и нарушенное равновесие – не единственный ущерб от Бешеной. По куртке размазана какая-то белая хрень, напоминающая крем. Ну, пиздец.
Надо было размазать ей по лицу помаду.
И меня прошивает. На мгновение представляю, как укрощаю эту дикую естественным мужским способом, и да, помада размажется.
Сучка бесит. Хрен пойми чем. Тем, что рожу мне расцарапала, тем, что заставляет думать о себе, непонятно с какого переполоха, тем, что не могу понять, чем она пахнет, и не могу определить, какого цвета у неё глаза, голубые или серые. У Таи всё время зрачок на максималку.
А в койке она такая же буйная?
На хер койку. Загнуть, натянуть и заставить стонать. Ей в самый раз. А то только вид делает, что не такая.
Ну да, ну да. Конечно.
Телефон, забытый в руке, начинает звонить одновременно с появлением ощущения, что сигарета, зажатая зубами, скоро обожжёт мне губы.
Бросаю взгляд на экран. Кира. Принимаю вызов и зажимаю мобильник между ухом и плечом.
– Ты где? – наезжает сестра.
Нормально. Она опаздывает, а я виноват. Тушу бычок, растирая его подошвой кроссов.
– На первом этаже, на лестнице возле толчков.
Механическим жестом перекручиваю светлую прядь в пальцах, затем в петлю.
– И что ты там забыл?
– Какие-то ебанашки меня узнали.
– А что ты хотел? – фыркает Кира. – Твои видео набирают сумасшедшие просмотры.
– Я хотел, чтобы их смотрели не соплюхи, а кто-то посерьёзнее…
– Но именно соплюхи будут делать тебе кассу. Сейчас в фойе почти никого нет. Вылезай, суперстар ты наш.
Она всё ещё бесится за утро.
Я встал не в духе, потому что ряшка болела после когтей ненормальной. А эту психованную привела Кира, ну я и оторвался. На верхней полке стеллажа в моей комнате обнаружилась покрытая пылью скрипка. Я отлично помню, как перекашивало сестру, когда в музыкалке мы отрабатывали гаммы. Честно говоря, и самого поначалу подбешивало.
Такого пронзительного и старательного пилёжа сестра не слышала несколько лет.
Побудку я устроил ей на диво.
Она долбилась ко мне в комнату как припадочная. Думал, убьёт на хер.
Даже настроение поднимается.
Но когда я уже подхожу к Кире, вдруг соображаю, что на автомате сунул жгут из волос Таи в карман. Мне надо было подхватить шлем, и я вместо того, чтобы выбросить, положил в куртку. Хозяйственный, чё. Бля… Теперь у меня её шерсть там. При сестре доставать не хочу.
Фак.
Тем более, она подцепляет меня и тащит буквально на буксире. Она на своих каблах однажды себе переломает ноги. Тут крыльцо, на котором ничего не сто́ит убиться.
– Мы уже опоздали из-за тебя, чего теперь щемиться?
– Надо мне, – огрызается Кира. – Скажи, Бес ведь сегодня точно будет на выступлении?
– Будет. Тебе зачем? Вы же не разговариваете друг с другом.
Сестра поджимает губы.
– С сегодняшнего дня разговариваю.
– Ну ясно. Ты уже в курсе… – снимаю рюкзак и достаю второй шлем.
– По поводу чего? – пытливый взгляд впивается мне в лицо. Терпеть не могу, когда на меня пялятся. Надеваю шлем.
– Тебе Зарина ещё не доложилась? Я думал, вы подружки-подружки.
– Ты можешь сказать нормально? – психует Кира.
– Бес придёт с ней. Они помирились.
Глава 10. Вик
– Ты далеко? – окрикивает меня Бес, когда я спрыгиваю со сцены.
– Покурить.
Ебучий день. Всё наперекосяк. Солист охрип, с куртки пришлось оттирать белое жирное пятно, даже струну порвал. Замудохался перетягивать.
Через час маленький зал будет забит пьяными телами, пришедшими тупо поорать и послэмиться. На хер мне вообще всё это упало?
И тут же отвечаю себе. Чтобы папочка не мог заставить меня устроиться к нему в фирму и не говорил, что я без него ничего не могу. Красный диплом я получил, как он от меня требовал, и с меня хватит. Может, им подтереться.
Кира в углу что-то перетирает с Зариной.
Бес, конечно, выбрал себе геморрой. Дочку вице-губера.
И мозги они ебут друг-другу знатно. Каждую неделю новая серия мелодрамы «Итальянский квартал».
С ней и так всё понятно. А ему, наверное, во время спарринга мозг повредили.
Надеюсь, это обратимо.
Никогда не понимал, зачем терпеть другого человека, чтобы просто трахаться. Для чего делать из простого сложное?
Можно же без всего этого обойтись. Полно девчонок, которые согласны тупо на секс, а если они начинают качать права – всё, чао.
Раньше Бес со мной соглашался, а теперь что-то пошло не так. Я вот не представляю, как можно с кем-то встречаться на постоянку. Особенно с кем-то ревнивым и диким вроде Зарины.
Я, блядь, тоже где-то повредился, потому что мысли автоматом перекидываются на другую сумасшедшую.
Хотя думать о ней в контексте отношений – это вообще трэш.
Маленькая лживая, лицемерная тварюшка. С пухлыми губами и ногами, созданными, чтобы раздвигаться. Такая же, как все, а бесит тем, что смотрит, будто лучше прочих.
Как вспомню, её взгляд вчерашний, хочется всё расколотить. Сука, одним взглядом вывела из себя. Королева помойки.
С хера ли я о ней думаю? Не много ли чести для неё?
Натягиваю косуху и тут же вспоминаю, что в кармане до сих пор лежат волосы этой ведьмы. Вот сейчас и выброшу.
На улице меня встречает ветер, мерзкий, как всё сегодня.
Зажигалка еле справляется со своей задачей.
Фонарь над козырьком не работает, сколько я себя помню, а световая вывеска сбоит, и я стою, как в дешёвом киберпанке, в мигающем свете наблюдая, как подтягиваются припившие подростки.
Ну, зашибись.
Я скоро повернусь, походу: мне уже везде мерещится ненормальная. Да ну нах.
Кажется, я только что видел эту Таю.
За моей спиной тяжело хлопает дверь, выпуская ещё порцию народа.
– Вы с какой начнёте? – это Бес присоединяется ко мне.
– А потом поедем в «Параплан»? – ноет Зарина, жмущаяся к боку Санька.
Ей бы лишь потрепаться где-то с подружками. Во время выступления рок-группы этого, ясен пень, не сделаешь.
Закатываю глаза и оборачиваюсь к ней, собираясь сказать, что она прямо сейчас может отправляться хоть в «Параплан», хоть к чёрту на рога.
И застываю.
Пиздец. Не показалось.
Тая.
И я бы не поверил своим глазам, но зрение у меня отличное. Значит, это она.
Я настолько охреневаю от её наглости, что даже делаю пару шагу в сторону группки людей, возле которой мелькнула её фигура.
Она спецом припёрлась, чтобы
