помозолить мне глаза? Думает, я передумаю и всё-таки её трахну?
Словно чтобы я реально убедился в своей правоте, вывеска со щёлканьем снова загорается и освещает её лицо. Я отворачиваюсь, чтобы она не доставала меня одним своим видом. Но внутренние обороты набирают скорость, и злость растёт.
– Вик? – не отстаёт Зарина.
– Как ты её терпишь? – спрашиваю у Беса. В основном, конечно, чтобы побесить его девушку. Сама-то Зарина уверена, что она венец творенья, и быть её парнем – подарок небес. Угу. Точно. Если ты перепутал верх и низ.
– Я уникальна! – фыркает она, подтверждая мои мысли.
– О да… Конечно, – я затягиваюсь, – все вы одинаковые.
Я кошусь из-за плеча на моего первого клиента в парикмахерском деле. Тая всё ещё стоит у сраной клумбы и пожирает меня глазами. Узнала и теперь пялится.
Ненавижу, когда на меня пялятся.
– Тебя, что, девушка бросила? – отбривает Зарина. – Или ты просто женоненавистник?
Слова-то она какие знает.
– Так. Брейк, – хмурится Санек. – Почему вы двое, всегда цапаетесь. Я на минуту отойду и очень рассчитываю, что вы не разосрётесь вконец.
Да ладно. Он отлепится от неё? Видать, не до конца они помирились.
– Что там ненавидеть? – отвечаю я Зарине, которая, к моему глубочайшему сожалению, и не думает отвалить от меня и пойти, например, к Кире. – И меня ещё никто не бросал. Для этого надо быть олухом и связаться с какой-то девкой. Позволить ей жрать мой мозг? На хер надо.
Выстреливаю бычком в мусорку.
– А может, ты такой говнюк, что никому просто не понадобился, а?
Криво усмехаюсь. Редкую ночь подо мной не стонет какая-нибудь потаскушка. И все они ведут себя одинаково. Сначала "ой, я не такая", а потом оказывается, что горловой – это мы умеем.
– Я могу получить любую, – пожимаю я плечами. – Сейчас покажу.
Глава 11. Тая
Я и стою, не верю своим глазам.
Такой подлости я не ожидала.
Вот я идиотка! Купилась на фальшивые извинения Киры, а она, похоже, решила отомстить мне за расцарапанную физиономию её братца-психа.
Ну да, они одной крови. Гиены.
А я так нервничала, собиралась, выбирала, что надеть, красилась, психовала из-за отрезанной пряди, которая лезла в глаза и портила причёску.
Ну и дура я. Что тут ещё скажешь?
Мне стоило с самого начала понять, что сегодняшний день – худший за последнее время, и да, он влёгкую переплёвывает даже вчерашний кошмар, потому что вчера я была немного напуганная, разочарованная, злая, но сегодня я раздавлена.
И ведь Архипова мне звонила. Когда я закончила сушить волосы, то увидела, несколько пропущенных от Киры, у меня сразу возникло недоброе предчувствие, но я списала его на стресс из-за встречи с тем чудиком в шлеме. Разумеется, я попыталась Кире перезвонить, но она уже не брала трубку. И раз не было отменяющего текстового или голосового сообщения, я решила, что всё в силе.
Лучше б я не приходила.
Застыла лохушка-лохушкой в кожаной юбке, которая мне очень идёт, но в которой безбожно мёрзнет попа, и пытаюсь развидеть то, что у меня перед глазами.
Если Архипова хотела меня унизить, то у неё получилось.
Я ещё только лавирую между группами людей на подходе, когда дверь бара, распахивается, и вслед за охранником, вышедшим покурить, появляется Саша. Его почти заслоняет какой-то парень, но я сразу его узнаю́.
Беснова я узна́ю всегда и везде.
Сердце подпрыгивает, колотится в горле.
Мысли путаются, и хочется убежать.
Так, Тая, спокойно. Сегодня ты больше не будешь от него прятаться. Пусть ничего даже не выйдет, но я сделаю хотя бы что-то. Он же такой нереальный, а у меня, наконец, появилась вменяемая причина с ним заговорить…
А потом свет словно меркнет. Следом за Сашей выпархивает его девушка. Зарина, кажется. Холеная, красивая. Она дочь какой-то шишки и выглядит соответствующе.
Я сразу кажусь себе невзрачной посредственностью и корчусь изнутри, видя, как она прижимается к нему, кладёт голову на плечо, заглядывая в глаза. Она буквально транслирует в атмосферу, что это её парень и ничей больше.
Похоже, они помирились, и у них всё отлично.
Я за Сашу рада. Наверное. Но не от всего сердца. Не от души.
Глаза застилает пелена. Как же мне паршиво.
И всё равно я не могу отвести глаз. Это мазохизм какой-то.
Я припоминаю, что Кира с этой Зариной вроде раньше общалась. Архипова не могла не знать про воссоединение.
Интересно, они с ней обсуждали и смеялись надо мной и моей влюблённостью? Или Кира просто решила поставить меня на место, показав, что мне ничего не светит?
Это очень мило со стороны Архиповой предупредить меня, прийти пораньше. Вот я на пороге уже всё понимаю, нет нужды краснеть и бледнеть перед всеми, на потеху жестоким деткам.
Интересно, как далеко зашла бы Кира?
Если бы я не сразу заметила Зарину, она бы на честном глазу познакомила меня с Сашей и забавлялась тем, как я пытаюсь ему понравиться?
А я ведь считала её почти нормальной.
Она умоляла меня дать ей конспекты и варианты решения задач. Шикарная благодарность.
С Кирой нам больше разговаривать не о чем.
Сашу кто-то зовёт, и я провожаю его глазами. Я сейчас уйду, и больше никогда не поведусь на подобные штуки, но посмотреть на него хоть ещё немного мне просто необходимо. Он так сногсшибательно улыбается, что, если бы он так улыбнулся мне, моё сердце, наверное, бы остановилось.
Всё. Хватит растравлять свои раны.
Я в очередной раз убедилась, какие люди сволочи. На их фоне эгоистка Катя – просто ангел. Надо валить отсюда, пока подруга-тусовщица не появилась и не стала тащить меня внутрь.
Хватит. Хватит. Хватит. А сама смотрю.
Сейчас очень ценные мгновения, которые я буду прокручивать в голове ночь за ночью. Саша. Рядом. И прямо сейчас на нём не виснет его девушка.
И вдруг обзор мне заслоняет высокая тёмная фигура.
В первую секунду это вызывает у меня раздражение. Беснова не видно из-за этого придурка!
Но придурок никуда не уходит, и мне приходится посмотреть на него, надеясь, что моего уничтожающего взгляда хватит, чтобы дать понять, что я не в духе, а ещё что у меня нет ни сигаретки, ни зажигалки, ничего из того, что принято стрелять.
Поднимаю глаза, и меня прошивает.
Вик.
И это вовсе не виде́ние, как в универе.
