вслед. – Если я завтра обнаружу на своем кресле отпечаток твоей задницы, у нас возникнут проблемы.
Я улыбнулся и постучал двумя пальцами по лбу в знак того, что понял намек.
– Понял, босс.
Следующей моей задачей было встретиться с Билли и Сейлор после занятия «Мамочка и я». В одиннадцать Сейлор была записана к врачу, и я пообещал родителям, что заеду к ним после него и останусь на обед. Мама ненавязчиво напомнила мне, что давненько не видела моего лица. Я пришел на урок на несколько минут раньше и наблюдал за Сейлор и Билли из окна. Они смеялись, трясли бубнами и танцевали, словно забыв обо всем на свете. Мое сердце наполнилось теплом и радостью. В этих двух маленьких леди был заключен весь мой мир. Я знал, что еще слишком рано просить Билли выйти за меня замуж, но когда-нибудь она станет моей женой. Как бы банально это ни звучало, я встретил свою вторую половинку.
Словно в доказательство того, что она моя половинка, Билли обернулась и заметила, что я наблюдаю за ней через окно. Я помахал ей рукой, а потом зашел внутрь и стал ждать у двери конца урока.
– Привет, папочка! – Сейлор подскочила ко мне. – Ты повесил полки?
– Какие полки? – нахмурившись, спросил я.
– Билли сказала, что ты чинил сломанные полки в прачечной.
Я посмотрел на Билли, и она наклонилась, чтобы поговорить с Сейлор.
– Гм-м… милая, не могла бы ты принести мою сумочку из шкафчика? Пожалуйста.
Билли подождала, пока Сейлор не окажется вне пределов слышимости.
– Две дамы поинтересовались, где сегодня мойбосс, снова предположив, что я няня. Я ответила, что он дома, восстанавливает силы после того, как все утро шпилил меня. Думала, что произнесла это достаточно тихо и Сейлор не услышала. Но, по-видимому, она уловила какую-то часть, потому что спросила, что значит шпилил. Я ответила, что не шпилил, а пилил, а именно поломанные полки в прачечной, которые давно пора повесить на место.
Я обхватил Билли рукой за талию и притянул к себе.
– Мне нравится, когда ты становишься собственницей.
– О, правда? – ухмыльнулась она. – Хорошо, потому что сюда идет еще одна представительница твоего гребаного фан-клуба. – Билли вцепилась в мою рубашку и прижалась губами к моим.
Ага. Я чертовски люблю свою девушку-собственницу.
После того как Билли закончила метить территорию, мы втроем прогулялись по кварталу. Мы остановились на углу, где Билли собиралась зайти в метро и поехать в салон. Я быстро чмокнул ее.
– Позже увидимся?
– Конечно. Но сегодня я, возможно, немного задержусь. На самый последний прием записался какой-то новый клиент, и у меня предчувствие, что с ним будет сложно.
Мне было трудно сдержать улыбку.
– С чего ты взяла?
– Ну, для начала он записался, используя средний инициал. Кто записывается на прием куда-либо, называя полностью свое имя и фамилию, а вместо второго имени – инициал? Кто-то очень придирчивый, кто любит точность во всем. И, разумеется, он хочет розу. Что может быть банальнее? Он сказал Дику, что ему нравится роза, которая у нас выставлена на образце.
На этот раз я не смог скрыть улыбку.
– Звучит ужасно. Но вдруг он тебя удивит и окажется крутым?
– Сомневаюсь. В любом случае, мне пора. Я напишу, как закончу.
* * *
Ровно в шесть часов вечера я вошел в салон с огромным букетом полевых цветов и конвертом в заднем кармане брюк. Я ожидал увидеть за стойкой регистрации Жюстин, но вместо нее обнаружил там Билли.
Ее губы изогнулись в улыбке.
– Гляньте-ка, какой красавчик! Хорошо, что ты не явился в таком виде, с этими цветами на занятие «Мамочка и я». Твой фан-клуб растоптал бы меня в мгновение ока.
Я усмехнулся.
– Я пришел по записи.
– Какой записи? Ты хочешь татуировку?
– Ага, – кивнул я. – Я записан к тебе на шесть часов.
Билли наморщила носик.
– Ты мой средний инициал?
– Он самый.
– А что это за вымышленное имя?
– Я хотел сделать тебе сюрприз. Я немного расстроен тем, что ты не догадалась, что это я.
– Откуда мне было знать?
Я указал на открытую книгу записей на столе.
– Прочти имя вслух.
– Хью Джей Рэкшн[20]… – Подумав пару секунд, она выглянула из-за прилавка и с ухмылкой уставилась на мою промежность. – Я ничего не вижу.
– Поверь, ты ее увидишь, и очень скоро. – Я подошел к входной двери и крутил замок до тех пор, пока он с лязгом не закрылся, после чего выключил неоновую вывеску «ОТКРЫТО».
– Полагаю, в этом замешан Дик? – Билли закрыла книгу записей. – Он как ошпаренный выбежал отсюда несколько минут назад и сказал Жюстин, что она может уйти пораньше. В субботу вечером он никогда не оставляет меня одну.
– Да, Дик в этом замешан. – Я зашел за стойку и поцеловал Билли. – Помнишь ту фантазию, о которой я давным-давно тебе рассказывал? Ту, где я трахаю тебя на твоем рабочем кресле?
Билли прикусила нижнюю губу.
– Помню.
– Это случится сегодня вечером. Но сначала… у меня появится татуировка, которую ты мне задолжала.
– Та самая роза?
– Нет, это будет не роза. И я рад, что ты меня тогда отговорила. Ты была права: в первой татуировке должен быть заложен какой-то смысл.
– Так что же ты хочешь набить?
– Я покажу. Но сначала… – Я оторвал ее от земли. – Я отнесу тебя в студию, чтобы с улицы никто не увидел, как я целую тебя.
Билли хихикнула, и я понес ее в студию. Я так увлекся поцелуем, что почти забыл важную новость, которую весь день мечтал ей сообщить. Когда мы оторвались друг от друга, чтобы отдышаться, я вытер пальцем помаду, которую размазал под ее нижней губой.
– У меня для тебя кое-что есть.
– Знаю, – ухмыльнулась Билли. – Я чувствую это своим бедром. На мой взгляд, твое вымышленное имя тебе вполне подходит.
Я отнес ее к креслу и положил на него, а потом достал из кармана конверт.
– Что это? – в недоумении спросила она.
– Открой – и узнаешь.
Билли разорвала конверт, достала оттуда документы и несколько мгновений их изучала.
– Это правда? – спросила она, глядя на меня во все глаза. – Я думала,
