заведений. Под выпученные глаза ректоров, героя-орденоносца рукопожатого самим Императором и облобызанного Императрицей поприветствовали со всем пылом и жаром и тут прозвучал вопрос, к которому уже Владимир незаметно подводил Павла Сергеевича.
— Владимир, скажите, а как и кем вы видите себя в губернии и Н-ске?
— Никем и никак не вижу, — абсолютно спокойно ответил Огнёв. Удивление, воцарившиеся в свите губернатора можно было резать ножом.
— Интересно вы пошутили, — попытался обернуть ситуацию в шутку Павел Сергеевич. Барон Корф лишь вздёрнул брови, требуя пояснений.
— Понимаете, я никак не вижу себя в губернии, так как в следующем году планирую поступать, не стану говорить куда, чтобы не сглазить, но точно не в Н-ске.
— А чем вас не устраивают наши, скажем так, кузницы кадров? — оглянувшись на ректоров, проявил интерес барон.
— Что вы, Ваше благородие, меня они устраивают. Фокус в том, что я их не устраиваю. В моей альма-матер создали комиссию по подтверждению квалификации. Вроде как имеют право, только я не слыхал и в постановлениях не читал, что обладатели высших государственных наград подпадают под квалификационные комиссии. Поправьте меня, если я не прав. Но, видимо, Андрею Петровичу закон не писан. На льготы, которые распространяются на отслуживших в армии и положены обладателям государственных наград, ректорат и администрация плевали с высокой колокольни. Что ж, я решил не переть буром, избавив университет от своего присутствия. Пусть живут и повышают престиж и репутацию университета как хотят, я же отказываюсь учиться под его крышей. Свои права я знаю, только мне надоело каждый раз доказывать их через суд. А на попытке поступить в медицинский я также потерпел фиаско. Зарезался на химии. Знаете, мне заявили, что с таким низким уровнем знаний дорога в медицину для меня заказана. Пользуясь случаем, хочу спросить у ректора медуниверситета, Борис Никифорович, вы, несомненно, гений в химии и биохимии, заслуженный врач со стажем, профессор медицинских наук, скажите, сколько пациентов с детским церебральным параличом вы смогли вылечить с помощью знания химии и латинского языка?
Ответом Владимиру послужила тишина, нарушаемая шлёпаньем губ и посвистом, пытающегося втянуть воздух ректора медуниверситета.
— Ни одного, если я правильно понимаю. Дуболом, который сейчас находится перед вами, исцелил около трёх десятков ребятишек — это официально зарегистрированный и подтверждённый факт, не требующий доказательств, но химия, как известно, превыше всего. Что ж, исцеляйте пациентов химией, а я умываю руки, тем более мне поступило несколько приглашений из других губерний, поэтому я рассматриваю вариант с переездом из Н-ска. Да, благодаря Андрею Петровичу и Борису Никифоровичу я в этом году пролетел с поступлением, с другой стороны, я благодарен им за появившееся время на подготовку и подтягивание уровня знаний. Я ответил на ваш вопрос, Ваше благородие?
— Исчерпывающе, — ответил губернатор, прожигая яростным взглядом скукожившихся ректоров.
— Честь имею, господа, — обозначив намёк на полупоклон, Владимир поспешил покинуть компанию губернских чиновников дворянского сословия и Дворянское собрание в целом. Мавр может удалиться…
— Жду вас завтра в девять утра, — холодно бросил губернатор ректорам, взглядом показывая, что остаток вечера он обойдётся без их сопровождения.
— Допрыгался, Андрюша, — направляясь в сторону парковки, сказал ректор медуниверситета коллеге. — Завтра о нас ноги вытрут и стружку снимут. Что делать будем?
* * *
— Вов?
— Чего тебе? — бросил через плечо Владимир, аккуратно подвешивая пучок трав, стянутый пеньковой петелькой, на гвоздь, вбитый в несущую балку сарая на заднем дворе доходного дома.
Раньше сарай служил дровяником, но после подсоединения дома к централизованному отоплению необходимость в нём отпала. Так и сгнила бы сараюшка, рассыпавшись в труху, не привлеки она внимание массажиста и травника в одном лице. За символическую денюжку хозяйка с удовольствием сдала хозпостройку Владимиру в аренду. С помощью Матвея Панкратовича сарай за один день был приведён в порядок и приспособлен под сушку трав.
Аптека отца и сына Острецовых, которым Владимир за процент отчислений передал несколько рецептов, давала на хлеб с маслом, обзаведясь несколькими филиалами, которые с годами имели все шансы превратиться в настоящую сеть, но были рецепты зелий, передавать которые Огнёв не планировал ни за какие коврижки, поэтому ему самому пришлось озаботиться правильным сбором и подготовкой трав. Некоторые недалёкие индивидуумы могут считать, что сено, как его не обзывай, сено и есть, в простоте своей, не думая о нюансах: бывает, что травы, собранные ночью, дают иной эффект, чем дневной сбор, который также очень сильно зависит от способа хранения и сушки. Кладбищенская крапива не зря обладает чудодейственной силой. Выросшая на погосте, она обладает свойствами отгонять сглазы и проклятья. Сказка о братьях-лебедях, конечно, ложь, но в ней намёк. Крапивные рубашки сняли проклятье злой колдуньи…
— Знаешь, — загадочно блеснув глазами и поведя ножкой, Вика, платочком стряхнув пыль и труху с сиденья, приземлилась на один из грубых самодельных табуретов, стоявших у рабочего верстака брата.
— Не знаю, — буркнул Владимир, цепляя второй пучок на следующий гвоздь, — но, надеюсь, ты просветишь. Давай, колись, мелкая, я же вижу, как тебя распирает. Осчастливь мир уже, не тяни резину.
— Вов, ты помнишь Настю? — поставив локти на верстак и возложив подбородок на сложенные «домиком» кисти рук, лукаво поинтересовалась Вика.
— Какую Настю, о ком ты? — поморщился Владимир, в уме перебирая разных «Насть» и не находя ни одной, на какой из них можно остановиться. Ни одна из предполагаемых обладательниц звонкого имени не подходила под категорию ехидного вопроса сестры.
— Светленькую такую блондиночку с васильковыми глазами испуганной лани.
— Ах, — выдохнул Владимир, — ты про эту Настю — жертву оборзевших московских мажоров. Помнится мне она Анастасией представлялась. И с каких пор домашняя девочка, впервые выпущенная за ворота родового особняка, стала Настей?
— Ну, — стрельнула взглядом из-под чёлки Вика, — она вышла на меня по сети. Я же в олимпиаде участвовала, а список участников с портфолио был в общем доступе, вот она меня и отыскала.
— О, как! Ромашку подай, ага, спасибо! И давно вы на короткой ноге, так сказать? Хотя меня другое интересует…
—
