двор академии пустовал с утра. Все предпочли скрыться в комнатах или общем зале у камина. Молли воспользовалась этим и улизнула из общежития. Она направилась прямиком к дыре в воротах, но столкнулась во дворе со Сьюзен и Митси.
– Снова пытаешься сбежать? – Уивер хмыкнула, глядя из-под зонта на промокшую Молли.
– Зря, – поддакнула ей Митси Боувз. – Мы рассказали про дыру в воротах.
– Пока ты болела из-за несчастного случая со стеклом, прутья выпрямили. – Сьюзен понизила голос: – Теперь не убежишь!
Оглушенная, Адамс чуть не упала, но совладала со злостью. Сжав кулаки, она упрямо пошла к воротам, игнорируя смех за спиной.
Как и сказали девушки, прутья действительно выпрямили и добавили дополнительные, чтобы у беглецов совсем не осталось шансов. Но Молли не сдалась. Обхватив скользкое железо, она не оставляла попыток бежать, пока у нее не получилось.
Перебравшись через забор, она побежала по знакомой дороге, все дальше и дальше от территории академии.
К моменту, когда Молли забралась в самую глубокую часть леса и почувствовала запах попкорна, дождь прекратился, воздух стал теплее. Расстегнув кофту, Адамс сошла с тропы и пошла в сторону заброшенного парка, прислушиваясь к размеренному стрекоту цикад. Ее встретил приглушенный свет лампочек. Фонарные столбы приветливо моргали в теплой ночи.
– Санни! – позвала Молли, заметив знакомую фигуру клоуна около карусели с пони.
– Она пришла! – Рядом с клоуном появилась миниатюрная гимнастка в голубом платье. Она приветливо помахала рукой и подбежала к Молли, не дав ей вымолвить и слова. – Санни рассказал, как ты помогла ему вернуть шарик. Ты такая смелая! Меня зовут Аурелия. – Гимнастка попыталась сделать реверанс, но оступилась и упала, болезненно шикнув.
Видя это, Санни встревоженно затоптался на месте.
– Осторожнее! Давай помогу. – Молли подала Аурелии руку и помогла подняться.
– Благодарю, – улыбнулась гимнастка.
Адамс внимательно осмотрела ее миловидное кукольное лицо, а после опустила взгляд и сочувственно вздохнула.
– Дорогая, у тебя ведь колено повреждено! – Молли вытащила из кармана кофты лейкопластырь, обработала рану на ноге гимнастки, благо дезинфицирующее средство было при ней после случая со стеклом в обуви, и аккуратно заклеила.
– Какая красота! – Аурелия прижала ладони к губам. – На пластыре нарисованы жуки! Мне нравится! Спасибо тебе, Молли!
Потом они долго гуляли по преобразившемуся парку аттракционов: на каждой карусели горели лампочки, ларьки для еды полнились карамельными яблоками, невысокое колесо обозрения украсили цветные ленты и флажки. Аурелия рассказала, что они с Санни – из одной цирковой труппы. Их состав был здесь проездом, но поставленное ими шоу имело большой успех. Цирковые влюбились в этот парк настолько, что не смогли уехать и решили остаться. Слушая ее, Молли отметила, что комбинезон Санни стал чище, пропали дыры, а разноцветные ботинки блестели. Даже клетчатый берет выглядел как новенький!
После этой прогулки Адамс убегала в парк всякий раз, как только появлялась возможность. Она уходила из академии к ночи и возвращалась под утро. Дни были мучительно серыми, дождливыми, сырыми и скучными, но вечера стали спасением. С приходом в парк жизнь Адамс преображалась и мерцала множеством красок.
В один из таких вечеров Аурелия взяла ее за руку и повела к крошечному павильону неподалеку от билетной кассы.
– Молли, давай я познакомлю тебя с фокусником! Он очень хотел с тобой увидеться!
Стоило им приблизиться, как из небольшого шатра вышел молодой мужчина в сверкающем пурпурном костюме. Он прищурил глаза, глядя на Аурелию, Молли и Санни, а после снял цилиндр и поклонился.
– Ты, должно быть, Молли. – Он сдержанно улыбнулся. – Меня зовут Волшебник. Я ждал встречи с тобой. Ты помогла Санни и Аурелии, с твоим появлением парк преобразился, и я хочу сказать тебе спасибо за это. Теперь ты – часть нашей семьи, и мы всегда будем рады тебе.
Такой счастливой Молли еще не была. Она тепло улыбнулась в ответ и кивнула Волшебнику, искренне радуясь, что кто-то назвал ее частью своей семьи.
– Завтра здесь будет шоу! – воскликнула Аурелия, а Санни энергично закивал, отчего затрясся берет на его макушке.
– Приходи обязательно, Молли. – Волшебник водрузил цилиндр на голову. – Это будет праздник в твою честь.
– Не уверена, смогу ли… – призналась она. – Мне с каждым разом мешают все сильнее. Боюсь, однажды у меня не получится убежать.
– Не бойся. – Волшебник понизил голос и щелкнул пальцами, отчего парк стал переливаться всеми цветами радуги, мерцать, как сундук с самоцветами. – В этом месте ты всегда будешь в безопасности, главное – возвращайся.
– Я… – Глаза наполнились слезами благодарности. – Я обязательно приду! – Молли попрощалась с цирковыми и отправилась в академию.
Время близилось к рассвету. Судя по пересохшим лужам, дождя не было всю ночь, но в воздухе все равно стоял запах сырости. Молли подошла к воротам академического корпуса и обхватила прутья, чтобы перебраться на территорию, но вдруг почувствовала ужасное жжение в ладонях. Она прикусила язык, чтобы не поднять шум, и опустила глаза на руки.
Кожа покраснела и пошла волдырями. Не зная, что и думать, Адамс уставилась на прутья в воротах и тихо ахнула. По железу скользило что-то вязкое и пахучее.
Должно быть, химический раствор. Молли вспомнила, что на прошлой утренней лекции их группа, где она занималась с Митси и Сьюзен, смешивала химикаты в специальных колбах. Видимо, мерзкие подруги поджидали, когда она сбежит вновь, и облили прутья веществом, чтобы усложнить возвращение Молли в академию.
– Ненавижу их… Ненавижу! – Заскулив от боли, Адамс перемотала ладони шарфиком и носовым платком, обошла ворота и с трудом перебралась на территорию академии.
* * *
День длился мучительно долго, руки болели, стены академии действовали на нервы, смех Митси и Сьюзен раздражал до тошноты. Молли с трудом дождалась момента, когда можно будет сбежать в парк аттракционов и больше не вернуться. Объединиться с теми, кто ее любит.
Закинув на плечо рюкзак с вещами, Адамс тихо покинула свою комнату и крадучись побежала по коридору общежития. Она успешно миновала все корпуса и добежала до ворот. Руки ее были обмотаны бинтами и клейкими лентами, движения пальцами доставляли боль, но она – ничто по сравнению с тем, что все эти годы терпела Молли.
– Куда собралась, чокнутая? – Голос Митси полоснул слух.
Адамс обхватила прутья ворот и подтянулась, убеждая себя, что сегодня – последний день, когда она слышит голоса своих мучительниц, но вдруг что-то обхватило ее за щиколотку и рвануло вниз.
– Стоять, крыса! – Сьюзен поволокла Адамс за ногу, срывая с ворот.
Молли грузно упала в лужу и почувствовала, как ее тут же схватили за волосы.
– Фу, ты и так уродливая, а искупавшись в луже стала еще больше
