– Твой брат был вынужден бежать из города, поскольку ударил клиента прямо в своей адвокатской конторе. А твоей маменьке пришлось выйти за этого полукровку, Калеба Сторма, потому что она была шлюхой какого-то индейца. Откуда, как ты думаешь, появился этот твой драгоценный братец?
Анника попыталась вывернуться из его рук.
– Пусти меня.
В ответ он только сильнее сжал ей плечи и встряхнул.
– Ты когда-нибудь спрашивала их об этом?
– Отпусти меня, я сказала.
– Ты спрашивала?
Анника закрыла глаза, не в силах больше смотреть в искаженное злобой лицо Ричарда. Да, хотелось ей крикнуть. Да, она спрашивала об этом, и не раз, но ответ всегда был один и тот же. Кейс был ее сводным братом. Ее мать была замужем до Калеба, но прошлое было слишком печальным, чтобы о нем говорить. Разговор моментально переводился на что-нибудь другое, и вскоре Анника уже почти не помнила, о чем спрашивала. Став старше, она перестала спрашивать об этом, боясь обидеть мать, и еще больше боясь узнать, что Кейс вообще не был ей братом, а найденышем, которого Аналиса с Калебом решили усыновить. Кейс был просто Кейсом. Ее идолом. Ее большим братом. И для нее не имело никакого значения, кто был его отцом. И вот теперь этот человек, за которого она едва не вышла замуж, обвинял ее мать в проституции, утверждая, что Аналиса была недостаточно хороша для кого бы то ни было, кроме Калеба Сторма, полукровки.
– Уверен, когда-нибудь кровь обязательно сказалась бы, – проговорил Ричард почти шепотом. – Моя мать пыталась убедить меня в этом, когда я решил жениться на тебе. Слава Богу, дикость в тебе проявилась прежде, чем мы поженились.
Он до боли сжал ей руку. Дождь все так же выбивал громкое стаккато на крыше веранды, сбегая струями с карниза на землю, где уже образовались лужи.
Анника попыталась снова вырваться из его цепких рук.
– В последний раз говорю: отпусти меня сейчас же!
И в этот момент в кухню вошел Бак Скотт.
– Отпусти ее, Текстон.
Ему было неизвестно, что здесь происходит, но он услышал в голосе Анники требование и намеревался проследить за тем, чтобы Текстон его выполнил.
– С радостью, – насмешливо фыркнул Ричард и отбросил Аннику в сторону с такой силой, что она ударилась бедром о стол и едва не упала.
В мгновение ока Бак оказался перед Ричардом и, схватив его за грудки, начал теснить к двери, пока они оба с силой не ударились о нее. Петли не выдержали, и дверь вместе с ними вывалилась наружу. Держа Текстона за горло левой рукой, Бак отвел правую назад, собираясь ударить кулаком прямо в изумленное лицо своего противника. Словно откуда-то издали до него донесся крик Анники, умолявшей его остановиться. Но он был уже неспособен на это. Он возненавидел Текстона с первого взгляда и, когда увидел, как тот обращается с Анникой, среагировал мгновенно, не раздумывая. Вся его столь долго подавляемая ярость, вызванная крушением надежд, выплеснулась наружу, и он готов был убить этого городского хлыща на месте.
Неожиданно он почувствовал, что его отведенная назад рука словно попала в железные тиски. Резко повернувшись, он посмотрел с гневом на того, кто осмелился ему помешать.
– Остановись, – произнес предостерегающе Кейс. – У меня сейчас, Бог свидетель, нет ни сил, ни желания затевать с тобой новую драку, но клянусь, я это сделаю, если ты доведешь меня до крайности.
Анника стояла рядом с братом, держа его за руку, но видела, похоже, одного только Бака. Взгляд ее, устремленный на него, молил остановиться.
Бак взглянул на Текстона, затем перевел взгляд на выбитую дверь и валявшиеся вокруг осколки стекла от овального окна в верхней ее части.
Опять по своему обыкновению он все испортил!
Убрав ногу, он поднялся с Ричарда. Однако извинений никаких не последовало.
– Думаю, мне пора отправляться в путь, – произнес он, ни к кому в особенности не обращаясь.
– В путь? – Анника не могла поверить собственным ушам. Она повернулась к брату: – Ричард меня оскорбил. Ты поступил бы точно так же, как Бак, если бы слышал, что Ричард сказал мне, Кейс. Ты не можешь вот так, просто, позволить Баку уехать.
– Ты никуда не едешь, – в голосе Кейса звучал приказ. – Во всяком случае, пока я с тобой не поговорю. – Он протянул руку Текстону и рывком поднял на ноги бывшего поклонника своей сестры. – Что же до тебя, Текстон, то ты едешь, и немедленно. Если поторопишься, то сможешь еще успеть на последний поезд, идущий из Бастид-Хила на восток.
Молча Ричард прошел мимо него в дом собирать вещи. Кейс тем временем поднял с пола дубовую дверь, прислонил ее к стене дома и, подойдя к краю веранды, громко свистнул. В следующую минуту в дверях домика для работников ранчо появился ковбой.
– Пришли двоих парней, Том, поставить дверь на место, – крикнул ему Кейс. – Не могу допустить, чтобы в доме гуляли сквозняки сейчас, когда у меня родился сын.
Ковбой в ответ помахал рукой.
– Сию минуту, босс.
Широко улыбаясь, Кейс Сторм вошел в дом и налил себе чашку крепкого черного кофе. В следующую минуту, однако, выражение его лица стало серьезным. Показав вошедшим вслед за ним на кухню Баку и Аннике на стулья, он коротко бросил:
– Садитесь. Нам нужно поговорить.
Анника затаила дыхание, уверенная, что повелительный тон Кейса вызовет у Бака новую вспышку ярости. Она боялась, что не выдержит, если эти двое опять сейчас затеют драку. И, когда Бак даже не повел бровью и тут же выдвинул для нее стул, она, растерявшись, застыла, глядя на него в изумлении.
ГЛАВА 24
– Анника!
Очнувшись, она посмотрела на Кейса, на лице которого было написано откровенное нетерпение, и поспешно опустилась на стул, выдвинутый для нее Баком. Бак сел напротив Кейса. Откинувшись назад, он закинул одну руку за спинку стула и с видом человека, покорившегося неизбежному, приготовился слушать.
– Кофе? – спросил Кейс.
Бак покачал головой. Анника, переводившая взгляд с Кейса на Бака и обратно, тоже отклонила предложение брата. Мужчины, сидевшие за столом напротив друг друга, напоминали ей титанов в преддверии битвы. В Бастид-Хиле, подумала она вдруг, должно быть, до сих пор обсуждают их драку.
– Я знаю, что произошло между тобой и моей сестрой, – сказал Кейс без всякого вступления.
Анника почувствовала, как щеки ее заливает краска. Даже не поднимая головы, она знала, что Бак смотрит на нее.
– Кейс…
– Я благодарен тебе за то, что ты сделал для меня и Розы, и поэтому не стану тебя ни к чему принуждать. – Кейс подождал, когда взгляд Бака вновь обратился на него. – Но при сложившихся обстоятельствах я не позволю тебе остаться сегодня на ночь под одной кровлей с моей сестрой. Ты будешь спать в домике вместе с моими работниками.
