пушку, щит сохранил функциональность, мелкие повреждения устранили. На косметический ремонт можно было вообще наплевать.
Но отсутствие ноги ниже коленного сочленения очень ограничивало подвижность мобильного доспеха…
Что ж. Бриан тоже будет так считать. Придётся его удивить.
У принца Гарсия было несколько минут, чтобы продумать, как построить обе дуэли. Он бы предпочёл вообще вызвать обоих предателей одновременно, но дуэльный кодекс таких вольностей не предусматривал.
Приходилось учитывать, что Алвизо увидит ход поединка и будет знать, на что способен даже покалеченный «Монарх» в руках настоящего пилота. И придумать для него что-нибудь совсем уж неожиданное. Благо ему совсем недавно преподали болезненный, но полезный урок…
Несколько идей показались Винсенту очень многообещающими. На стартовую позицию он вывел «Монарха», опирающегося на алебарду как на костыль, с мрачной улыбкой на лице. Эти ублюдки дорого ему заплатят за своё предательство…
Винсу некуда и незачем было торопиться. Пусть Бриан сам придёт за тем, что ему причитается. Одноногий мех замер, не двигаясь с места.
«Виконт» двигался бодро, не замедляя хода. В самом начале, двигаясь на сближение, Бриан пытался спровоцировать Винсента: оскорблял, высмеивал, упрекал в трусости… Принц молчал. И чем дольше длилось молчание, тем отчётливее становились слышны в голосе Бриана истерические нотки.
Когда он сорвался на визг, Винсент выключил звук. Ему не нужно было слушать готового обгадиться врага, чтобы расправиться с ним.
Последние десятки метров «Виконт» почти пробежал, но потом остановился и после короткой паузы пошёл в обход. Бриан явно рассчитывал, что повреждённый мобильный доспех не сможет достаточно проворно разворачиваться вслед за ним — и Винсент укрепил его в этой мысли.
Он поворачивался медленно, очень медленно, опираясь на алебарду, пока она не оказалась в удобном для удара положении. Бриан, не то учуяв угрозу, не то решив, что это подходящий момент, выстрелил, целясь в голову «Монарха».
Плазменная пушка выплюнула ответный привет противнику, опалив тому корпус. Венценосный мех рухнул на колени, и выстрел Бриана прошёл высоко над его головой. Металлическая рука с алебардой распрямилась, и могучий удар обрушился на ноги «Виконта».
Несколько секунд тот балансировал в неустойчивом равновесии, пока рывок за колено крюком алебарды не заставил его с тяжёлым грохотом рухнуть навзничь. «Монарх» с трудом поднялся, опираясь на свой «костыль», сделал неловкий прыжок, потом ещё один…
Винсент смутно видел сквозь блистер кокпита искажённое животным ужасом лицо предателя. Никакой гордости… На мгновение шевельнулась мысль нанести добивающий удар, но он отогнал её. Слишком много чести — погибнуть от руки будущего короля.
Бриану придётся уйти с позором, и там, дома, ему не светит ничего лучше, чем какая-нибудь захудалая наёмничья банда. Пусть сдохнет, как собака, среди других собак.
То, что задумал Винсент, требовало ювелирной работы. Чуть более значительное усилие — и всё пойдёт насмарку… Повинуясь его движениям, «Монарх» оттолкнулся алебардой, ловя момент равновесия, и занёс оружие над поверженным противником. Принц увидел широко открытый рот и зажмуренные глаза: Бриан был уверен, что удар придётся по нему, и сейчас вопил на весь эфир, теряя остатки самообладания.
А потом алебарда обрушилась вниз, с хрустом разнося антенну, укреплённую на голове мобильного доспеха.
«Один готов».
Говорил ли что-то Алвизо, Винсент не знал. Он не слушал его с самого начала. Только следил за перемещениями. Массимо не пошёл напролом, как его предшественник — он начал забирать далеко в сторону, чтобы укрыться в россыпи искусственных камней. Бессмысленное с точки зрения тактики решение: щит «Монарха» на таком расстоянии пришлось бы расстреливать неделю.
Но эта выходка натолкнула Винсента на неожиданную мысль. Пусть, решил он. Пусть этот трус сам загонит себя в ловушку, из которой не сможет вовремя выбраться. Это можно было отлично использовать. И даже помочь Алвизо занять самое подходящее положение среди камней.
А потом нанести удар.
«Монарх» тяжело и медленно запрыгал в сторону россыпи, которую «Виконт», на свою беду, решил использовать как укрытие. Тот не стал дожидаться приближения противника. В сторону «Монарха» понеслись залпы из всего вооружения меха. Винсент досадливо поморщился. Щит держал, Алвизо не мог даже просадить его хотя бы наполовину, но попадания нарушали равновесие одноногой боевой машины.
Несколько ответных выстрелов заставили Массимо прекратить стрельбу и забраться поглубже в россыпь. Теперь оттуда торчали только голова и плечи меха. Принц довольно улыбнулся. Этого-то он и добивался…
Прыжковые двигатели взметнули «Монарха» над каменной россыпью, и «Виконт» оказался как на ладони. Алвизо не мог быстро покинуть своё убежище, ему пришлось бы пробираться сквозь лабиринт из неровных обломков — под огнём сверху это было верным самоубийством.
Он принял единственно верное решение в такой ситуации: взлетел, целясь головой меха в единственную уцелевшую ногу «Монарха». Только оттуда он мог не ждать встречного выстрела.
Винсент позволил ему это сделать. Сокрушительный удар отбросил его мех далеко вверх и в сторону, и «Виконт» торжествующе вскинул огромные руки в победном жесте. Что ж, удар был хорош. «Монарх» почти лишился и второй ноги. Но Винсент улыбался, аккуратно заводя свою израненную машину в передвижной док.
Он знал, что сейчас видит предатель на визоре своего шлема.
«Вы проиграли».
Удар головой по ноге «Монарха» снёс ему антенну.
Утром я встал пораньше. Нужно было сделать несколько заказов для предстоящего свидания, да и в аудитории стоило оказаться пораньше, чтобы решить пару вопросов. Я был уверен, что Елизавете нужна моя помощь. В конце концов, я нёс некоторую ответственность за её появление здесь. Не бросать же ребёнка на произвол своры Винса.
Вторым вопросом была дуэль. Я не сомневался, что Принц бросит мне вызов, как только его мех починят. Но пока этого не произошло — он будет карабкаться вверх по топу, выбивая одного за другим тех, кто стоял между ним и местом лидера.
С ними он мог разобраться и в капсуле тренажёра, если ремонт затянется, для принца могли сделать исключение — он всё-таки был топом до меня, и его навыки сомнения не вызывали. Со мной — наверняка выберет полигон.
Я ничего не имел против, но мне надо было знать, кто станет следующим. Если кто-то не слишком далеко отстоящий от него, значит, времени в запасе будет достаточно много. Если сразу первая двадцатка…
Я ошибся в расчётах.
В аудитории я заметил Романову — она уже была на месте и с беспомощным видом пыталась понять, с чего ей вообще начинать разгребать все те завалы, которые на неё обрушились. Но едва я собрался подойти к ней, меня остановили.
— Юлий Марс! — громко и чётко произнёс Винсент,
