разговорах, мы не заметили, как дошли до нужной могилы. Эта гранитная плита как будто отличалась от других. Она была больше украшена цветами, больше обставлена игрушками и конфетами. Посмотрев на ее основание, я увидела надпись:
Мелоди Бин.
10.11.1999 – 10.07.2017
Любимая дочь, верный друг и талантливый зоозащитник
Ее могила была именно такой, как ее описывала Лав. Приятной и красивой. Видимо какой была и сама девушка, по ее рассказам. Жаль, что нам так и не удалось познакомиться. Возможно, мы бы нашли общий язык в вопросе защиты животных.
Сев на скамейку рядом, я представила, как мы бы вместе смогли творить великие дела. Помогать волонтерским центрам по выходным, жертвовать в фонды и тискать найденных щенков у меня дома. Если бы я когда-нибудь учредила какой-нибудь такой центр, то назвала бы его
в честь Мелоди Бин. Амбициозной, с горящими глазами девушки, у которой просто не было времени продемонстрировать свой потенциал.
– Когда я была на юге, то старалась сделать ее временную могилу как можно красивее. Ну, тогда я еще не думала, что смогу перевезти ее тело домой. Поэтому старалась вовсю. Как бы хотела она.
По дороге на кладбище, мы зашли в цветочный. И теперь положили на ее могилу охапку красивых и приятно пахнущих полевых цветов.
Мы как-то в детстве, когда умерла моя бабушка, фантазировали, как бы хотели, чтобы нас похоронили. Так себе тема для десятилетних детей. Но нам это тогда казалось гениальным. Ведь это очень круто иметь друга, который точно знает, как тебя надо похоронить. Мелоди сказала, что хочет поменьше камня и побольше цветов. Чтоб ее могила со временем заросла и покрылась зарослями. Чтобы осталось видимым только ее имя. Надеюсь, что когда я приду сюда в следующий раз, так и будет.
Наш букет выделялся среди остальных. Из одного из цветков поползла гусеница. Думаю, это бы Мелоди понравилось.
– Как дела в больнице?
– Неплохо. Выписали последних жителей Подесты. Некоторые из них решили остаться здесь.
– А Аарон?
– Он решил остаться здесь.
Она глубоко вдохнула воздуха внутрь, смотря на небо.
– Мы уезжаем завтра. Джереми, Джастин и я. Пока не уверена, что мы останемся там надолго. Надо поискать место, которое сможет стать мне новым домом.
Я посмотрела на нее. За это время ее волосы слегка успели отрасти и уже начали завиваться у уха. Не знаю, решится ли она их, в конце концов, отрастить. Но даже так она выглядела круто.
– Не страшно? – спросила ее я.
Глупо было спрашивать о таком. Зная, через что она прошла, простой переезд должен был казаться обычным шагом вперед. Даже скорее лилипутским.
– Страшно, – ответила она, – но это не повод не попытаться. Особенно, если это касается тебя самой.
И тут она посмотрела на меня. Таким взглядом, будто хотела что-то сказать перед тем, как попрощаться.
– Мне кажется мы оба вынесли этот урок.
Я не думаю, что когда-нибудь еще увижу Лав. Будет классно, если получится. Но людям, с таким прошлым, сложно видеть друг друга. Ее крепкая связь с Джереми или Билли – иное.
Мы просидели на лавочке еще где-то час. Просто сидели и наслаждались этим солнечным днем. Смотрели на Мелоди и мечтали.
Лав о том, сколько счастливых дней они провели вместе.
Я о том, сколько таких же счастливых дней могло бы быть.
В какой-то момент мы просто встали и разошлись. Без прощаний. Просто разошлись в разные стороны, как в фильмах. Благо на кладбище было несколько выходов.
Это был поистине солнечный день. Через месяц будет рождество. И я искренне надеюсь, что новый год для Лав Трейнор начнется счастливо. Так, как она заслужила.
Я же, спустя пару недель после нашего последнего разговора, написала заявление об увольнении, собрала в одно утро вещи и поехала в аэропорт.
Забавно, что все то, что я накопила за десять лет, уместилось в небольшой чемодан на колесиках. Конечно многое я оставила или выкинула. Посчитала, что это мне больше не потребуется.
Уже в аэропорту я взяла билет туда, куда планировала. У меня не было ветра в голове, я не мчалась куда глаза глядят. Спокойно за пару дней забронировала себе отель и билет в один конец.
У меня уже были свои планы на ближайшие две недели, в том числе и по поиску новой работы. Которая бы обеспечила мне кров и еду. А еще счастливые дни. Как те, что я провела вместе с Лав.
Я была уже в таком возрасте, когда не хотелось считать такие дни по пальцам. А наслаждаться ими как можно чаще. А если у меня и не получиться это сделать там, где я планирую, то обязательно получиться где-то еще.
Мир огромный. И где-нибудь для меня в нем точно найдется место.
Уверенная в этой мысли и мотивированная новой страной, я пошла к стойке регистрации. В отличие от остальных людей, стоящих в очереди, я была налегке. И удивлялась этому, ведь до этого не была в местном аэропорту. Тут меня спросила девушка за стойкой.
Здравствуйте, мисс Хатти. Вы вылетаете из аэропорта Милвена с билетом в один конец.
И перед тем, как сказать, куда я полечу, она спросила.
Назовите, пожалуйста, цель вашей поездки. Для работы? Для встречи с семьей? Для себя?
А я наконец-то знала ответ.
Для себя.
Благодарность
Наверное, это самая неинтересная часть книги. В ней читатель узнает о том, кто же повлиял так на автора, что он написал аж целую книгу.
И в ней, как правило, мы благодарим своих друзей, родных и любимых.
Но в конце этой книге я хочу поблагодарить себя.
За то, что решилась писать на такую сложную тему. Что затронула тяжелые моменты из жизни. И рассказала о вещах, о которых редко хочется думать.
Я не обижусь на то, что кто-то, читая эту историю, остановиться на середине. Даже потом не дочитает. И не вернется к книге.
Я и сама не хотела, иногда, к ней возвращаться. А некоторые главы писала даже под грустным настроением и соответствующим плейлистом.
Каким бы не был исход, я лишь хочу пожелать вам помнить о том, что вам вряд ли скажут в школах, на работе или даже в семье.
На свете нет более важного и дорогого человека, чем вы сами. Как бы вы не любили кого-то и как бы не любили вас, первое место всегда за вами.
И если люди научатся не путать эгоизм и нарциссизм, мы станем намного добрее и терпимее.
Прежде всего к себе.
