о которой теперь напоминали лишь тяжелые тучи на горизонте, девушки выжгли бы весь юг Балакии. Во всяком случае шансы на это были бы немаленькие.
Запрыгнув в седло позади подруги, Бэг подхватила вторую кобылу под уздцы и поскакала прочь от пожара, обратно на юг. Огненное торнадо за ее спиной уже начало рассеиваться и твари перестали оплакивать гибель своей создательницы. Бэг очень не хотелось попадаться им под руку, если вдруг химеры решат отомстить. В таком пожаре будет непросто добраться до девушек, но кто знает, на что способны осиротевшие твари?
Сказ тридцать четвертый
Когда Брал влетел на площадь, большая часть войска уже успела рассредоточиться по ее территории. Лучники, под предводительством Стига, встали на дальнем краю площади, под прикрытием полудесятка ближников. Жрецы, во главе с Пелеем, встали отдельно от стрелков и чуть ближе, не желая жаться к зданиям. Их никто не прикрывал и Брал надеялся, что оно и не понадобиться. В крайнем случае Пелей своими Чудесами задержит вражескую атаку, а там уже и сами жрецы присоединяться.
Остальные воины, кто с метательным оружием, а кто с мечами и топорами, суетились поближе к набережной. Кригсон, видимо дожидавшийся Брала, тут же поспешил к нему, лишь завидев лидера:
— Эта тварюка утащила несколько наших, щупальца очень быстрые! Спешиваться нет смысла, как и вставать плотным строем.
— Понял, — серьезно кивнул Брал, а затем принялся громко отдавать приказы. — Все слышали?! Не жмемся друг к другу, мечи и топоры к бою, копья убрать! Пообрубаем тварине ее культяпки! Дротики придержите, на случай если гадина покажет свои глазки!
Толпа одобрительно загомонила, рассеиваясь по площади. Рыжий окинул войско быстрым взглядом, понимая, что с секунды на секунду враг будет здесь. На глаза ему попалась спешившаяся Йорун, а так же еще парочка воинов из ее десятка, суетившихся возле воительницы.
— Йорун, что задумала?! — Брал направил коня к беловолосой Охотнице.
— Прикончу тварь, — хмыкнула женщина, снимая с лошади связку длиннющих метательных копий, судя по их скромной толщине.
— Мама знает, что делает, — Сигрид была тут как тут. — Если мы заставим тварь показаться на берегу, мало ей не покажется. Особенно если мы получим добро на использование всех средств…
— Рано… — скривился Брал, но затем, чуть подумав, все же добавил. — Только если жрецы оплошают! Тварь нельзя отпускать в реку.
На крышах зданий, окружавших площадь, а также в проулках между ними начали суетиться догнавшие отряд химеры. Пока не показываясь на глаза, твари ждали своего лидера. И тот не долго оставался в стороне. Над набережной замелькали щупальца, речное чудище ухватилось за ближайшие строения и поволокло свою тушу наверх. Брал лишь успел удивиться такой агрессии – к чему покидать родную стихию в погоне за обидчиками? А затем стало не до раздумий. Щупальца замелькали, стремясь ухватить ближайших людей, утробный рев разнесся над площадью, сводя химер с ума. Кругом завертелся бой.
Тварей было не слишком много, но те не щадили себя, налетали под прикрытием щупалец, внося сумятицу. На дальней части площади было чуть более спокойно – часть ближников все же оттянулась туда, сейчас не давая противнику прорваться к лучникам и жрецам. Остальные же воины стали живым заслоном, не давая неповоротливой твари дорваться до донимавших ее стрелков.
Брал наконец-то увидел огромное туловище речного чудища. Как он и предполагал, это оказался гигантский осьминог, покрытий буро-зеленой, в каких-то твердых наростах кожей, такой же язвенной, как и на щупальцах. Мутные, с оранжевым отливом глаза твари почти ничего не видели, но это ей не сильно мешало. По центру головы, там, где у человека располагался бы лоб, чудище обзавелось третьим глазом, сейчас чуть приоткрытым, и затянутым полупрозрачной пленкой. На мгновение Бралу показалось, что внутри глаза что-то есть, но тварь дернулась, не давая вглядеться.
Не менее странным казался прикрытый какими-то наростами бугор в задней части туловища твари. Брал не раз видел осьминогов, пусть и не таких больших, и прекрасно знал, что эти в целом безобидные существа абсолютно лишены скелета, как внутреннего, так и наружного – хитинового. Но, по всей видимости, гигантский осьминог не знал, что наростов на его коже быть не должно, особенно таких массивных.
Рыжий вечно бы гадал, к чему твари этот странный горб, если бы в один момент тот вдруг не приоткрылся. Наружу вырвался сноп каких-то испарений, в которых почти пропала летучая тварь, еще покрытая слизью и не слишком уверенно держащаяся в воздухе. В первое мгновение Брал не поверил собственным глазам, но еще одна тварь, вывалившаяся из горба и тут же поднявшаяся на некрепкие ноги, отмела все сомнения. Брал, все еще сражавшийся рядом с Йорун развернулся к ее дочери и прокричал:
— Этот урод плодит химер! Хотя бы примерно засеки время, как часто он их исторгает! Если тварь уйдет, хоть что-то будем знать о ней!
— Не уйдет! — ощерилась Йорун, вскидывая к плечу копьеметалку.
Брал лишь теперь сообразил, зачем воительнице нужны были на столько длинные, почти в две сажени метательные копья. Метать их рукой было не так удобно, а вот при помощи копьеметалки, которая к тому же увеличивала мощь броска… Брал тут же сориентировался и крикнул Йорун:
— Бей по глазам! Пусть пошире распахнет центральный!
— Без тебя знаю!
С неба вновь ударил столп света, сплетенный из множества тонких лучей, которые, перекручиваясь друг с другом, принялись ввинчиваться в плоть твари. Вновь раздался утробный, обиженный вопль твари. Химеры заволновались и рванули к жрецам, но оттянувшиеся назад воины сомкнулись вокруг Церковников.
Но гигантский осьминог был не так прост. Поджав щупальца, походя стянув какого-то замешкавшегося воина с седла, тварь чуть приподнялась, направив в сторону людей пасть. Громко хлюпнуло и под ноги коням и людям хлынула черная жижа. Смрадный туман клубился над огромной лужей, что споро расползалась по площади, в мгновение ока достигнув вырвавшихся вперёд воинов. От боль заржали кони, «приплясывая» в доходившей почти до коленей жиже. Всадники зашлись яростным кашлем, чтобы уже через несколько секунд обвиснуть в седлах, едва дыша и лишь чудом не падая в черную бурду. А лужа продолжала расширяться.
— Все назад! — заорал Брал, понимая, что сам уже не успевает уйти – Йорун, которую он охранял, слишком близко подошла со своей копьеметалкой.
Но беловолосая и не думала убегать. Что-то нашептав себе под нос, женщина ударила наконечником копья о землю, выбивая искры. Тут же
