Вместо ответа я только шагнула в его объятия, уткнулась лбом в плечо и впервые за долгое время позволила себе расслабиться.
Даррен погладил меня по спине, поцеловал в висок, будто успокаивая таким образом, зарылся носом в мои растрепавшиеся волосы.
- Возможно, - прошептал он, - мы взяли на себя слишком много, чтобы справиться с этим?
- Не думаю, - я попыталась оставаться позитивной. – Не так и много… Просто не привыкли, вот и тяжело. Но рано или поздно все закончится.
- И есть шанс, что закончится хорошо.
Зеленая листва, невесть как выросшая из столба, прикрывала нас от посторонних взглядов. Я радовалась тому, что Даррен хотя бы так, косвенно, может прикрыть нас собственной магией, потому что в последние дни даже в постели, в собственной спальне не чувствовала себя в безопасности. Конечно, я понимала, что за нами вряд ли рискнет кто-то подсматривать, но ощущение того, что мы не одни, оставалось, и оно было слишком устойчивым. Наверное, на меня действительно давило постоянное присутствие людей. Руководить ими куда проще было издалека.
- Однажды этот дракон все-таки прилетит, - то ли пугая, то ли, наоборот, пытаясь меня приободрить, протянул Даррен. – Тогда мы с ним успешно сразимся и забудем обо всем этом… Наконец-то.
- Жду не дождусь.
- Я тоже. Мечтаю о том, что открою порталы, выселю этих людей обратно к ним домой и напрочь забуду о том, что означает слово «ответственность».
- Ты будущий король.
- В гробу я видал это королевствование! – рассмеялся Даррен, а после, обернувшись, раздраженно протянул: - И кто там греет уши?
Странно, но никто не отозвался. Даже я, не особо доверявшая шестому чувству, по мнению многих, базировавшемуся на магии, а значит, совершенно мне недоступному, ощутила что-то странное. Как будто на нас кто-то смотрел. Пристально так, не сводя глаз…
От этого стало не по себе. Я втянула голову в плечи и осторожно высвободилась из объятий Даррена. Он вскинул руку, активируя какое-то защитное заклинание, пока ещё слабенькое – сильное я бы смогла хоть частично, но увидеть, а тут не было даже вспышки, крохотной, но достаточной, чтобы я, обычно внимательная к таким вещам, смогла хотя бы зафиксировать её.
- Что происходит? – тихо спросила я, когда поняла, что Даррен действительно чувствует опасность – неизвестную, но от этого не менее близкую.
- Ты что-нибудь чувствуешь?
Я отрицательно покачала головой. Потом замерла, прислушиваясь к себе, но вокруг ровным счетом ничего не изменилось.
- А ты? – спросила я на всякий случай, понимая, что восприятие мира мною и Дарреном может серьезно отличаться.
- А я чувствую, - нехотя отозвался он.
Было видно, с каким откровенным нежеланием мужчина вышел из-под укрытия, жестом велев мне оставаться под сенью наколдованных листьев.
- Это магия, - только и сказал он, делая осторожный шаг вперед и прислушиваясь к внезапно воцарившейся вокруг тишине. Казалось, люди и до того были достаточно далеко, чтобы мы слышали их голоса, но сейчас все звуки вытеснила надвигающаяся опасность.
Что же изменилось?
Я только спустя минуту поняла: затихли животные. Перестали кудахтать куры, не мычала корова, не доносилось далекое ржание непослушных лошадей, явно недовольных на скорую руку сколоченным загоном. Все вокруг затихло, замерло, будто вокруг не осталось ни единой живой души.
Наставник когда-то говорил мне, что у каждой эмоции есть свой звук и свой оттенок. Возможно, шутил, но в какой-то мере я была с ним солидарна. Радость всегда сопровождалась смехом, пусть даже потаенным, скрытым, но все равно рвущемся на свободу. Тревога – дребезжание и тремор… О гневе напоминали грозовые громы, о спокойствии – тихий шелест волн и листвы, едва колеблющейся на ветру.
Своего звука не было у шока. Молчаливая, пугающая эмоция, которая могла свести с ума кого угодно – за считанные секунды. Вот и сейчас все вокруг, кроме нас с Дарреном, шокированное, умолкло.
Я сделала шаг вперед, не в силах больше оставаться в укрытии. Мне хотелось хотя бы понять, что же происходит, чтобы больше не оставаться в неведенье. Это было жестоко – заставлять меня лишь гадать, что же происходит.
Даррен не стал препятствовать. Он всматривался в небо, словно ждал, что опасность придет оттуда, камнем – а точнее, драконом, - упадет на наши головы. Но небо было таким же шокированным и немым, как и все остальное.
Мир молчал, словно хранил какую-то жуткую тайну. И я, признаться, боялась узнать, о какой же тайне шла речь, хоть и подозревала, что это могло быть.
Но шок никогда не злится вечно.
И пугающую тишину наконец-то разорвал дикий вопль.
Кричала какая-то селянка. Я рванулась было на звук, но Даррен поймал меня за руку и молча ткнул пальцем куда-то в сторону.
Дракон.
Я впервые увидела его настолько четко. До этого он представлялся мне смазанным пятном, даже смутно напоминавшим чудовище. Так, сгусток магии, стремительно деформировавшийся, будто разогретая руками мастера глина. Расплавленный металл…
