– Далеко до твоего трактира?
– Думаю, за полчаса дошагаем, – серьезно отозвался тот. – Вставай, Эв! Я помогу.
С горем пополам, опираясь на плечо воина, Эверетт поднялся на ноги и, изо всех сил сдерживая стон, оперся на свой посох. Было видно, что он полон решимости во что бы то ни стало дойти до трактира сам, но вот Крисса серьезно сомневалась, что у него это получится. Оставалось лишь надеяться на лучшее… Девушка настолько беспокоилась за друга, что совершенно забыла о собственной боли, трудным был лишь первый шаг. Путь казался бесконечно долгим, поэтому мерцающие между деревьев огоньки жилья путники восприняли как божественный дар. Этот дар был послан им более чем вовремя. Эверетт, казалось, находился в полузабытьи от потери крови, так что продлись их путешествие еще немного дольше, Мирту пришлось бы тащить менестреля на себе, а не просто помогать ему идти.
Кристина тяжело оперлась на барную стойку и коротко сказала обеспокоенному трактирщику:
– Нам необходим лекарь и как можно скорее. Пожалуйста.
К счастью, трактирщик на своем веку повидал всякое, кроме того, он ни на миг не забывал, что живет в Пределе Обреченных, а потому лишних вопросов задавать не стал и только серьезно кивнул:
– Сию минуту, госпожа.
Она проснулась от ласкового прикосновения к своей щеке. Открыв глаза, она почувствовала, как сердце стучит словно бешеное где-то в висках, а мысли мечутся в голове как обезумевшие птицы. На краю ее кровати в маленькой комнатке богами забытого трактира в Пределе Обреченных сидел не кто иной, как Айрин. Заметив, что Крисса проснулась, он прижал к губам ее руку и прошептал:
– Я так соскучился по тебе, родная.
Ей показалось, что прошла вечность, прежде чем она смогла выговорить:
– Но ведь я… ведь ты… О, Айрин, мне так плохо без тебя! – слезы сами собой побежали по щекам, девушке снова, как в далекие счастливые дни их знакомства, до потери пульса захотелось прижаться к его плечу и никогда не отпускать его от себя. Но увы! Он был мертв… Теперь уже поздно, и мы не можем ничего исправить. Я так жалею, что мы были столь беспечны!
– Ты не права, – мягко возразил он. – Мы все исправим. Осталось недолго. Потерпи! Вот увидишь, все образуется!
– Невозможно исправить то, над чем поработала смерть, – в отчаянии прошептала Кристина. – Я бы все отдала, лишь бы снова вернуться в то время, когда мы были счастливы, но увы!.. Я больше никогда не буду с тобой.
– Почему? – удивился король. – Я обещаю, мы скоро вновь встретимся!
– Как?! Ты ведь…
– Я что? Мертв? Нет, родная, совсем нет! – Айринкельн наклонился и прошептал ей на ухо: – Боги сохранили мне жизнь.
Крисса недоверчиво подняла взгляд и сразу почувствовала нестерпимое желание утонуть в глубине янтарных глаз Аардена. Сны с его участием, столь часто снившиеся ей в течение последних нескольких месяцев, еще никогда не были такими реальными. Ранее она всегда ощущала, что это всего лишь иллюзия, обман, видение, а теперь все снова было так, как в жизни. Задавать дурацкие вопросы и дальше не было смысла. Кристина порывисто прижалась к груди мужа и отчаянно прошептала:
– Я люблю тебя! Не оставляй меня, пожалуйста!..
– Прости, сейчас еще не время нам быть вместе, – скорбно заметил Айрин, заключая ее в объятия. – Но, клянусь Фениксом, скоро все будет иначе! Мы снова будем встречать рассветы у моря, снова будем гулять на закате рука об руку, снова в Эрквадиоре расправит свои крылья охранная магия… Скоро, но не теперь.
– Что же мне делать? – всхлипнула девушка. – Мне так трудно жить сегодняшним днем, трудно верить, что я менестрель, трудно забыть, что Дуэйн сейчас правит королевством… Что мне делать, Айрин?..
– Просто иди дальше на Юг. Там мы с тобою встретимся, если богам будет угодно. Мне пора, дорогая, – он ласково погладил ее по щеке и прошептал: – Я люблю тебя, Искорка.
Он легко коснулся губами ее лба, и…
– Госпожа Мирабель! Госпожа!
Девушка с трудом оторвала голову от подушки и села на постели. Все тело отозвалось на резкое движение противной, тянущей болью, Кристина с большим трудом возвращалась в реальность. Ее сон был настолько красочным, что ей стоило больших трудов вспомнить, как все обстоит на самом деле. Кроме того, очень громко и настойчиво стучали в дверь… Крисса с трудом поднялась и поплелась открывать. На пороге ее комнаты стоял встревоженный трактирщик в ночном колпаке и страшным голосом сообщил:
– Спутник-то ваш совсем плох, госпожа! Лекарь рану-то перевязал, но, видать, запоздал маленько, туда уже зараза поселилась. Лихорадит беднягу аж жуть, зуб на зуб у него не попадает… Господин Мирт говорит, что это из-за яда.
– О, боги, – выдохнула девушка. Остатки сна слетели с нее без следа, сердце сжал противный страх за друга (а точнее, за того, кто был для нее гораздо больше чем просто друг), и она решительно обратилась к трактирщику: – Отведите меня к нему!
…В комнате, куда хозяин поместил Мирта и Эверетта, царил полумрак. Небольшое помещение освещалось лишь одинокой свечой, стоявшей на стуле возле кровати. На трехногом табурете в ногах постели нахохлился Мирт, который поспешно поднялся навстречу Криссе и прошептал:
– То, чего я и опасался. Яд. Рана слишком большая, эта зараза быстро проникла в кровь, и теперь остается лишь ждать, чем закончится борьба.
– Какая еще борьба?! – девушка стояла, не в силах отвести взгляд от Эва. Лицо бедняги было белее подушки, на которой он лежал, его лоб покрывали бисеринки пота, бескровные губы потрескались… Казалось, сама смерть простерла над ним свои крылья и только и ждет, чтобы забрать душу менестреля себе.
– Будем надеяться, что победит Эв, он парень молодой, сильный… Может быть, он сможет перебороть эту отраву, хотя… Я в этом не уверен.
– Что значит ты не уверен?! – вскипела Кристина. – Мы что, не можем ничего сделать?!
– Боюсь, что так.
В эти секунды Крисса явственно вспомнила слова Роя Ханта о том, что в жизни часто приходится мириться с собственным бессилием, что в тех или иных ситуациях вовсе не сам человек повинен в том, что не смог ничего сделать. В этом никто не виноват, с этим стоит смириться, перешагнуть и идти дальше, но… Смиряться и опускать руки девушка вовсе не собиралась. Она осторожно устроилась на краешке постели Эверетта и ласково прошептала:
– Все будет хорошо. Я с тобой.
В ответ ресницы Эва едва заметно дрогнули… Хотя, быть может, ей это только показалось в неверном свете свечи.
Дуэйн Аарден сидел на поваленной колонне и задумчиво смотрел на печать Проклятого храма. Ему казалось, что со дня побега Кристины прошла вечность, хотя на деле миновало не более двух недель. Даже за чтением магических трактатов и бесконечными экспериментами время тянулось невыносимо медленно… Впервые за много лет чародей был в отчаянии; казалось, он испробовал уже все возможные способы, пытаясь обнаружить беглянку, но все было бесполезно… Каждый раз его магические изыскания оканчивались ничем, и король Эрквадиора готов был выть от досады. Даже когда он только начинал работу с Проклятым храмом, дело не казалось столь безнадежным. Тогда он воспринимал каждую свою ошибку как своеобразный шаг вперед, как способ исключить неверный вариант и продолжить поиски в нужном направлении. И вот теперь он, один из искуснейших чародеев мира, тот, кто прочитал, кажется, даже самые древние и запретные книги, не может отыскать девчонку!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
