допрашивать! — спокойно заверил Верховный наставник и обратился к пленнику. — Понимаешь, моя магия — невероятно полезная штука. Этоправда, истина— называй как хочешь. С помощью этой правды я отыскал труп, который вы подкинули на другой конец склона. Но самое интересное свойство моей магии — заставлять людей говорить правду. Я никогда не использую силу таким образом, даже для допросов. И хочешь знать почему? Потому что это причиняет человеку невыносимую боль. Твой мозг начнёт отекать так стремительно, будто голова вот-вот лопнет. Эта боль не сравнится ни с чем, что ты испытывал раньше. Если повезёт, расколешься до того, как наступят необратимые изменения. При необходимости я продлю твои страдания. Испытать такое я не пожелал бы даже самому заклятому врагу!
Ты лжёшь! — прохрипел колдэрец. Но уже заметно занервничал. На лице отразился ужас.
— Сейчас ты в этом убедишься!
Томас сделал шаг к нему, и мужчина испуганно вжался в землю.
— Нет, погоди! Я всё скажу… — поспешно затараторил он. — Я слыхал о таком даре… Хуже смерти! Лучше сразу убейте меня! Я всё скажу! Она на востоке. Если поторопитесь, успеете за тройку часов. Только не делайте этого!
Пленник так нервничал, что постоянно переходил на язык северян. Но Томас владел им в совершенстве, поэтому без труда понял каждое слово.
— Прости, но я должен убедиться! — с сожалением сказал он. — Мы и так потеряли слишком много времени, чтобы теперь верить кому-то на слово.
— Но ты обещал! — завопил мужчина, который напоминал теперь маленького испуганного ребёнка.
— Я ничего тебе не обещал!
— Что? Нет, я сказал правду! Я сказал правду. Вы должны мне поверить… Нет! НЕТ!
Под незримым взгляду воздействием Томаса, пленник начал кричать и хвататься за голову. Денис в ужасе отпрянул. Ему ещё никогда не приходилось видеть, как наставник пытает кого-то. Дикие вопли наполнили всё вокруг, разрывали барабанные перепонки. Патрульный с трудом заставил себя не отводить взгляд. Несколько минут мужчина бился в конвульсиях, пока в глазах не лопнули капилляры. Из носа и рта брызнула кровь. А потом он вдруг перестал подавать признаки жизни.
Денис подошёл ближе и увидел, что он мёртв. Томас даже не шевельнулся.
— Проклятие! — с досадой пробормотал молодой шаонец. — Тебе хоть что-то удалось узнать?
Томас утвердительно кивнул:
— Нужно срочно собирать остальных! Теперь я знаю, где она.
Глава сорок пятая
В это же время, где-то на Главной дороге в лесу Мессии.
Академический нанобиль стремительно проносился по прямой, набирая скорость. Виолетта вскоре обнаружила, что слишком сильно вцепилась в руль. Альбина настроила его на автоуправление и заранее ввела нужные координаты. От Виолетты требовалось только выравнивать движение при помощи руля и вписываться в повороты. Остальное умный нанобиль делал за неё.
Она ехала по пустой дороге уже больше часа. Но до сих пор не могла избавиться от ощущения тревоги. Её колотила нервная дрожь, а по спине стекал холодный липкий пот. Виолетта постоянно боялась, что сделает что-то не так: или съедет в какую-нибудь канаву, или столкнётся со встречным нанобилем. Она ехала ровно, но сердце продолжало колотиться, едва не пробивая грудную клетку насквозь.
На ней была шаонская форма. Никогда прежде она не надевала столько чёрных вещей одновременно. Альбина подобрала ей узкие брюки, высокие сапоги, защитный жилет, который очень сложно пронзить мечом, чёрную зимнюю куртку. Она была короткой и не прикрывала бёдра, но при этом оказалась очень тёплой и комфортной. В качестве оружейного снаряжения Альбина подобрала клинок.
Повсюду простирался лес Мессии. Он сопровождал Виолетту на протяжении всего пути. Но она знала, что рано или поздно ему придёт конец. А вместе с ним исчезнет и ощущение постоянности, ведь этот лес окружает Танар. Виолетта, можно сказать, росла под вечнозелёными соснами. Она старалась думать только о деревьях и лесных тропах, чтобы меньше задумываться о Владе, спасательном отряде и клане Колдэр.
Спустя несколько часов постоянного напряжения, Виолетта обнаружила, что проезжает сорок четвёртую дорогу. Она едва не пропустила нужный указатель. Он слабо светился в полумраке, как стая светлячков. И промелькнул всего на мгновение.
На востоке уже занялся рассвет. Когда закончился лес Мессии, по пути начали попадаться фермерские угодья и небольшие деревеньки. Иногда проскакивали встречные нанобили. Тёмное небо постепенно заливалось оранжевыми красками и впитывало в себя тучи. Талый снег начинал едва заметно поблёскивать в оранжевых лучах. Погода сегодня выдалась теплее.
Вскоре Виолетта увидела вдалеке нанозаправку. Через дорогу от неё располагалось ничем не примечательное строение. Солнечные лучи уже успели осветить крышу придорожного бара. Панель управления безжизненным голосом оповестила о том, что до места назначения осталось преодолеть двести ярдов. Но девушка и так это знала. Её волновал другой вопрос — предстоящая парковка. И сможет ли нанобиль сам припарковаться. Испытывать судьбу она не собиралась и приняла решение действовать интуитивно.
Парковка перед заведением оказалась практически пуста, что позволило девушке неловко заехать и затормозить на одном из парковочных мест, избежав столкновения с другими нанобилями. Тем не менее, она всё же стукнулась бампером о бордюр.
Когда Виолетта кое-как вышла из металлического монстра, то ощутила невероятное облегчение, словно только что освободилась от бомбы с часовым механизмом, когда время до взрыва приближалось к завершению.
В этот момент на её волосы и разгорячённую кожу плавно опустились первые снежинки. Девушка посмотрела на небо, где сгущались небольшие тучи. Через несколько мгновений вниз полетели крупные хлопья снега, облипая ресницы и волосы. В солнечных лучах они сверкали, как роса. В холодном воздухе ощущались лёгкие нотки дешевого эля. Этот запах доносился со стороны бара.
Виолетта бросила нерешительный взгляд на бар «Дикий коготь». С виду он напоминал больше обычную придорожную лавку в старинном стиле — небольшое одноэтажное строение с деревянными дверями на качающихся петлях и слегка шатающейся вывеской над ней со светящимися буквами. Возле входа стояли две деревянные скамейки. Над ними располагались большие окна. Кирпичные стены были покрыты старыми плакатами с изображениями нанобилей, полуголых женщин и журнальными вырезками.
— Какая безвкусица! — пробормотала себе под нос девушка, с отвращением разглядывая сомнительное заведение.
Внутри бара оказалось прохладно и полутемно. В воздухе стоял едкий запах эля. Этот терпкий аромат напоминал чем-то запах ржаного хлеба или можжевельника. Мягкий свет от подвесных ламп отражался от лакированной поверхности стойки, на которой стопкой стояли перевёрнутые стаканы и стопки. Рядом с ней в ряд тянулись деревянные жёсткие стулья.
Вся стена за стойкой была заклеена старыми газетными вырезками и выцветшими снимками незнакомых людей. По большей части это наверняка микоры — здесь буквально несёт типичной микорской жизнью. В
