— Кантарр? — в голосе Реля зазвучало бескрайнее удивление.
— У нас нет времени на путь тени, мы не успеем добраться вовремя с ее помощью. Так что… извините, ребята, это будет больно. Но быстро.
Мужчина обманул.
Когда спустя одно биение сердца, вокруг них распахнулись темные своды подземного города, и Рель, и Дар буквально сложились в три погибели. Боль была запредельной, хоть и мгновенной.
А Кантарр уже мчался вперед, к бушующему грязному потоку, вышедшему из берегов и подобно злому псу треплющему безвольную фигуру в прибрежном потоке.
— Тая! — мужчина рванулся к бессознательной девушке, подхватил ее на руки.
— Ты что? — раздался позади хриплый голос выпрямляющегося Реля. — Маг?
— Да.
— Ты никогда не говорил об этом, — заметил Дар.
— Не было повода. К тому же, я больше верю собственному мечу, чем этой… эфемерной субстанции, — отозвался Кантарр, не замечая, как грубеет его голос.
А Дар уловил, впервые за все то время, которое они были знакомы — эмоции воина. Кантарр полыхал злостью, буквально кипел ей. Ничего кроме злости в его душе не было, только она, захлестывала его с головой, бурлила в его венах, пылала в его душе. А потом все закончилось, Кантарр взял себя в руки, и все стало как прежде.
— Не знаю почему, — пробормотал Рель, прислушиваясь тем временем к стенам. — Но разрушения остановились. Ты сможешь нас вытащить обратно?
— Нет. Пройдем пешком. Раз разрушения перестали…
— Кантарр, мы в городе семи огней, — Дар чуть повернулся, глядя на воина. — В городе, откуда темные эльфы бежали, не в силах справиться с зеркальщиками. И сейчас, здесь они живут по–прежнему. И чувствует себя вполне комфортно. Им не нужна вода, еда. Они едят… души, но это десерт для них, который выпадает лишь раз–два в их долгой, очень долгой жизни. И вряд ли они сделают для нас исключение.
— Вы же здесь уже были.
— Выжили чудом. Зеркальщики не могут пересечь бегущую реку. Мы спаслись там, — Дар махнул рукой на маленький островок за грязным бурным потоком. — Без еды сидели там пару суток, пока зеркальщики бродили вокруг, пробуя различные образы, только чтобы сманить нас, чтобы мы добровольно, сами пересекли реку.
— Вы не пересекли.
— Да, — кивнул Рель. — Здесь магии гораздо меньше чем наверху. Мы сидели на этом острове, пока я не набрал несколько крупиц силы, чтобы вытащить себя и Дара через тень. Нам понадобилось на это пять дней. Хорошо еще, что мы оба — тренированные воины, смогли продержаться на воде и еще каким–то чудом накопить магию. Сейчас же…
— Тихо, — шепнул Дар.
Рель и Кантарр прислушались. Но только через пару минут они смогли услышать то, что уловил не столько слух, сколько эмпатия Дара — шаги. К тому месту, где они стояли, кто–то шел. Не один или два — целая толпа.
— Уходим, — велел Кантарр.
— Не успеем. Тут только одна дорога, мы выйдем сразу же на встречу всем, кто сюда идет. И окажемся зажаты в клещи. Отступаем на остров.
— Слишком мало места, — пробормотал Рель. — Мы там не вместимся.
— Я его увеличу, — сообщил Кантарр после некоторой заминки. Словно решал что–то очень важное, будто отрезал себе все пути назад.
Рель и Дар переглянулись.
— Давай мне Таю, — решил светлый, шагая вперед.
На мгновение ему показалось, что воин не выпустит из рук бессознательную девушку, но мгновение прошло. Кантарр опустил девушку на руки светлого эльфа и шагнул в ледяной грязевой поток. То, что случилось дальше, объяснить не смогли бы ни Рель, ни Дар — вода успокоилась.
Человек… по крайней мере, тот кого они считали человеком, отличным воином и стратегом, но ни разу не магом! не применял вообще никаких заклинаний. Ничего. Он не использовал силу, что благодаря Тае текла вокруг. Он не использовал ни жестов, ни слов, ни–че–го. Но вода остановилась. Стих грязевой поток, она мгновенно очистилась, и подобно пушистому ковру лежала под ногами Кантарра.
— Чтоб мне после перерождения оборотнем стать, — пробормотал Рель. — Ты — …
— Не говори этого! — Кантарр круто повернулся, только темные глаза сверкнули не упрямством — злобой. Темной, душной волной вокруг него снова расплескалось могущество и снова стихло.
Вода на миг взвихрилась темными грязевыми облачками и снова очистилась.
В наступившей тишине хорошо были слышны приблизившиеся шаги.
Остров, на который ступил Кантарр, начал меняться. Его края, подобно глине, потекли, меняя свою форму. Из выпуклого, подобно черепаховому панцирю, он стал словно неглубокая миска, а затем опустился ниже в воду. Внутри, в этой миске появились несколько стульев и все.
— Я не смогу справиться с зеркальщиками, — сказал Кантарр глухо. — Поэтому…
— Эшшеды, — тихий надтреснутый голос Таи заставил мужчину вздрогнуть и покрыться мурашками от ужаса. Эта девчонка всегда была слишком умна. Сложно было, зная о ее авантюрном характере, о ее поведении предположить, насколько острый ум скрывается за непримечательным лицом. Сложно было даже догадаться о том, что она умеет оперировать логикой и очень быстро разгадывает загадки, которые ей подкидывает Кириан.
Стоять сама Тая не могла, и когда Дар перешел в «миску», она не покинула его рук. Она смотрела на Кантарра, чтобы по мгновенным изменениям не его мимики или уж тем более не положения его тела, понять, насколько правдивы ее догадки.
Воин молчал, сжав губы.
Молчала и Тая, не в силах больше сказать ни слова. Зубы выбивали стаккато дрожи, от холода ее тело стало не столько белым, сколько даже уже немного синеватым.
— Для начала, — Дар стащил с плеч свой плащ, затем рубашку. — Нам придется тебя раздеть.
— Я могу сделать это и сама!
— Безусловно. Но не когда у тебя совершенно ледяные и негнущиеся пальцы.
— Дар!
— Ты же не стесняешься нас, Тая?
— Было бы чего стесняться, — буркнула девушка.
— Рель, помоги мне. И… расстегнуть мы вряд ли что сможем, бери сразу нож. Кантарр, посиди спокойно. Мы справимся сами.
Промокшая грязная ткань падала на дно острова полосками ни к чему не годной ткани. Пока Рель срезал нагромождения ткани и легкой кожаной брони, Дар растирал тело подруги, сноровисто смывая с кожи грязь. Царапин к счастью не было, а синяки он мог залечить так, что Тая даже не узнала бы о том, что случилось.
Минут через десять, девушка, закутанная в рубашку Дара и плащ Реля, сидела в руках светлого, греясь в потоках теплого воздуха, которым укутал себя и её. И смотрела на Кантарра. Именно он мог подтвердить ее догадки. И Тая собиралась разобраться с этим делом, во что бы то ни стало.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
