– Мальчик? Замечательно! Меня в Ригу отзывают, но ты не волнуйся, я что-нибудь придумаю.
– Отзывают? Что ж, жаль.
– Тебе правда жаль?
– Да, если будет мальчик, ему бы не помешал отец – так Ольга думает.
– А ты как думаешь?
– Я? Не знаю. Ношу ребёнка, ем, гуляю, обслуживаю покупателей и радуюсь.
– И никаких желаний?
– Есть одно.
– И какое же? – с надеждой спросил Янис.
– Хочу раннюю весну, чтобы медленно, но неумолимо распускались почки и пусть обойдётся без традиционных заморозков, когда деревья в цвету. Меня печалит вид первоцвета под слоем снега. Я всегда ищу ответ: почему природа допускает смешение красот, тем самым их уничтожая?
«Здесь я не помощник», – подумал про себя Янис, а вслух сказал:
– Я тебе на почту отправил свои данные и рижские контакты. Если нужна будет помощь, сообщай, если ребёнку нужен официальный отец, я согласен. Можем оформить сразу после родов. Но сейчас я улетаю.
– Янис, спасибо тебе огромное, – Галина, всхлипывая, обняла его.
– Ну чего ты, тебе нельзя плакать! – растерялся Янис.
– Почему нельзя? Я теперь не человек, что ли? Я просто беременная, это нормально для женщины, – гордо сказала счастливая Галина.
Они попрощались.
К весне Галина наняла временную управляющую и оставила её руководить магазином под пристальным надзором Ольги, а сама стала готовиться к родам. В салоне она появилась лишь спустя полгода.
– Кто это к нам пожаловал? – Ольга с нетерпением заглянула в переноску, которую держала в руках Галина, и только потом поприветствовала подругу. – Галь, привет. Дай подержать.
– Бери, конечно, – Галина в нерешительности остановилась, оглядывая магазин. – Я дома не выдержала: думаю, какая ему разница, где плакать, а я здесь себя лучше чувствую. Ну как, справляешься без меня? Не тяжело?
– Непривычно целый день в одном помещении, в остальном ничего сложного.
– Слушай, ну ты иди тогда. Вечером подходи – поможешь быстрее закрыться, потом вместе до меня дойдём, уложу ребёнка, а после посидим, чайку попьём, поболтаем наконец-то.
– Хорошо, но если что, ты звони. Я дома буду – мужу надо что-нибудь приготовить.
– Позвоню. Постой, не пойму: что у нас на стенах?
Галина смотрела на два больших прямоугольных гобелена, расположенных по обе стороны входной двери в пространствах между окон. На правом гобелене, с распущенными и разлетевшимися на ветру тёмными волосами, девочка Ассоль карими глазами вглядывалась в синюю даль, чуть подав вперёд загорелое тело в лёгком платье до колен. Её даль – картина рядом, где слева от зрителей, но по направлению к Ассоль на быстроходной яхте спешил принц Артур Грей в ослепительном зареве алых парусов, подсвеченных лучами восходящего солнца. Каждая картина по отдельности была красива удачной попыткой передать стремление к единственной, почти сказочной мечте. Гобелены словно отражали несгибаемую надежду, растворяя друг в друге радость неминуемой встречи, до которой оставался земной миг. Вместе же картины создавали композицию долгожданного счастья, которое непременно возникает при несокрушимой воле и сильной вере в чудесную подоплёку мира. Стиль гобеленов удачно вписывался в обновлённый интерьер модного книжного магазина-салона «Букинист Vs Библиофил».
– Нравится?
– Очень. Но откуда они здесь?
– Стилизованные гобелены – подарок Яниса. Он сказал, что они должны напомнить тебе ту самую книгу, – сказала Ольга и на немой вопрос Галины добавила: – Я не имею к этому отношения.
– Напомнить у него получилось, теперь не забудешь, – улыбнулась хозяйка, бросив взгляд на ребёнка в руках подруги, – но какая всё-таки прелесть! Так точно попасть в стиль, так заказать, чтобы выполнили со вкусом и смыслом! Смотрится идеально!
Ольга ушла, а Галина ещё несколько минут разглядывала прекрасный подарок. Почему Ассоль с распущенными волосами? Галина точно помнила, что в классической версии героиня заплетала косы. Скрытый намёк или вольность художника? Галина понимала: ответ ей придётся найти самой. У подруги лучше не спрашивать – она наверняка за такие вопросы в надежде помочь оплатит несколько сеансов психотерапевта.
Когда Галина говорила Ольге, что в салоне ей лучше, то не обманывала. В магазине сосредоточилось самое главное в её жизни: бизнес, любимое увлечение, интимная жизнь. Даже в мечтах она не забывала про свой магазин.
Просмотрев последние бухгалтерские документы, файлы продаж и планы закупок, Галина, в отсутствие покупателей, с ребёнком на руках вышла на улицу. Над ней неоновым светом через молочно-матовое стекло мерцала новая вывеска, а по обе стороны от двери сияли два больших старинных прямоугольных фонаря. Галина стояла у освещённого входа в собственный салон и смотрела вокруг. По Чистопрудному бульвару прогуливались редкие прохожие, отворачивая лица от сильного холодного ноябрьского ветра. Ей захотелось настоящего снега и лёгкого морозца, чтобы на Чистых прудах устроили каток, и Галина вдоволь бы покаталась на коньках, как в детстве. Она даже повернула налево голову, чтоб пристальней всмотреться в непогоду, но ничего не увидела. Отвела взгляд и вспомнила, что с ближайшего перекрестка из Главпочтамта к ней должен выйти курьер со стопкой книг для личной библиотеки – две трилогии Генри Миллера, «Женщины» Чарльза Буковски и аутентичное издание Луи-Фердинанда Селина, запрещённое во Франции. Фолианты могли доставить с минуты на минуту, а она ещё не решила, вскрывать ли посылки. Казалось, стоит прийти сюда – и ответ появится сам собой, но она ничего не почувствовала. Необходимость перемен не доказывала точность выбора.
Галина припомнила, как примерно год назад приняла решение расстаться с Янисом. Правильно ли она поступила? «Я честно старалась, – рассуждала она, – но моя сексуальность, наверное, составляет ничтожный процент от общего числа. Скорее невероятно мизерный процент даже среди секс-меньшинств. Мне бы пришлось выходить на площадь с плакатом и защищать свои права перед геями, чтобы они не видели во мне „не такую“, а признали человеком особой ориентации». Но вдоволь порассуждать не удалось: Галина забеспокоилась о сыне. Она не привыкла к постоянной заботе о нём, но инстинктивно, по-матерински быстро училась. Теперь Галина была не одна и как могла оберегала своё будущее.
Возвращаясь, закрыла входную дверь. Укачала младенца и не спеша обошла владения. Остановилась напротив новинок и невольно вспомнила последнюю самую популярную шутку о своём салоне. Дело началось около года назад, когда, узнав о своём положении, Галина, не раздумывая, ввела в каталог новый раздел «Всё о беременности и родах». Забавной случайностью первоначальная закупка расположилась между томиками «Кто виноват?» Герцена и «Что делать?» Чернышевского. О весёлом соседстве ей сообщали покупатели чуть ли не каждый день. Скоро кем-то сделанная фотография разнеслась по Интернету, добавив и без того растущую популярность модному книжному магазину. Она решила продолжить весёлое начинание и дополнить раздел подростковой литературой, работами по детской психологии и воспитанию.
Ещё раз, вспоминая бесконечные шутки на эту тему, Галина направилась с ребёнком к себе в кабинет, но у двери остановилась. Она давно не видела своей любимой и родной коллекции книг. Но поняла, что не хочет входить в усталом и измотанном виде. Это должна быть особенная встреча. Она не хотела потерять то важное, что у неё было с книгами, и потому медлила и нервничала. Вот так буднично заглянуть к страсти своей жизни, чтобы вскоре уснуть от усталости, – не так она себе это представляла. Галина немного помедлила, прислушалась к тишине за дверью, развернулась и пошла в зал. Потом осмотрелась, вспомнила про уютную кушетку для предварительного знакомства с книгами в углу за стеллажами и отнесла туда младенца. Убедилась, что он спит, прошла к окнам, не без удовольствия ещё раз посмотрела на новые гобелены, задёрнула шторы и легла спать на мягких диванах в центре торгового зала.
9
С рассветом в дверь отчаянно стучали. Галина не спала, она только что покормила сына грудью и прислушивалась к ощущениям: поспать оставшиеся несколько часов или начать рабочий день? Шум у входа в магазин решил за неё. Она прошла между розовых отблесков окон, открыла дверь и увидела смутно знакомое лицо. Приглядевшись, узнала в нём предполагаемого вора. Тут же отпрянула, пытаясь закрыться, но посетитель резво проскочил внутрь магазина.
– Не волнуйтесь! Я книгу вернуть. Мне участковый приказал, иначе посадят.
Галина осторожно взяла протянутую книгу и вопросительно посмотрела на гостя.
– Вы не могли бы забрать заявление, если, конечно, у вас нет претензий? – попросил мужчина.
