Сегодня сможем прогуляться перед сном по земле.
— Не вериться. — Произнесла с восторгом в голосе Анхелика. — Я забыла, как это ходить по земле.
Прометей соскочил с крыши каюты, покрутил корпусом, разминая затекшие мышцы, и встал с левого борта.
— Поднажмем? — Задорно произнес он и сделал мощный гребок.
Белые буруны заиграли перед носом плота. Откуда-то, очень кстати, взялся попутный ветер, раздувший парус. Полоса суши приближалась на глазах. В воздухе появились птицы, чайки, крачки и другие, не похожие на тех, что жили на Новой Земле. Плот на эскорт взяла пятерка дельфинов-белух, с любопытством рассматривающая гостей. Еще несколько минут назад воздух был безмолвен, слышался только свист ветра в щелях трюма, и вдруг он наполнился криками сотен птиц, шлепками и звенящими брызгами воды от ныряющих дельфинов. Со стороны могло показаться, что живой мир острова радостно приветствует гостей.
Ближе к берегу появились тюлени. Они плавали вокруг плота, высовывали головы и смотрели своими большими влажными глазами на странных созданий, генетическая память о которых наверняка уже стерлась. Они пытались что-то сказать, выкрикивая отрывочные звуки, отдаленно напоминающие собачий лай, смешанный с криками оленей в брачный сезон.
— И вам здрасьте! — Анхелика именно так поняла звуки тюленей.
— По поведению видно, что здесь людей давно не было. — Заметил Прометей.
— Это плохо для нас? — Спросил Иван.
— Как сказать? Я не особо рассчитывал найти здесь кого-нибудь. Это было бы слишком легко, найти людей сразу.
— Они, как домашние! — Раздался голос Анхелики.
Парни обернулись и увидели, как подруга Ивана гладит по голове тюленя забравшегося на плот передними ластами. Животное по-собачьи смотрело на девушку и с удовольствием принимало ласки. Тюлень бросил короткий взгляд на мужчин, потом закрыл глаза и замер, млея от прикосновений.
— После этого я не смогу убить его. — Произнес Иван.
— Зачем? — Возмутилась Анхелика.
— Мы же собирались тебе пустить его на жир для увлажнения лица?
— Ты что, дурной, не вздумай. Смотри, он как песик. У него такие добренькие глазки.
Тюлень заводил носом, смешно двигая усами. Он явно принюхивался.
Открыл рот и издал гортанный звук.
— Мне кажется, он просит еды. — Решила Анхелика.
По случаю того, что она готовила ужин, рядом с ней лежал кусок оленьей солонины, который видимо и привлек морского хищника. Анхелика отрезала от куска четвертину и поднесла к доброжелательно-просящей морде тюленя. Тот рывком, который никак не вязался с его желеобразной конституцией, схватил зубами кусок мяса и резко свалился вместе с ним в воду. Анхелика замерла.
— Он мне чуть руку не откусил. — Испуганно произнесла она. — У него такие клыки.
— А ты поверила его глазкам. — Посмеялся Прометей.
Через полминуты тюлень вернулся. По-хозяйски запрыгнул на плот и стал просить еще мяса. Его удачный пример научил и других тюленей. Один за другим они стали запрыгивать на плот и выпрашивать еду. Плот опасно кренился и зачерпывал воду.
— А ну пошли вон! — Прометей хлопнул плашмя по спине веслом зачинателя.
Тот огрызнулся, но в воду спрыгнул. Остальные еще пытались выклянчить еду, но чувствительный шлепок объяснил им, что они получат, если будут настаивать. Десяток блестящих морд замерли вокруг плота. Больше запрыгивать они не решились.
— Диких животных нельзя прикармливать. Это как с медведями, раз накормишь, а потом они уже лезут к тебе без страха, и наглеют. — Объяснил Прометей.
— Я поняла. — Согласилась девушка. — Но вы видели его глаза?
— Они были как у тебя, когда тебе что-нибудь надо. — Съязвил Иван.
Ближе к берегу потянулись языки зеленых выступов из водорослей. Птицы готовились к ночи. В воздухе почти никого не было. Выступы полностью покрылись подвижным белым ковром. Пришлось искать просвет, чтобы добраться до берега. И все равно пристать к суше не удалось. Прометей одел широкоступы и пробираясь мимо гнезд крачек, норовящих цапнуть его клювом, пробрался на берег, забил колышек и привязал к нему плот.
Так как уже темнело, никаких экспедиций вглубь острова не планировали. Обошли окрестности, обильно поросшие спутавшимся разнотравьем, и ночевать вернулись на плот. Опустилась ночь, птицы замерли. Но в траве, недалеко от берега, началась интенсивная жизнь ночных насекомых. Воздух звенел от трелей сверчков, над головой рассекали воздух крупные насекомые, пугая Анхелику гудящими звуками. Где-то далеко, несколько раз ухнула сова. Ей ответил истеричный повторяющийся крик, не знакомый Прометею. Он с интересом ждал утра, чтобы разглядеть обитателей острова.
С первыми лучами солнца, ожили тысячи птиц, разбудившие пассажиров плота. На часах сидел Иван, клевал носом, пока было тихо. Косые лучи, выглянувшего из воды солнца, едва дотронувшись до белого неподвижного покрывала дремавших птиц, включили их будильник. Сразу же завертелись головы, задергались хвосты. Птицы распушали пух резкими движениями и разминали затекшие в одной позе мышцы.
— Утро? Уже утро? — Будто спрашивали они друг у друга.
— Утро, утро. — Отвечали сами себе.
Иван поставил чайник на горелку. Под утро на воде становилось зябко.
Горячий чай помогал справиться с дрожью в теле. Анхелика выбралась из каюты.
— Вот орут! — Возмутилась она.
— Перекличка. — Пошутил Иван. — А Машка здесь? А Хосе дома? А Петруха?
Как спалось?
— Нормально. Дом видела, родителей. — Анхелика вздохнула. — Эх, дура, я дура.
— Ладно тебе. Сто раз обсуждали эту тему. Все будет нормально, вернемся, заживем, как прежде. Садись ближе, погреемся друг о друга.
Анхелика села рядом. Иван набросил тканевую накидку на обеих и стянул свободные края в кулак. Воздух быстро потеплел под ней. Они сидели какое-то время молча, глядя, как нагревается кипяток. Пока они молчали, Ивану пришла мысль, что путешествие станет огромной школой жизни для его подруги. Ее строптивость, необузданность исчезала на глазах. Всего месяц с небольшим назад, Анхелика была другой. Она вела себя, как молодой олень, которого решили приучить к упряжке, демонстрировала свой дикий норов. Тяготы закалили ее, открыли глаза на то, что ей было не ведомо до сего времени. Родители старались угадывать желания дочки, отчего она думала, что все достается легко. Наверняка она думала, что то же самое ее ждет рядом с Иваном, который любит ее. К счастью для их отношений, Иван не пошел по стопам родителей, и результат был виден на лицо.
Анхелика словно услышала его мысли. Повернулась и поцеловала.
— А мы можем устроить баню сегодня? — Спросила она.
— Легко, только надо воду найти.
— Я так хочу помыться, сил нет.
Закипел вода в ковше. Иван бросил в нее пучок травы, собранной возле поселка. Сразу же разнесся аромат по округе. На запах проснулся и Прометей. К этому времени, тысячи птиц уже разлетелись по своим делам.
— Ооох, продрог. — Прометей прижал ладони к ковшу. — Аххх, хорошо! С
