Двое у ворот переглянулись неуверенно. Наконец один ответил:
— Прошу меня простить… но все ворота заперты. И будут заперты до самого рассвета. — А затем веки его дрогнули, расширились зрачки, а запах, крепкий мужской дух, чуть, едва уловимо изменился. — Прямым распоряжением главнокомандующего.
— Ты лжёшь! — отшатнулась Рокти, — Ты лжёшь! — она успела сделать ещё шаг назад, прежде чем гвардеец поймал её за руку.
— Сюда, — второй открыл уже дверцу узкой и тесной караулки.
— Прости, — здоровый бугай, он вовсе не замечал её отчаянных попыток вырваться на свободу, — посиди тут до утра. Последнее, что нам нужно, так это паника во дворце.
Взвизгнув, она попыталась укусить его.
— Сука! — вскрикнул он, но, вместо того чтобы отдёрнуть ладонь, двинул изо всех сил в зубы.
На пол караулки Рокти упала, отплёвываясь своей и чужой кровью.
Вадимир выловил меня в коридоре.
Я предпочёл бы, чтоб он нашёл меня там, где мне и положено было быть, — в казармах, но задержался невольно. Рядовой, которого я не знал, но который, очевидно, знал меня, вынырнул навстречу, заглянул в одну из заброшенных классных комнат и захлопнул дверь.
— Марк взял экипаж и выехал из дворца. — Было темно, хоть глаз коли. Я не видел, с кем говорю, но зато очень хорошо слышал. Он бежал бегом, запыхался и был взволнован. Более чем взволнован. — Я не мог остановить его, не мог ничего придумать, а теперь он в городе.
Солдат схватил меня за предплечье.
— Успокойся, — Я попытался убрать руку, когда почувствовал, что ладонь его залита кровью, — ты ранен?
— Пустяки, оцарапался, — отмахнулся он. Я угадал это по движению воздуха. — Что делать? Может, надо выслать отряд?
— И открыть ворота? — я покачал головой. Потом сообразил, что собеседник не видит меня. — Нет. Ни в коем случае.
— Это главнокомандующий! — Парень отшатнулся. — Это Марк!
— Да! — рявкнул я в ответ, делая шаг навстречу. — Да, это Марк! — Схватив за плечо, я встряхнул. — Уж наверное, он сможет сам о себе позаботиться. — В последнем я, впрочем, был не совсем уверен. — А его первая задача — безопасность короля. Пойди к Алану, он скажет тебе то же самое. — В этом-то я был уверен стопроцентно.
— Хорошо. Хорошо. — Судя по интонациям, солдат смутился, но не был ещё окончательно убеждён.
— У нас уже есть отряд в городе, — сказал я. — Можно ли как-то связаться с ними? Чтобы они нашли и защищали Марка?
— Да! Нет… Не знаю. — Я по крайней мере озадачил его, и это было уже неплохо. — Связаться? Как?.. Сигналы! Световые сигналы! — Он рванулся к двери, распахнул её. Ударил по глазам, заставив зажмуриться, свет факелов. — Тучи над городом, мы воспользуемся морской грамотой и передадим послание! — Последнее он крикнул уже через плечо.
— Замечательно, — сказал я, выходя в коридор и смаргивая набегающие слёзы, — все проблемы решены, все заняты делом, — и, развернувшись, налетел прямо на Вадимира.
— Что ты здесь делаешь? — Он схватил за предплечье. Я поморщился, двинул плечом, стряхивая руку.
— Иду спать, а что?
Наверное, я что-то сделал неправильно. Вадимир отступил вдруг, посмотрев на меня внимательно, как-то по-новому.
— Спать будешь потом, — наконец продолжил он. — Потом у тебя будет куча времени, чтобы выспаться. А сейчас идём. — Он развернулся, зашагал прочь по коридору. Я поплёлся за ним. — Марк почуял что-то. Все ворота заперты. Его прямым распоряжением. Король под усиленной охраной. Жаль, — он мельком оглянулся через плечо, — что в наших рядах завелась крыса. Я думал, дружинники войдут во дворец и мы обойдёмся малой кровью. А теперь, — он толкнул очередную дверь, — а теперь малой кровью не получится. Надеюсь, хоть цепи у входа в гавань поднимут и нам не придётся годами выковыривать дворянчиков из их поместий.
Это была оружейная. Калкулюс бродил вдоль стоек, пробуя ногтем лезвия клинков.
— Ты нашёл его? Хорошо.
Я обрадовался, увидев гнома. И всё равно чувствовал себя всё более и более неуютно.
— Всё должно быть сделано быстро и тихо. — Вадимир плотно закрыл за собой дверь, привалился, скрестив руки на груди. — Иначе гвардейцы убьют нас прежде, чем мы успеем хоть что-то сделать. И тогда, — он сокрушённо покачал головой, — тогда в стране воцарится хаос.
— Об этом можно не беспокоиться. Изот позаботился о том, чтоб из его покоев никогда не доносилось и звука… Значит, ты решился всё-таки? — Гном вынул из стойки топор. Прикрыв глаза, провёл ладонью по топорищу. Будто сметал пыль.
— Я слишком далеко зашёл.
— А его с собой зачем тащишь? — Он указал на меня обухом, отправил топор обратно в ложе и встал, по обыкновению широко расставив ноги, упёршись кулаками в бока, вздёрнув бороду. Он до умопомрачения напомнил вдруг Рола. Я встряхнул головой.
— Он должен быть сопричастен, — Вадимир усмехнулся криво. — Это ведь тоже своего рода… кровная связь.
Они поглядели друг на друга, и гном усмехнулся в ответ.
— Что вы задумали? — спросил я как мог более спокойно.
— Калкулюс проведёт нас к королю. Кстати, где он сейчас?
— В покоях Изота, пьют, как всегда, — ответил гном и вскинул очередной клинок, скользнул взглядом вдоль режущей кромки, вздохнул — отвратительная ковка.
— Замечательно. Одним махом мы убиваем двух зайцев, — Вадимир засмеялся, но его смех вышел несколько нервным. — Так вот, Калкулюс проведёт нас к королю. Я убью Изота, а ты Ллерия.
— Нет, — я произнёс это, как мог, твёрдо. — Я. Не стану. Никого. Убивать.
Смазанное пятно — это всё, что я успел увидеть, прежде чем врезаться спиною в стену. Вадимир припечатал меня кулаком, словно молотом. Из меня просто вышибло дух, а в глазах поплыли чёрные пятна. Я ударился затылком, тут же побежала, щекоча шею, смешиваясь с холодным потом, горячая кровь.
— Станешь. — Он глядел глаза в глаза. Я чувствовал его кислое дыхание, а ещё клинок. Его клинок резал мне горло. Сглотнув, я получил глубокую царапину под подбородком и замер, не шевелясь.
Минуту. Это длилось не меньше минуты, пока гном не сказал:
— Отпусти его. — Калкулюс сидел, примостившись на краешке стойки. Улыбался. Болтал ногами, как ребёнок. — Он хороший мальчик и сделает всё, как надо.
— Хороший мальчик? — Вадимир отправил клинок в ножны, а я сполз по стенке. — Я теперь глаз не спущу с этого хорошего мальчика. Идём! — Схватив за ворот, он поднял меня на ноги. — И не вздумай дурить.
Мы шли долго. Достаточно, чтоб я успел немного оправиться, но недостаточно, чтобы отойти от шока. Не в силах мыслить внятно, я ощущал нарастающий ужас. Ужас перспективы убить совершенно незнакомого мне человека. Которого я не видел даже, но место которого мне уже было обещано.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
