Девушка послушно шла за поляком, огибая вслед за ним встречавшихся на пути людей.
Действительно, чем скорее она уйдет отсюда, тем лучше.
Тем временем Круглую Башню родового поместья Вордаков посетил любопытный гость. Причем весьма нетривиальным способом: в образе филина перемахнул через подоконник.
Алексей Вордак так удивился его появлению, что даже рот открыл, словно позабыл, как говорить.
— Я выпросил у твоего опекуна Виртуса разрешение на наш тет-а-тет, — успокоил его Стригой. — Конечно, твой польский дядя не был в особом восторге, но… — Полудух насмешливо развел руками. — Что не сделаешь для зарубежного гостя. Да еще одарившего вас всех Державой.
— А-а-а, — подал признаки жизни Вордак. — А я, признаться, немного удивился. Даже закралось подозрение, что ты вновь передумал насчет мирного договора.
— Чтобы сгореть в огне саламандровой печати? Нет уж, спасибо.
— Тогда… присядешь? — Парень, скрывая любопытство, указал гостю на диван.
Они помолчали. Стригой пристально оглядывал обстановку, особо заинтересовавшись висящими на балках пучками трав и подозрительного вида мешочками.
— Хорошая комнатушка, — одобрил он. — В детстве всегда мечтал о такой башне. И чтобы круглая была, да.
— Еле выпросил у отца, — хмыкнув, отозвался Лешка. — Он долго не соглашался. Мол, слишком уединенно, далеко от отцовского надзора.
Стригой понимающе кивнул.
— Я тоже люблю химичить. — Он бросил выразительный взгляд на балки под потолком. — Только недавно раздобыл интересный яд в свою коллекцию… Впрочем, я пришел поговорить о других вещах.
Черные глаза Вордака блеснули. Парень присел на край дивана и весь обратился в слух.
— И о чем же? — наконец не выдержал он.
— Я слышал, ты выбрал знак ученика, — лениво произнес Рик Стригой. — Значит, у тебя будет великий учитель. — Он усмехнулся. — Еще не подобрали?
Лешка косо глянул на Стригоя.
— Если бы, — покачав головой, произнес он. — Я бы, конечно, хотел продолжить обучение у настоящего мастера. Политика, правление и власть — не для меня… во всяком случае, пока что…
— У тебя есть талант и есть сила, — перебив, четко сказал полудух. — Но главное, что отличает многих одаренных людей, у тебя имеется гениальное качество, лучшее из лучших… Это желание учиться. И еще одно, не менее важное — смелость. Иногда — граничащая со вспыльчивостью и безрассудством… Но без риска ни один опыт не обходится. Другими словами, если ты готов забыть наши прошлые разногласия, я мог бы обучать тебя.
Вордак медленно встал с места. Впрочем, тут же вновь уселся на диван. Полудух наблюдал за ним с интересом психиатра, присматривающего за своим любимым пациентом.
— Ты серьезно?!
— Я серьезен как никогда. Мой учитель Чарлин давно все мозги мне изъел, когда же я заведу ученика, как принято по традиции. Мне кажется, ты — наиболее подходящая кандидатура. А кроме того, давно прошел положенный ученику испытательный срок.
Полудух осклабился. Облокотившись на спинку дивана, он закинул ногу за ногу.
Лешка молчал. По всему было видно, что парень сильно взволнован.
— Ты уверен? Не шутишь? — осторожно спросил он. В его голосе сквозило недоверие.
Полудух закатил глаза к потолку:
— По уставу каждому колдуну положен ученик мужского пола. А так бы я давно взял в ученицы Каве. — Он с усмешкой взглянул на враз нахмурившегося Вордака. И вдруг, став необычайно серьезным, добавил: — Я хочу быть твоим учителем, Вордак. Видишь ли, мой учитель Чарлин не раз говорил мне, что я эгоист и не очень люблю людей. Но буду с тобой откровенен: ты чертовски напоминаешь меня. Такой же упрямый, вспыльчивый, готовый защищать свои интересы, не склоняющийся перед авторитетами. И — ты любознателен. Когда-то я тоже хотел идти по дороге знаний, путешествуя и изучая новые искусства. Но пришлось встать на путь войны, а после — засесть на троне… Я наверстал упущенное, однако всегда считал, что многое из того, что приобрел за годы правления, — всего лишь ненужная шелуха по сравнению с тем, чего я добился в других областях. В общем, я высказался, теперь твой черед.
Вордак окинул полудуха долгим недоверчивым взглядом:
— Ты клянешься, что в твоих словах нет подвоха?
— Клянусь памятью о матери.
— И согласен обучать меня всему-всему, что умеешь?
— Конечно. Может, я даже хочу, чтобы ты прославил в веках мое имя.
— И даже тому, чтобы…
— Я же сказал — всему, — нетерпеливо перебил Стригой. — Я буду обучать тебя, Вордак, но не жди, что я буду добрым учителем. Я жесток, и ты уж точно об этом знаешь.
Лешка протяжно хмыкнул:
— Виртус будет шокирован твоим предложением. Но еще больше — моим согласием.
Учитель и ученик обменялись одинаковыми ухмылками.
— Я давно хотел задать тебе вопрос, Стригой… — Лешка кинул на полудуха пытливый взгляд. — Что ты вытащил из Несамовитого озера на Обряде Тайных Сил? Если это не секрет, конечно.
Чародольский Князь усмехнулся:
— Шахматного короля.
— Ты не против, если мы сделаем ультрапрыжок? — невинно поинтересовался Шелл, когда они пробились к стене зала. Запыхавшаяся Каве часто дышала. Она с тоской глянула на плотный поток людей, прибывающих из коридора, и быстро кивнула.
Не очень хотелось и дальше прокладывать себе путь локтями.
Шелл взял ее за руку, хитро прищурился… на мгновение свет люстр превратился в вихрь мельтешащих огней — и они очутились совершенно в другом коридоре.
Еще не зная, где они находятся, девушка обрадовалась, что здесь совершенно безлюдно. Однако место показалось ей очень знакомым.
Да это же…
— Мне пора, — злорадно произнес Шелл и, не скрывая широкой ухмылки, испарился в дымке обратного перехода.
Каве решила, что больше никогда не будет доверять веселым полякам. Она подняла глаза на сводчатый потолок, перевела взгляд на факел, зажатый кольцом в стене, и замерла.
Кто-то осторожно тронул ее за плечо. Еще до того, как повернуться, она знала, кого увидит. В таких ситуациях наше сердце обладает удивительным чутьем.
— Значит, ты.
— Значит, я.
— Угу…
— Я боялся, что ты снова убежишь. Поэтому попросил Шелла помочь.
Его тон был уверенным, насмешливым, но легкое дрожание в голосе говорило о совершенно обратном.
— Правильно боялся.
Теперь, когда он был рядом, Каве опять на него рассердилась. Она так ждала его в зале, а он в прятки решил поиграть.
Лешка слегка нахмурился, закусив губу. И вдруг решительно взял ее за руку, притянул к себе, зарылся лицом в ее волосы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
