меня.
— Больше нет, жрица, — в голосе Надии сейчас слышалась сила — или в голосе, который говорил через нее, подумала София. — Ты, — сказала она, указывая на жрицу. — Ты неправильно использовала силу, которой я наделила тебя в предыдущий раз. Настоящим я отменяю эту власть и лишаю тебя должности верховной жрицы. С этого дня ты будешь низшей из низших — самый ничтожный послушник, пришедший познать пути храма, будет выше тебя.
— Нет, — прошептала жрица, и София увидела, что из ее глаз исчезает насыщенный изумрудный оттенок. После этого остались два самых обычных светло-карих глаза, в которых совсем не было зеленого цвета. Ее волосы тоже изменились: из насыщенного зеленого они приобрели тусклый светлый оттенок. На лице появились морщины, и она вдруг стала выглядеть старой. — Пожалуйста, — прошептала она. — Пожалуйста, мать всего живого. Ты… ты милостивая богиня… всепрощающая богиня…
— Есть поступки, которые я не могу простить, — заявила богиня через Надию. — Ты лгала от моего имени, ты богохульствовала, произнося эту ложь здесь, на священной горе, в том самом храме, который поклялась охранять со смирением и любовью. Ты использовала силу, которую я даровала тебе, во вред, а не во благо — ты довела эту малышку, через которую говорю я, почти до смерти.
— Это был единственный выход, — запротестовала жрица. — Пожалуйста, богиня, я должна была привести в Первый Мир избранного тобой слугу, нового советника.
Лицо Надии неодобрительно нахмурилось.
— Ты сделала это только потому, что рассчитывала контролировать его и тем самым усилить свою власть над планетой. Не лги мне — я вижу твою душу!
— Пожалуйста, богиня… — жалобно простонала жрица, но Надия взмахнула рукой.
— И последнее, но не менее важное: ты наложила проклятие на того, кого я послала к тебе за советом. Велика была его ноша, и изнурял его груз вины. И вместо того, чтобы дать ему исцеление и прощение, как он просил, ты прокляла его будущим, полным боли и страданий.
— Он же был гибридом, — запротестовала жрица. — Его кровь не достаточна чиста, чтобы получить твое благословение, моя богиня.
— Меня интересует его смиренное сердце, а не его родословная, — ответила Надия. — Теперь иди. Отправляйся в казармы под горой и приступай к своим новым обязанностям. Я больше не позволю тебе присутствовать в моем храме.
Жрица — или бывшая жрица, предположила София — хотела что-то возразить, но получился лишь сдавленный хрип. Ее карие глаза наполнились ужасом, и она бросилась бежать вниз по ступеням храма так быстро, что удивительно, как она не упала и не сломала себе шею.
Раздался тихий стон, и Надия рухнула на колени Раста. Она лежала в обмороке, обхватив голову руками.
— Надия? — воскликнул Раст. — Ты в порядке, милая?
— Я… я в порядке, — она покачала головой и взглянула вверх. — У меня только что был еще один ал'лей? Что произошло?
Ответила Лисса:
— Богиня говорила через вас. — Она с благоговением смотрела на Надию, а затем обратила свое внимание на Раста. — Мой советник, позвольте мне первой выразить почтение вам двоим, законным Чалле и Лизел из Первого Мира. — Жрица низко склонилась перед троном.
Все остальные жрицы тоже поклонились, и София, решив, что это правильно, скопировала их жест. Уголком глаза она увидела, что Сильван тоже поклонился, и улыбнулась.
«Спорим, ты никогда не думал, что будешь кланяться своей младшей кузине. Маленькой девочке, которой пел на ночь, когда ей снился кошмар», — обратилась она к Сильвану по их связи.
«Нет, не думал, — ответил он. — Но я рад выразить Надии уважение, которого она заслуживает. Она и Раст прошли через огонь, чтобы попасть сюда — они заслуживают нашего почтения и уважения».
София решила, что он прав, но кланяться им пришлось недолго.
— Встаньте, — произнес Раст, улыбаясь им всем. — Сильван и София, вам не нужно кланяться. И жрица Лисса, ты тоже встань. Я назначаю тебя новой верховной жрицей.
— Меня, советник? — Лисса поднялась, одновременно удивленная и смущенная.
— Да, тебя, — твердо заявил Раст. — Не смотри так удивленно — я считаю, что ты хорошо справишься с этой задачей.
— Я… Благодарю вас.
Софии показалось, что молодая жрица встревожена, но та лишь почтительно кивнула. Однако Раст все еще не закончил.
— В качестве первого задания в твоей новой должности, — сказал он, обращаясь к ней. — Ты должна провести церемонию бракосочетания между мной и Надией.
В зеленых глазах Лиссы промелькнуло удивление.
— Правда? Вы хотите, чтобы я провела церемонию немедленно?
Он только пожал плечами.
— Почему бы и нет? Нет времени более подходящего, чем настоящее.
— Но… но, советник, бракосочетание между Чаллой и его Лизел должно быть пышным и торжественным. Одни только свечи и цветы…
— Нам ничего этого не нужно, — перебила ее Надия, улыбаясь. — Мы просто хотим быть единым целым в глазах богини.
Лисса сдержанно сглотнула и кивнула.
— Очень хорошо, — пробормотала она. — Если таково ваше желание, советник, я с радостью исполню его.
— Чудесно. — Раст взял Надию за руку, и они вдвоем спустились с помоста. — Ну что ж, начнем, — сказал он. — А потом кто-нибудь покажет мне, где живет советник. — Он подмигнул Надии, которая покраснела и застенчиво улыбнулась в ответ. — Не могу дождаться начала медового месяца.
Глава 37
— Ох, я так рада, что ты дома, Софи! — Кэт со стоном рухнула на диван между Лорен и Оливией. — Эти две беременные дамочки измотали меня до предела.
— О, полегче, — Лорен добродушно пихнула ее локтем. — Мы не такие уж плохие.
— Ну, ты не такая, я готова это признать, — уступила Кэт. — Но Лив просто ужасна. Она постоянно твердит: «Принеси мне это, принеси мне то, мне нужен кетчуп для моего сэндвича с маринованными морепродуктами…»
— Сэндвич с морепродуктами? — Софи скривила лицо. — Звучит ужасно.
— Это очень полезно для ребенка, — обиженно возразила Лив. — И кроме того, он действительно потрясающе сочетается с кетчупом.
— Фу, — Лорен покачала головой. — Не надо, ладно? От одного запаха этой гадости…
— Ну, он лучше, чем сырое мясо, — заметила Оливия, ухмыляясь. — А это все, чего ты, похоже, желаешь, кузина.
— Сырое мясо? — с сомнением проговорила София. — Это полезно для ребенка?
— Да, если ребенок наполовину Скрадж, — согласилась Лорен, поглаживая свой еще плоский живот. — Она плотоядная маленькая девочка. Забавно, раньше я всегда ела только хорошо прожаренное мясо, а теперь тартар из стейка — мое любимое блюдо.
Лив со вздохом отметила:
— Я немного завидую тебе, что у тебя будет девочка. Я уже люблю своего малыша, но не могу отделаться от надежды, что когда-нибудь у меня родится девочка, которую можно будет наряжать в маленькие милые нарядные платьица…
