на него, а Кода бросается на него с другой стороны. Я готовлюсь ударить своей силой в волка с рубиновыми глазами, но Кода добирается до него первым. Он с рёвом бросается на зверя, ловит его в воздухе надо мной, обхватывая руками его грудную клетку. С этого ракурса он мог бы раздавить ему грудную клетку, сломать рёбра и убить его, но вместо этого он отбрасывает его в сторону.
— Хватит, чёрт! — кричит он. — Арга! Выходи и сразись со мной!
Арга выходит из пелены ночных кошмаров с улыбкой на лице, расправив плечи, напрягая мускулы, сжимая и разжимая кулаки.
— С радостью.
Секунду спустя волк с рубиновыми глазами снова бросается на Коду.
Улыбка Арги становится шире.
— Но сначала…
Он взмахивает кулаком, ударяя своего собственного волка.
Я застываю, ошеломлённая так как предполагала, что он будет целиться в Коду. Сила Арги пронзает зверя насквозь, он визжит и падает на землю, где лежит неподвижно, но дышит.
Я потрясена, когда Арга устремляется за ним, но намерения Арги внезапно становятся мне ясны. Должно быть, моя сила истощила его больше, чем он показал. Ему нужна боль волка, чтобы набраться сил перед боем с Кодой.
Я бросаюсь за Аргой, прежде чем он успевает добраться до волка. Кода делает то же самое, но, опять же, Эйс быстрее.
Мой свирепый друг превращается в размытое чёрное пятно, когда он прыгает, налетая на протянутый кулак Арги, цепляясь за доспехи Арги и терзая их, останавливая Аргу в процессе падения и используя боль другого волка.
— Нет! Эйс! — мой крик страха эхом разносится вокруг, мои ноги топчут землю, я всё ещё в трёх шагах позади, когда другой кулак Арги замахивается на Эйса, ударяя его по голове.
Эйс с визгом катится по земле, тяжело приземляясь рядом с другим волком, где они оба и остаются лежать неподвижно.
Нет.
— Грёбаный монстр! — Кода рычит, бросаясь на Аргу, и кричит от боли, когда кулаки Арги снова и снова врезаются ему в бока.
Кода, не останавливаясь, сбивает Аргу с ног и швыряет его на землю, но Кода при этом спотыкается.
Я знаю, каково это — получить один удар от Арги. Кода только что нанес четыре удара подряд.
Кода падает на колени, покачиваясь на месте.
Арга снова поднимается, возвышаясь над ним.
— Грёбаный слабак.
Он поднимает кулак, целясь в запрокинутое лицо Коды, но я, наконец, оказываюсь рядом и бросаюсь на Аргу.
Время избегать силы Арги прошло.
Затаив дыхание, я собираю в кулак все воспоминания о Коде, которые у меня остались, о каждом ужасающем моменте в Вегасе, когда он украл силу нашего отца, о каждом решительном моменте, когда он сражался со своим призванным Жнецом, даже о более спокойных моментах, когда он говорил мне, что моё желание исполнится, и я увижу, как он умирает.
Мой кулак устремляется к сердцу Арги.
Удар сильный, моя сила пронзает его насквозь, и…
Он едва реагирует.
Прежде чем я успеваю опомниться, его кулак с такой силой бьёт меня по лицу, что я падаю на землю. Агония пронзает мой позвоночник, обездвиживая меня на те секунды, которые требуются Арге, чтобы оседлать меня и ударить снова — и снова — его кулаки бьют меня по лицу и груди, удары приглушаются моей бронёй, но его сила проникает насквозь, в то время как вес его тела удерживает меня в неподвижности.
С отчаянным рёвом Кода бросается на Аргу, обхватывает его рукой за горло и отрывает от меня, в его руке кинжал, нацеленный в горло Арги.
Кончик лезвия едва касается шеи Арги, прежде чем вокруг них взрывается бордовая сила Арги, и Кода снова отлетает назад, а кинжал со звоном падает на землю.
Кода приземляется лицом ко мне, более чем в пяти шагах, его глаза открыты, по лицу течёт кровь, дыхание прерывистое.
— Нова…
Арга бросается ко мне.
— Пора заканчивать с этим.
Вставай, Нова! Вставай!
Я заставляю себя двигаться, заставляю свои ноги стоять, даже несмотря на то, что кричу от боли, борясь за то, чтобы удержаться на ногах. Меня пронзает агония, когда я, спотыкаясь, подбегаю к Арге и сопротивляюсь, хотя каждый удар, который я наношу по его телу, причиняет мне только боль, и боль возвращается в десятикратном размере.
Арга кричит на меня, как он собирается причинить мне боль, в то время как его кулаки опускаются на моё лицо, грудь, плечи, пока у меня не начинает гудеть в ушах, одна из барабанных перепонок не лопается, и я больше не могу разобрать, что он говорит.
Я смутно осознаю, что у меня треснула скула, несколько пальцев сломаны, а мышцы сводит судорога. Я хочу призвать своего волка, хочу как-то заглушить боль, но не могу пошевелиться. Не могу бежать.
Последний удар кулаком по моему лбу, и я падаю на землю.
Я обнаруживаю, что смотрю в ночное небо. Искусственное освещение надо мной такое яркое, что я даже звезд не вижу.
— Лежи! — Арга рычит на меня, пиная по рёбрам. Я слышу, как они трещат, но кажется, что это где-то далеко.
Я дышу неглубоко, воздух проскальзывает между моих губ, пока я лежу неподвижно.
Вдалеке я чувствую волнение в толпе. Крики. В воздухе ощущается сила.
— Роман? — шепчу я.
Арга опускается на колени рядом со мной, но только когда он спрашивает:
— Кого из вас я убью первым? — я понимаю, что приземлилась рядом с Кодой.
Он стоит лицом ко мне, его светло-коричневая кожа приобрела сероватый оттенок, дыхание прерывистое.
— Твоя сила, — шепчу я, пытаясь обрести дар речи, пытаясь закричать, протягивая руки по пропитанной кровью грязи к Коде. — Ты должен… найти свою силу.
— Я убил её! — Арга рычит на меня. — Тупая сука. Ты что, не понимаешь? Я уничтожил его силу до того, как он стал достаточно взрослым, чтобы понять её.
Кода переводит взгляд на Аргу. На его лбу появляется морщинка.
— Он убил твоё счастье, — шепчу я Коде, мой голос срывается, но я продолжаю протягивать левую руку, медленно приближая пальцы к Коде.
Губы Кода приоткрываются. Его речь медленная, с трудом произносимая.
— Моё… счастье?
Я не знаю, что это значит, но это всё, что у меня есть.
У меня перед глазами всё расплывается, когда Арга встает на дыбы надо мной, а крики толпы становятся всё более дикими — крики страха, а не ликования, — и я жалею, что не могу в последний раз увидеть хаос и разрушения, которые, как я представляю, сейчас творят Роман и мои сёстры.
Я делаю последний
