственное предназначение, о котором люди еще не успели узнать в силу молодости своей цивилизации, или они, как и многие другие разумные виды, появились в результате случайности, чтобы бесследно прожить и бесследно умереть в бесконечном цикле расширений и сжатий Вселенной.
Со временем и это тоже забылось.
***
В свои одиннадцать тысяч лет Альбер был уже не подростком, но еще не стариком. В человеческой цивилизации его возраст считался средним. За свои мимолетные тысячи лет он успел прожить и увидеть многое. Но еще никогда не испытывал такого сильного внутреннего отвращения, которое необыкновенным образом перекликалось бы с беспредельной радостью. Ему навстречу шло существо, какого он в жизни как будто никогда не встречал, но в то же время оно казалось ему очень знакомым. Их взгляды пересеклись и Альбер, поборов отвращение и всецело отдавшись радости, дотронулся до его гладкого щупальца:
- Простите, мы с вами никогда не встречались?
- Возможно, несколько раз в первых трех тысячах лет вашей жизни.
19.01.2023
Конец
Красны мои усы! Вы дочитали книгу.
Для вас это были приятные несколько часов. Для меня целая маленькая жизнь, в которой по вечерам после работы я возвращался к сюжету и героям, чтобы вместе с ними узнать продолжение истории. На мой взгляд, история получилась отличная. Мне удалось совместить в ней яркие запоминающиеся моменты с долей юмора и капелькой меланхолии. Хотелось бы верить в то, что воспоминания о
