постебаться над хомяком-полковником. Сюр же! Силы небесные, кого в столице только не встретишь.
Старший брат гоф-фрейлины Её Величества не понравился Владимиру с первого взгляда. Слишком высокомерный и нетерпеливый. Он ни в грош не ставил слова жены и не верил в успех поездки. По его глазам читалось, что его силком притащили к стопятисотому по счёту шарлатану на очередное надувательство с целью выманить деньги. Зачем только князь приехал в Н-ск, спрашивается? Уж точно не для того, чтобы поддержать супругу, которой сейчас Вика устраивала мини-экскурсию вокруг дома, пока мужчины обсуждают насущные вопросы.
— Мальчик, скажу откровенно, я тебе не верю, — надул губы Павел Николаевич. — Не надо мне приводить никакие дутые доказательства. Предупреждаю по-хорошему, хватит забивать голову моей жене всякими глупостями, пока я не начал принимать меры.
— Я не собираюсь тебе ничего доказывать, дяденька, — отзеркалил Владимир. Усов побагровел. — От крыльца флигеля до машины тридцать шагов. Забирай жену с племянницей и вали на все четыре стороны, пока я не начал принимать меры. Да, можешь дождаться Барятинских, расспроси их, чего это их принесло в Н-ск. Узнаешь много интересного, дяденька. А что тебя так коробит моё обращение? Ты сам задал тон беседы, наплевав на элементарные нормы приличия при обращении к хозяину, так что прошу не обижаться, за то, что и я к тебе без всякого почтения. Разговор закончен, я вас больше не задерживаю, господин полковник. Попрошу очистить помещение от своего присутствия или мне вас вышвырнуть как нашкодившего щенка?
Гордо задрав подбородок, полковник Усов направился на выход, но столкнулся в дверях с очередной гостьей.
— Ваша Светлость! Наталья Андреевна! — гнев в глазах Павла сменился на подобострастие. — Безмерно рад встрече! Безмерно!
Изобразив светский поклон, полковник поцеловал воздух над узкой кистью, затянутой в тончайшую кожаную перчатку.
— Здравствуйте, Владимир! — демонстративно проигнорировав, полковника, княжна Вяземская поздоровалась с Огнёвым.
— Здравствуйте, Наталья Андреевна, — внезапно Владимир почувствовал безмерную усталость и какое-то опустошение в душе. Уперевшись затылком в подголовник, он устало прикрыл глаза. — Давно не виделись, Ваша Светлость. Чем могу служить?
Пересилив себя, Владимир встал с кресла и поприветствовал бывшую наставницу, жестом указав на гостевое кресло.
— Чай, кофе или доверитесь моему вкусу в напитках?
— Доверюсь вашему вкусу, Владимир. Удивите меня. Как я подозреваю, вы не пришли с полковником к консенсусу?
— Да, господин Усов уже уходит, — кивнул Владимир, насыпая в заварник фирменный сбор, от которого одуряюще тянуло пряным запахом трав и яркими красками ягод.
— И даже своими ногами, — принюхиваясь к запаху, съязвила княжна. — Я боялась не успеть и явиться к шапочному разбору с жертвами, орущими после того, как им переломали ноги и руки. Да, Владимир, вы правильно догадались, я очень прошу вас за Екатерину Александровну.
— Ничего не получится. Вы сколько угодно можете просить за Екатерину Александровну, но в рождении ребёнка принимают участие двое. Полковнику ребёнок не нужен.
— Завести…
— Наталья Андреевна, наставница, не опускайтесь до вульгарных пошлостей. «Завести» можно собачку, котёнка, рыбок, наконец, а ребёнка только родить. Хреново, что у нас детей заводят, как ненужных собачек, а не рожают. Вон, глядите, стоит у порога один заводчик, глазками лупает — хлоп, хлоп, хлоп. Невдомёк ему, что это не Машка родила Дашку, а Исаак родил Иакова, Иаков родил Моисея, а рождают они с жёнами, для того и дана жена мужу. Господин Усов не собирается участвовать в ритуалах по причине полного неверия. Насильно я заставить никого не могу, здесь требуется именно желание. Муж и жена должны искренне желать ребёнка. В отношении желания Екатерины Александровны у меня нет сомнений, как и в отношении нежелания её мужа. На этом всё, вопрос исчерпан.
— Павел Владимирович, вы ещё здесь? — демонстративно удивилась Вяземская. — Вас же попросили на выход, только не уезжайте, я очень хочу с вами поговорить (Усова будто ветром сдуло).
— Солдафон и мужлан, причём в отрицательном смысле. Хорошо, я поняла вас, Владимир, — принимая из рук Огнёва чашку и пробуя на вкус напиток, ответила княжна. — Предлагаю вернуться к нему чуть позже, а пока хочу затронуть неприятную для вас тему.
— Княгини Барятинские с наследничком, — криво усмехнулся Владимир. — Они мне крупно задолжали.
— Я в курсе, — отдав дань напитку, Наталья Андреевна отсалютовала чашкой. — Я хочу выкупить их долги.
— Как интересно… Согласно Правде заплативший за другого виру может похолопить должника, а там и до обельных холопов недалеко. Берёте на крюк семью, владеющую одним из самых крупных строительных холдингов в стране?
— Именно так.
— Забирайте.
— Договорились, — удовлетворённо кивнула княжна. — Княгиням приезжать?
— Зачем? Я сниму наговор без них.
— Так я и думала. С вашего разрешения я сообщу им, что основные вопросы нами улажены, нечего им тут делать. А с Пашей я поговорю. Поверьте, Володя, он проявит самое искренне желание.
— Ни секунды не сомневаюсь, мир Пашиному праху.
Глава 11
Время собирать камни
Не бечено!
Глава одиннадцатая
Время собирать камни
— Стой! Не ходи туда!
Наталья Андреевна, настойчиво придержанная за руку, недоумённо уставилась на старую подругу.
— Катя? — удивление наполовину с замешательством таки вырвалось наружу.
— Не мешай им, Наташа, — сглотнув, но проявив твёрдость, Екатерина Усова оттеснила княжну Вяземскую за угол дома.
— Кому не мешать, Катюш, тебе голову не напекло? — Вяземская высвободила руку из крепкой хватки молодой женщины.
— Не напекло, успокойся, — прошипела Екатерина, между тем подводя княжну к одной из ажурных деревянных беседок, по самые крыши увитых хмелем. Экспонаты деревянного зодчества за узкой полосой зелёного ограждения автомобильной парковки рядом с цветником и миниатюрным фонтанчиком в мае установили Матвей Панкратович и Владимир.
Обернувшись на шелест мелкой гальки, которой была присыпана одна из дорожек, ведущих
