стропиле, лежит на земле, разорванный. Стол опрокинут. Бумаги разбросаны по полу. Диван прислонен к дальней стене. Несколько стульев опрокинуты на бок.
Я поднимаюсь по лестнице по двое и останавливаюсь наверху. На полу и кровати валяются бутылки из-под спиртного и банки из-под пива. Он лежит на ней, одетый в ту же одежду, что и вчера. Потерявший сознание лежит на животе, его руки подняты над головой. Подушки покрывают пол вместе с простыней и одеялом.
— Коул? — спрашиваю я, кладя руку на его руку. Он не шевелится.
— Коул? — говорю я чуть громче.
Он рычит.
— Коул! — огрызаюсь я, толкая его руку.
Он переворачивается на спину и открывает глаза. Они налиты кровью и смотрят на меня. Я напрягаюсь. Я никогда не видела, чтобы они выглядели такими холодными. Такими пустыми.
— Ты в порядке? — мягко спрашиваю я.
Он моргает пару раз, как будто видит двух меня. Затем он медленно садится.
— Уходи, — грубо приказывает он.
— Коул, что происходит?
— Уходи, Остин, — огрызается он.
— Нет, Коул! Какого хрена ты здесь делаешь? Да еще и пьяный?
Он хватает меня за руку и тянет на кровать. Он зарывается головой в мою шею.
— Коул…
Я пытаюсь отпихнуть его, но его руки хватают меня за запястья, и он сжимает их без особых усилий. Я начинаю задыхаться.
— Блядь, милая, — он прижимается к моим бедрам.
— Ты пахнешь так чертовски хорошо. Ты пришла, чтобы подбодрить меня? — шепчет он.
— Что случилось? — спрашиваю я, игнорируя его.
— Ты пришла, чтобы я тебя сломал? — его нос прослеживает линию моей челюсти.
— Потому что это то, что мне нужно, Остин. Мне нужно сломать. Уничтожить. Боже, я хочу обхватить рукой твое нежное горло и сжимать, пока я трахаю тебя.
Его тело прижимает меня к кровати, и я чувствую, насколько он тверд.
Я делаю успокаивающий вдох, пытаясь замедлить колотящееся сердце.
Он нежно целует меня в шею, до самого уха, и моя кожа покрывается мурашками.
— Я хочу видеть, как слезы текут по твоему великолепному лицу, а твой рот открыт в беззвучном крике. Умоляя меня остановиться. Умоляя меня о воздухе. Поэтому я спрошу тебя снова. Ты пришла, чтобы подбодрить меня?
Он отстраняется и смотрит на меня сверху вниз, и я сглатываю от взгляда пустоты в его глазах. Я понятия не имею, что произошло и почему ему нужно сломать меня еще раз, но я хочу дать ему это. Я ненавижу то, как сильно я хочу дать ему то, что он хочет. Но я не могу отрицать, что это звучит именно так, как мне нужно.
— Да, Коул, — мягко говорю я. — Я пришла, чтобы подбодрить тебя. А теперь рискну сделать все, что в моих силах.
ГЛАВА 34
КОУЛ
Я сижу в постели, а Остин лежит без сознания рядом со мной. Сейчас чуть больше восьми вечера, и она уснула несколько часов назад. Я использовал ее. Я, блядь, брал и брал у нее, как будто она была спасательным кругом.
Я вернулся к себе прежнему. К тому, каким я был до того, как столкнулся с ней на кладбище. Дик был прав — она изменила меня, но я нашел путь обратно к настоящему Коулу.
Бессердечному ублюдку, который питается насилием. Я душил ее. Я вырывал волосы. Я, блядь, пометил ее руками и ртом. Она плакала большими, прекрасными слезами, глядя на меня, пока моя рука обхватывала ее горло. И ее тело содрогалось от оргазмов, которые я ей давал. Она никогда не ломалась, как я хотел. Она не умоляла, когда я держал ее запястья над головой. Или, когда я перевернул ее и зарыл лицом в кровать. В какой-то момент я перегнул ее через перила, а моя рука сжимала ее волосы. Она позволяла мне использовать ее, как я хотел.
И мне чертовски нравилось, что она такая сильная. Что она может взять моих демонов.
Я встаю с кровати, натягиваю джинсы и иду в ванную. Я брызгаю на лицо холодной водой. Смотря на себя в зеркало, я наблюдаю, как вода стекает по моему лицу и брызгает на столешницу. Схватившись за край, я склоняю голову. У меня чертова мигрень, но я знаю, что это от алкоголя, который я употребил за последние двадцать четыре часа.
Я слышу, как внизу открывается дверь в клуб, и скрежещу зубами. У меня нет настроения терпеть всякую ерунду. Все, чего я хочу, это забраться обратно в постель к Остин и разбудить ее, снова обхватив рукой ее горло.
— Нет, Дик, — слышу я голос Бекки.
Я выхожу из ванной и иду к лестнице.
Бекки стоит внизу, широко раскинув руки.
— Что, черт возьми, случилось? — требует она.
Он ничего не говорит, хотя знает. Он был здесь вместе с остальными парнями, чтобы стать свидетелем моего уничтожения прошлой ночью.
Я начинаю спускаться к ним.
— Почему вы здесь? — рычу я.
Бекки поворачивается ко мне лицом, и ее глаза сужаются, когда я подхожу к нижней ступеньке.
Дик вздыхает.
— Извини, парень. Она хотела…
— Я звонила Остин. Где она, черт возьми?
Я ничего не говорю. Ее глаза оценивают отсутствие на мне рубашки и осматривают царапины, которые нанесла мне Остин. Она порвала кожу, когда вцепилась когтями в мою грудь, пока я душил ее. Это был лучший секс в моей жизни.
— Если ты причинишь ей боль…
— Она спит, — говорю я, прерывая ее.
Она бежит к лестнице и отпихивает меня с дороги, прежде чем подняться на чердак.
