и убегать друг от друга.
– Папа, смотри! – кричит Илая и подходит к самому краю.
– Илая! – Глаза отца наполняются тревогой и он замирает. – Отойди от края!
– Не волнуйся папочка! – кричит она и начинает прыгать с камня на камень.
– Илая! Не прыгай! – в страхе кричит Ваху, но девочка и не думает слушаться, поддаваясь азарту.
Сердце Илаи замирает от беспокойства, пока она смотрит на эту сцену. Более всего ее поражает реакция Ваху. Он напуган и пытается добраться до несносной дочери. Лита застыла, кажется, что она растеряна, не зная смеяться ли от ловкости сестры или тревожиться, как отец.
– Илая!– повторяет Ваху. – Не прыгай!
Девочка продолжает прыгать, потакая упрямству и самоуверенности. Ее ножка соскальзывает с камня, и она оступается. Илая видит ужас на лице отца и переводит взгляд на свое собственное детское личико. Маленькая Илая тоже в панике. Не сумев удержаться на ногах, девочка срывается вниз и падает в бурлящий поток Приоторны.
– Нет! – кричит Ваху и кидается вслед за ней, успев бросить младшей дочери лишь пару слов. – Жди здесь!
Когда тело отца скрывается за камнями, картинка меняется. Илая видит, как он борется с потоком, и все время выкрикивает имя дочери. Даже сейчас, находясь в его сне, Илая слышит леденящий душу ужас в его голосе. Он боится, боится ее потерять?! Девушка с замиранием сердца смотрит на то, каких усилий стоит Ваху догнать тело девочки и выбраться вместе с ним на берег.
– Илая! – зовет он, но девочка, кажется, не дышит. – Илая, девочка моя. Очнись, милая.
Отец кладет ее себе на колени и умоляет очнуться. Он пытается заставить ее тело освободиться от воды, которая попала в горло девочки. Илая никогда прежде не видела Ваху таким напуганным, таким страдающим. Он любил эту маленькую девочку. Любил искренне и самозабвенно. Горячие слезы текут по щекам девушки, и она опускается на колени, чтобы взглянуть в лицо отца, чтобы запомнить его таким. Ей хочется сказать ему, что все будет хорошо, что она жива, но он ее не услышит.
Илаю выбросило из сна Ваху, и она оторопело застыла, ощущая, как дрожат ее губы.
– Что ты видела? – спросила Сия.
– Он любил меня! – все еще не придя в себя, пробормотала девушка. – Он меня любил!
– Это лишь сон, милая, – сказал женщина, но Илая не хотела слушать.
– Это не сон! Это его воспоминания! Я уверена. – Илая не в силах понять, что происходит, снова посмотрела на лицо отца.
– Ты помнишь то, что видела? – спросила Сия.
– Нет, но я знаю, что это не просто сон, – чуть менее уверенно ответила девушка. – Когда-то он любил меня настолько, что прыгнул с Мирного утеса вслед за мной.
– И это его самый главный кошмар? – изумилась женщина и в ее лице девушка увидела нечто такое, что заставило ее еще больше увериться в своем предположении.
– Ты ведь знаешь, что это не сон. – Сердце Илаи забилось быстрее, когда она посмотрела в глаза женщины.
– Нет, ну что ты…, откуда мне знать. – Лицо Сии показалось девушке растерянным, словно она совсем не ожидала, что Ваху увидит в своих снах именно это.
– В кошмаре он раз за разом теряет меня! – выпалила девушка.
– Я понимаю, что тебе отчаянно хочется, чтобы так и было, – вкрадчиво заговорила женщина. Ее голос звучал успокаивающе и правдиво. Впервые Илая нарушила свое собственно правило и начала «слушать». – Ты с детства была ужасно одинокой, и по сей день остаешься таковой. Я понимаю, что тебе не хватало отцовской любви, но как ты сама знаешь, он тебе не отец и любить тебя просто не умел.
Голос женщины звучал все убедительнее.
– Ваху довольно сильный маг. Все это может быть уловкой. – В словах подруги была правда, но зерно сомнения все же проросло в душе девушки. – Не обманывайся понапрасну. Долгие годы жизни рядом с ним должны были убедить тебя, что в нем нет ни капли любви.
Илая сама не понимала, почему уцепилась за этот сон и так отчаянно не хотела выпускать его из сердца.
– Ваху не так уж силен, – все еще пытаясь настоять на своем, сказала она.
– Мы понятия не имеем, какое влияние оказала на него темная магия. Возможно, даже прибывая во сне, он может слышать нас и использовать свои силы для того, чтобы сбить тебя с толку.
– Наверное, ты права, – тихо сказала девушка. Она так устала вымаливать любовь у близких людей, что решила просто сдаться и посмотреть правде в глаза. Ваху и, правда, никогда ее не любил.
Память услужливо подбросила ей несколько злобных фраз, брошенных отцом, и сердце снова болезненно сжалось. Все это лишь самообман. Девушка подняла глаза на подругу и, поддавшись порыву, кинулась в ее объятия. Ласковые руки гладили ее по спине, пока Илая возвращала себе здравомыслие.
–Ты должна набраться мужества и спасти Талиман. Времени у нас не так много. – Шептала женщина. – Есть слабая надежда, что вместе с магом уйдет и его колдовство. Чем дольше мы тянем, тем страшнее это отразиться на наших землях.
– Я никогда никого не убивала, – пробормотала девушка.
– Передай мне свою силу, и я попробую сделать это за тебя, – предложила Сия и девушка тут же радостно отпрянула.
– А это возможно?
– Конечно. С помощью твоей магии, я смогу уничтожить Ваху и зло, причиненное им.
Илая так обрадовалась, что Сия пожелала возложить это бремя на свои плечи, что готова была немедленно поделиться с ней своей магией.
– Но как это сделать? – спросила она.
– Ты должна добровольно передать мне свою силу, но только всю без остатка, – сказала женщина. – Как только я закончу, тут же верну ее тебе, поскольку мое слабое тело не способно будет долго вмешать в себя такую мощь.
Только эти слова, вдруг, заставили Илаю внимательнее посмотреть на Сию. Ее серое лицо покрылось новыми морщинами, с тех пор, как они виделись в последний раз. Глаза, тусклые и усталые, казались почти мертвыми. Вообще весь ее вид говорил ор полном измождении.
– Моя магия не убьет тебя? – испугалась Илая.
– Не должна, но если это единственный выход, то я готова!
– А мне кажется, не единственный. – Голос Рава напомнил женщинам о том, что они не одни. Илая перевела взгляд на тавра и заметила, как нахмурены его брови. Он выглядел суровым и до крайности недовольным.
– Что ты предлагаешь? – спросила с надеждой Илая.
– Дождаться Элиопу, – сказал он, поднимаясь со ступенек, на которых сидел. – Она заклинатель
