в Англии столько, сколько лет жизни будет ему отпущено». Принц Эдвард будет лишен наследства, а прямым наследником Генриха объявлен Йорк, которому надлежит взойти на трон после смерти Генриха. Это был не лучший компромисс, на достижение которого рассчитывал Йорк, и в половинчатом решении отразилась неприязнь к нему палаты лордов, ведь Йорк, в конце концов, был на десять лет старше короля и, если предположить естественный ход событий, должен был скончаться раньше Генриха.
24 октября был принят «Акт о престолонаследии», более известный как «Акт о согласии»: он закреплял за новым порядком престолонаследия статус закона. Спустя четыре дня Генрих VI под давлением немногих вельмож, присутствовавших в парламенте, – остальные сочли более разумным не прийти на заседание – принял его условия, и акт сделался законом. Король тотчас же отправил послание королеве, повелевая ей привезти принца в Лондон и предупреждая, что если она ослушается, то будет объявлена мятежницей.
Теперь, когда остро стал вопрос о династической преемственности, войны роз поменяли свой ход. Они были уже не борьбой за верховную власть между Йорком и партией королевы, но превратились отныне в соперничество за самый престол, а реформы правительства как цель отошли на второй план. Выход из-под контроля династических распрей возымеет далеко идущие последствия для престолонаследия на ближайшие четверть века и даже более, ослабив представление о законном титуле монарха и воспламенив честолюбие тех, кто отличался великим могуществом при сомнительном праве. Кроме того, отныне исход любой битвы рассматривался как знак благоволения Господня притязанию того или иного победителя.
В конце октября парламент отменил билль об объявлении вне закона и лишении прав Йорка и его сторонников и вернул им титулы, земли и имущество. 8 ноября Йорк был объявлен престолонаследником и протектором Англии. Все лорды, духовные и светские, присягнули ему как наследнику короля, а он, в свою очередь, присягнул на верность Генриху и лордам, объявив, что также будет соблюдать все соглашения и договоры, заключенные ранее.
Отныне Йорк правил Англией от имени короля. Он вполне мог решить, что теперь он неуязвим, однако ему снова предстояло убедиться, что он ошибался.
«Акт о согласии» вызвал яростную политическую бурю. Королева двинулась на юг со своими шотландскими рекрутами, в ряды которых по пути вливались большие отряды из Нортумберленда, Камберленда, Вестморленда и Ланкашира. Многих из числа северных лордов, которые присоединились к ее войску, мало интересовали животрепещущие политические вопросы, решавшие судьбу страны, они были движимы скорее своекорыстием и желанием пограбить процветающий юг, предмет их давней зависти. Тем временем Сомерсет и Девон шли маршем на Йорк, с юго-запада через Бат и Ковентри, с большим отрядом джентльменов, рыцарей и солдат. Потом Маргарита узнала, что к ней на помощь спешат лорды Клиффорд, Рос, Грейстоук, Невилл и Лэтимер.
Получив в Халле (Гуле) весть о том, что парламент лишил престола ее сына, Маргарита пришла в ярость и немедленно расширила масштабы своей призывной кампании, набрав пятнадцатитысячное войско в замке Понтефракт и поставив во главе своих солдат Сомерсета, Нортумберленда и Девона. К тому времени, как ее армия достигла Йорка, в этой армии насчитывалось уже 20 тысяч человек. Тот факт, что королеве удалось собрать столь впечатляющее войско в самом конце года, когда сезон военных действий уже давно завершился, свидетельствует о ее энергии и упорстве, а также о непреклонной решимости отстаивать интересы своего сына. Более того, королева сумела набрать армию столь быстро и столь тайно, что Йорк далеко не сразу сообразил, что происходит.
В Йорке Маргарита заявила официальный протест против «Акта о согласии» и бросила герцогу Йоркскому вызов, предлагая разрешить вопрос о престолонаследии на поле брани. Затем она созвала военный совет и сообщила лордам о своем намерении пойти на Лондон и освободить короля из вражеского плена. Лорды, не поддержавшие «Акт о согласии», разделяли ее гнев, и многие стекались к ней, чтобы взяться за оружие, став на защиту ее интересов.
В конце ноября ланкастерское войско двинулось из Йорка на юг. Когда оно проходило по Йоркширу, королева с большим удовольствием позволила своим солдатам разграбить дома арендаторов Йорка и Солсбери. Кроме того, они разорили принадлежащий Йорку замок Сэндел, причем суеверные не без страха заметили, что в этом году в замковом парке не свила гнездо ни одна цапля.
Узнав о действиях Маргариты, Йорк немедля организовал новую пропагандистскую кампанию, рассчитанную на то, чтобы вызвать у южан страх перед варварскими северными ордами королевы, а также начал приготовления к маршу на север с целью устранить эту новую угрозу. Королева и принц написали совету лондонского Сити, требуя денежной и военной помощи, однако их послания были проигнорированы. Йорку же, напротив, выделили ссуду в размере пятисот марок для финансирования военного похода. Под его контролем находился также королевский оружейный арсенал Тауэра, и он повелел взять оттуда несколько пушек и отправить на север.
Йорк и Солсбери выехали из Лондона во главе пяти-шеститысячного войска 9 декабря под приветственные крики радостной толпы, выстроившейся по обеим сторонам улиц; Уорика оставили следить за порядком в столице. Они двинулись маршем на север через Ноттингем, по пути вербуя солдат. Впрочем, многие из их разведчиков, или «выглядчиков», были убиты в схватке с людьми Сомерсета в Уорксопе, и одновременно ланкастерские разведчики обнаружили, что армия Йорка значительно уступает по численности их собственной.
Йорк направлялся в свой замок Сэндел, располагавшийся в двух милях от Уэйкфилда, поскольку, по словам Уитхэмстеда, хотел провести Рождество среди своих близких, в тепле и уюте родного дома. Кроме того, он считал необходимым появиться в этих краях, так как его арендаторы пострадали от притеснений ланкастерских лордов. Возведенный во времена Эдуарда II, замок Сэндел был могучей и величественной крепостью, занимающей важное положение, хотя сегодня от него остались только осыпающиеся, открытые ветрам и непогоде руины. Прибыв туда 21-го числа, Йорк велел своим людям вырыть вокруг замка траншеи и установить в стратегически значимых местах вдоль стен пушки, тем самым, по крайней мере теоретически, заняв удачную оборонительную позицию на случай нападения Ланкастеров. В его планы входило дождаться появления Марча, двигавшегося из Шрусбери с подкреплениями, а потом вступить в бой с врагом; пока же он обосновался со своими людьми в замке и принялся праздновать Рождество.
Сомерсет и Нортумберленд хотели бы осадить Йорка в замке Сэндел и в любом случае намеревались перерезать ему все пути снабжения. Однако, не имея достаточно ресурсов для осады, они решили каким-то образом выманить Йорка из замка и заставить его вступить в битву до прихода Марча. Ланкастеры, несомненно, располагали более внушительными силами, примерно
