Тело ломило от пережитого наслаждения, и только загадочная и довольная улыбка, которую никак не получилось скрыть некроманту, служила напоминанием о том, что мы творили под покровом темноты.
– Какая страстная женушка мне досталась… – со смешком заметил Эвангелион, откровенно наслаждаясь появившимся от его слов румянцем.
– Ты все это нарочно говоришь, чтобы я чувствовала себя неуютно, – пожаловалась я, ворча, когда, наконец, смысл его слов стал доходить до меня. – Постой, Гейл…ты сказал, жена?
– Сказал, – с удовольствием подтвердил некромант. – Ночью мы немного связали судьбы по демоническим обычаям.
– Правда? – сон слетел мгновенно, и я даже приподнялась на локтях, чем сразу воспользовался Эвангелион: заключил в объятия и поцеловал от всей души.
– Правда. Люблю тебя, птичка.
– И я тебя, Гейл…
– Думаю, лучше стоит переноситься в дом отца, – предложил Гейл лениво, – Бройди и Сармад хотя бы не удивятся черному платью.
– А мое праздничное?..
– Боюсь, фениксу оно не понравилось… – виновато улыбнулся некромант.
– Гейл? – неуверенно начала я.
– Да, милая?
– Я не хочу к демонам. Хватит с меня диких земель. Я хочу домой. Давай вернемся в Академию?
Когда он снова взглянул на меня, в синих глазах светилась безграничная любовь:
– Как скажешь. С тобой хоть на край света…
Эпилог
Эпилог
Мы и правда вернулись в Академию, переместившись к самым ее воротам. Войдя на территорию Академии спустя две недели после похищения, я не смогла сдержать счастливого вдоха и закружилась под лучами привычного солнца семи королевств.
– Родные обидятся, что ты, не предупредив, покинула территории демонов, – заметил Гейл, улыбаясь.
– Стор Эвангелион, – остановившись, бросила я шаловливый взгляд на мужа, – какое мне должно быть дело до диких земель? Я, в конце концов, магиня целых двух факультетов Академии! Какие демоны – о чем вы?
Он оказался рядом в мгновение ока, не прикасаясь, всего лишь вдохнув запах распущенных волос:
– Думаешь, на территории Академии я всегда буду вести себя как преподаватель…жена?
Вкрадчивость речи некроманта бросила меня в дрожь, и я, только взглянув в его глаза, тут же утонула в царящем в них омуте. Люблю его. Больше жизни люблю. Не мыслю себя вдали от Эвангелиона…
– Ну, тогда…спасибо за наряд, муж, – хитро улыбнувшись, отскочила я от Гейла, демонстрируя, как ладно на мне смотрятся абсолютно черные юбка, чулки и блузка с пиджаком. Туфли мы все–таки отыскали, но и с ними поработала теплая тьма.
– Морин! – раздался полный волнения и тревоги голос Авидалы, и я, оторвавшись от созерцания Эвангелиона, повернулась в ту сторону, откуда он доносился.
Подруга бежала по главной аллее, пытаясь на ходу смахнуть слезы с заплаканного лица. То были слезы счастья, а за Авидалой неспешно следовал Амон с уставшей улыбкой на лице. Пока меня обнимали, проверяли на наличие не совместимых с жизнью увечий и укоряли за то, что пропадала неизвестно где, не давая о себе знать – «и вообще, молчала бы!» – принц Эндора как раз успел подойти и спокойно произнес:
– Ави с утра была на иголках. А потом вскочила с места и помчалась наружу. А тут вы. Хорошо, что день Жизни все же выходной.
– Тяжело с ней пришлось? – сочувственно заметила я, обнимая подругу, которая никак не могла поверить, что наконец вернулась.
– Успокаивать магиню Земли – одно сплошное удовольствие, – с намеком вздернул бровь некромант, и я поняла, что именно он хотел сказать. Авидала отстранилась от меня со смущенным выражением лица, потом перевела взгляд на Эвангелиона:
– Простите, стор Эвангелион. Я так за нее переживала…
– Все нормально, суола Авидала, – кивнул Гейл, примеряя на себя облик строго преподавателя. Хорошо, что о его иллюзорной одежде не догадывался никто, кроме меня, иначе ох, как пошатнулся бы его авторитет. – Амон, вы все задания выполнили, что я вам оставлял?
– Ну…почти, – уклончиво ответил Амон с лицом нашкодившего котенка.
Я только вопросительно глянула на Гейла.
– А я им как раз двухнедельный объем теории на самостоятельное изучение оставил, отправляясь на поиски, – невинно заявил некромант. – Кстати, пора бы и честь знать…суола Морин, очень надеюсь увидеть вас на ближайших занятиях. Хорошее у нас с вами вышло…окончание путешествия, – никто этого не заметил, но я–то знала, что уголки его губ в это время едва заметно приподнялись! Огромных усилий стоило не смутиться, но я сдержала вежливое выражение лица:
– Согласна, стор Эвангелион. Запоминающееся вышло окончание.
Если кто и подумал, что за нашими словами мог скрываться тайный смысл, то вслух этого не сказал, и Гейл, буднично кивнув, обошел нашу троицу со словами:
– Пойду–ка я, пожалуй, проверять успеваемость некоторых некромантов. Соскучился я по проверкам…
Оставшись втроем, мы радостно переглянулись и, не сговариваясь, засмеялись.
– Морин! – выдохнула Авидала. – Как мы переживали! Где ты была? Эвангелион как в воду канул с твоими поисками! Так с бала неожиданно исчезла – я все глаза просмотрела, куда ты запропастилась!
– Ой, Ави… – вздохнула я. – А пойдем–ка лучше в столовую. Я такая голодная!
– Конечно, – поддержал меня Амон, хитро улыбаясь, – хорошие окончания путешествий – они всегда чувство голода обостряют!
– О чем это ты? – прищурившись, заподозрила неладное Авидала.
– Да так, ни о чем… – состроил невинное лицо третьекурсник. – Пойдемте и правда есть. Кто знает, сколько иллюзия Гейла на Морин продержится…
Пока Ави выпытывала меня, что конкретно имел в виду некромант, мы и дошли до столовой. На нашу беду, по пути встретился Дарий, который, стоило ему заметить меня, тут же оказался рядом:
– Я никогда не прощу тебе своего унижения! Только выйди за меня замуж – отправлю в самую надежную темницу и буду приходить лишь тогда, когда потребуется твоя сила! – со злостью выпалил он.
Я холодно посмотрела на него:
– Боюсь, вы опоздали с угрозами, принц Дарий. Наша помолвка отныне недействительна.
– Лжешь! – схватил меня за руку водник, и Авидала дернулась на помощь, но была остановлена рукой Амона.
То, что произошло далее, заставило всех находившихся рядом с нами суолов остановиться и в немом удивлении воззриться на стычку между мной и наследником Маерии.
– Никогда магиня Жизни не стала бы лгать, – чувствуя, как закипает глубоко внутри меня невиданная
