Брюнетка вскидывает бровь и проходится по мне оценивающим взглядом.
— Так-то совсем не катит он на святого…
— Так он и не святой, — смеясь, поясняет ей Кэмерон, около которого уже полчаса вьётся какая-то смутно знакомая блондинка. — Он — коп.
— Офицееер, — тянут хором за ним парни.
— Закрыли рты нахрен! — сурово прерываю их стёб.
Они хохочут и примирительно выставляют руки вперёд. Я ухмыляюсь и двигаю в сторону служебного выхода. Количество выпитого сразу же даёт о себе знать. Передвигаться по прямой траектории с непривычки ой как непросто!
— А ты неплохо здесь ориентируешься, — говорит Мари, пока Пьяный Я покоряю витиеватую лестницу, ведущую на третий этаж. — Близко знаком с братьями Осмо?
— Даже ближе, чем мне хотелось бы, — бросаю через плечо, вспоминая наши многочисленные сходки в этом заведении.
Захожу в один из кабинетов и толкаю дверь на балкон.
Достаю пачку.
— Нет, спасибо, — отказывается она, когда я предлагаю ей сигарету.
Не дура. Принимать в этом месте что-либо из рук незнакомых людей — действительно довольно опасно. На свой страх и риск, что называется.
Но своих сигарет у неё, похоже, нет…
— Ты вытащила меня покурить, — напоминаю я ей.
— Не курю, просто предлог, чтобы остаться с тобой наедине, — заряжает она. — Ты правда полицейский? — опирается спиной о поручни, вставая рядом.
— Да, — затягиваюсь поглубже, наслаждаясь тем, как никотин заполняет лёгкие.
— Рид, верно? Слышала, что так к тебе обращаются твои друзья.
— Верно.
— А полное имя? Ричард?
— Да.
— Как король Ричард Львиное сердце? (Ричард Львиное сердце — английский король из рода Плантагенетов, правивший в 1189–1199 годах). Храбрый значит…
— Ричард был отличным воином, но плохим королём. И прозвали его так скорее за жестокость, нежели за храбрость.
— А ты мне нравишься, Ричард! — толкает меня плечом.
Я недовольно прищёлкиваю языком.
— Хорошо-хорошо, я тоже не перевариваю своё полное имя — Марисабель.
— Так это не шутка?
— Это результат любви моей матери к сериалам. «Богатые тоже плачут» — один из её любимых.
Поднимаю голову и выпускаю дым. Чёрное небо сплошь усыпано звёздами. Они медленно плывут, и это — так себе сигнал.
— И как тебе работается в полиции? — беззаботно интересуется она.
— Да отлично, — отвечаю честно, хоть и не испытываю сейчас большого желания поддерживать с кем-либо непринуждённый диалог.
Тут, кстати, находиться гораздо комфортнее, чем внизу. Тихо. Музыка не долбит в уши, и совсем никого. Посторонним вход сюда воспрещён.
— Я тебя не видела здесь раньше…
— Меня не было в Блу Бэй четыре года.
— Уезжал?
— Служил в армии.
— Назови ещё три факта о себе, — её вопросы сыпятся на меня подобно снегопаду на Аляске.
— Зачем тебе засорять лишней информацией свою прекрасную голову, Мари?
— Вполне сойдёт для знакомства, — пожимает плечами она. — Можешь завуалировать свою личность как угодно. Мне просто интересно, что ты ответишь…
— Мля, если честно играть в шарады сейчас — это прям убийство для моих угашенных мозгов.
Она заливисто смеётся.
— Ладно, — потираю переносицу. — У меня отвратительный характер, склочная жена и трое мерзко орущих детей: Патрик, Сиси и Роджер.
— Если это была попытка напугать меня, то она с треском провалилась, — отвечает невозмутимо, нисколько не стушевавшись.
Поворачиваюсь к ней. Улыбается и качает головой.
— И откуда ты только такой взялся…
Симпатичная. Тёмные волосы, хитрый прищур, пухлые губы. Мой взгляд скользит по её ладной фигуре.
— Три факта обо мне, — становится напротив, забирает и выбрасывает мою сигарету. — Не ищу отношений, люблю секс для здоровья и горячих парней вроде тебя, — подмигивает и опускает ладони на мои предплечья. Легонько поглаживает их пальцами, и этот жест напоминает о Смит…
Она всегда так делала. Не дыша, очерчивала каждую выпуклую вену, и глаза её при этом становились стеклянными. Блестели лихорадочно, как у сумасшедшей.
— Иди сюда, — меня переклинивает, и я тяну девчонку в комнату. Сажусь на кожаный диван, привлекаю её к себе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она послушно забирается наверх и стаскивает эластичный топ через голову. Беззастенчиво откидывает назад чёрные как смоль волосы, позволяя рассмотреть то, что открылось взгляду. А посмотреть там определённо есть на что…
— Да-а-а, — выдыхает рвано, когда мои ладони накрывают и сминают её обнажённую грудь.
Выгибается, блаженно прикрывая глаза. Нетерпеливо трётся о пах, усиливая нахлынувшее желание.
— Давай это тоже снимем, м? — цепляет пальцами мою футболку. Прижимается ко мне возбуждёнными сосками. — Так хочу тебя…
Алкоголь, гуляющий в крови, и мягкое, податливое девичье тело действуют на меня весьма предсказуемо. Руки пускаются в отчаянное путешествие.
Мари, дразня, соблазнительно двигается на мне, не скрывает своего удовольствия и шепчет на ухо непристойности, добавляя перца происходящему.
Я уверен, что мог бы словить с этой горячей штучкой кайф, если бы не одно «но»…
Прикладываю её руку к лицу и закрываю глаза.
— Потрогай меня.
Она уверенно скользит пальчиками по моему лицу. Неспешно гладит скулы, губы. Царапает коготками шею и плечи. Спускается к животу. Что-то говорит мне, но я сквозь густую пелену пьяного угара ничего не слышу. Потому что всё это время я представляю на её месте совсем другую девчонку.
Ту, от которой давно уже мозги растеклись в кашу. Свою сводную сестру, трахнуть которую я мечтаю ещё с тех пор, как она училась в школе.
Мысли о ней заводят. Запускают животные инстинкты. Сжимая челюсти, рывком поднимаю короткую юбку Мари к талии и до боли сжимаю упругие ягодицы, толкаясь во внутреннюю часть бедра.
Девушка в ответ протяжно стонет. Томно, эротично. Как надо. Но это не идёт ни в какое сравнение с тем, что я слышал у Лероя дома. Те звуки, которые бесконтрольно срывались с губ Дженнифер Смит, заставляли меня сходить с ума, испытывать какой-то ненормальный экстаз…
Мари лезет целоваться. Вот этот момент, пожалуй, и рушит всю иллюзию к чертям.
Поцелуй выходит грубым и поспешным. Он лишь злит меня и выводит из себя. Потому что я ни хрена не чувствую. Из того, что мне надо.
Настойчиво толкаю девчонку вниз. Она, тяжело дыша, целует шею и прокладывает дорожку из влажных поцелуев к животу. Ласкает меня рукой поверх штанов, прикусывает мышцы пресса, а затем нетерпеливо стягивает вниз мои боксеры.
Влажный горячий рот на какой-то короткий миг дарит удовольствие. Но ровно до тех пор, пока я не сгребаю в кулак её волосы.
Не те волосы.
Мне нужны густые, непослушные и такие бесящие кудри.
Грёбаный ад. Я предпринимаю последнюю попытку наплевать на свои закидоны, но ни хера у меня не получается…
Я не хочу эту сексуальную, лишённую комплексов девку, старательно и умело работающую своими губами. Мне нужна Смит… будь она проклята!
Твою мать, да ты кретин, напрочь свихнувшийся.
Вымученно вздыхаю.
— Притормози, — всё же останавливаю Мари, крайне увлечённую процессом.
Да, Брукс, до чего ты дошёл погляди…
— Что-то не так? — замерев, удивлённо спрашивает она.
— Ага, — отодвигаю её, натягиваю штаны и опять тянусь к сигаретам.
Выглядит это всё, конечно, нелепо.
— Всё не так, — бубню под нос.
Та самая цитата, но п****ц к месту, лучше и правда не скажешь!
— Мне показалось, что мы оба… — она заметно теряется, явно не понимая в чём дело.
— Мари — ты прелесть, не загоняйся, это я долбо*б.
Девушка поднимает с пола свой топ и смотрит на меня с такой обидой, что прямо не по себе становится.
— Извини.
Реально ты — дебил, Брукс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Натягиваю футболку. Забираю с дивана выпавшие из кармана ключи от машины и ухожу, по пути раскуривая сигарету.
Настроение падает ниже плинтуса, пить — желания тоже уже нет. Возвращаться в шумную компанию тем более. Тело всё ещё требует разрядки, но с этим, похоже, теперь большие проблемы…
