многие попадали в дом к ночи, и не возвращались. Оттуда и такой слух. Мне еще рассказали. Летом туда мальчишка забрался. У него отец получил ранение на войне, нормальной работы найти не мог, вот и пить начал. И от хмеля становился жесток. Мальчик спрятался в доме на ночь, чтобы переждать, пока родитель проспится. Он тоже не вернулся. И снова мать и родные пытались искать. Снова та же история. Бродили там долго, вернулись не в себе. Так что Мэйли права. Чары там действуют постоянно.
— Думаю, это могут быть простые путающие чары, — предположила маг.
Дюк в этом сильно сомневался. Распространяться даже среди своих, что провел почти год в Школе Магов, он не собирался. Но сам-то помнил. Путающие чары слишком просты. Они не вгоняют людей в панику. Да и после них все в своем уме остаются.
— Алика, — обратился он к воительнице. — А что ты знаешь про этих Вэлмаров? Роже говорил, они верны были трону.
— Да, — твердо заявила девушка. — Они поддерживали Ренаров еще когда те лишь заняли трон. За такую верность, кстати, им и подарили ту землю. Я знала и Деймонда Вэлмара, кого отец Роже считал близким другом, и его сыновей. Мартина и Карла. Их смерти большая потеря для страны.
— То есть, — осторожно уточнил дознаватель. — Ожидать от них неприятностей, как от Монтебана никто бы не стал?
— А! — воительница чуть улыбнулась. — Магия! Нет. Вэлмары еще и в близком родстве с Ренарами. По отцовской линии. Как и моя семья. И никто из них не имел и капли дара. Даже у Роже магия лишь у матери.
— Так это мужчины, — заметил Тран. — У них магии нет. Но ведь отец Его Светлости на маге как раз и женился! Почему кто-то из Вэлмаров не мог.
Дюк кивнул воину. Размышление было весьма толковое и логичное.
— Не сложилось, — иронично отозвалась Алика. — Повезло лишь старому герцогу с Мариеттой. Нет, на самом деле не было в их роду никого даже с крупицей дара.
— А сам дом? — поинтересовалась Мэйли. — Он от кого Вэлмарам перешел?
— Это я знаю! — радостно сообщил Жако. — Я тут прогулялся до одного своего приятеля. Он служит во Дворце, в его ведении всякие бумаги о владениях дворян. На случай споров или еще чего. Кому что принадлежит, кто, когда и какие земли получил от Ренаров, и что на том месте построил. Да и теперь, после войны, где что целым осталось, да в каком состоянии.
— Ценный у тебя приятель, — оценил Тран. — Ты, похоже, при Его Светлости не просто тенью за ним бродил. Для себя такие связи тоже поднабрать хорошо.
— Я при Герцоге писарем начинал, — пояснил ему страж. — На побегушках был. Многих тогда узнал. Это уж во время войны Его Светлость признал, что с мечом я управляюсь более складно, чем с пером. Но с прошлой службы приятели остались. Так вот этот мне много рассказал о доме Вэлмаров. Алика верно сказала. Графьям прадед нашего Герцога отписал землю. Под строительство. Ну, и деревню в придачу. Дом они строили сами.
— А на самой этой земле что было? — заинтересовалась Мэйли. — Вот прямо на месте дома?
— Ничего не было, — пожал воин плечами. — Пустырь.
— Плохо, — решила маг.
— Странно, — чуть более аккуратно выразился дознаватель. — Рядом богатое поселение, а тут пустырь. Такие места вызывают невольно вопросы. Обычно это и вправду оказывается нехорошим местом.
— С чего? — удивился Тран.
— Это потому, — пояснила Мэл. — Что такие пустыри остаются там, где строить нельзя. Нам еще в Школе Магов рассказывали. До того, как мы стали своих Богов почитать, да им храмы строить, тут совсем другая вера была. И поначалу наши жрецы с теми старыми здорово воевали. И вот пустыри такие на месте прежних уничтоженных храмов и бывают. Проклятые места. Или еще хуже!
— Куда уж больше-то? — буркнул воин.
Но девчонка слишком увлеклась своим рассказом и даже не обратила внимания.
— Еще там мог стоять дом колдуна, — продолжила она. — Давно. Когда магия была другой. Ну, вы знаете. Не наша теперь, когда кристаллы заряжают или заклятья силой наполняют своей или заемной. А дикая магия.
— Спасибо, насмотрелись, — теперь досадливо морщился еще и Жако. — Та стерва в Предгорье.
— Вот, типа нее, — живо согласилась Мэйли. — И вот если такая ведьма в своем же доме померла, вернее, если ее там убили, потом на этом месте пустырь вечно будет. Потому как опять же, проклятое место.
— Если на самом деле это все так, — заметила воительница. — Тогда вопрос, зачем Вэлмары строили себе дом именно там.
— Очень верный вопрос, — поддержал ее Дюк. Мэйли тоже согласно закивала. — Жако? Ничего больше твой приятель по этому поводу не говорил?
— О всяких там ведьмах или старых богах точно нет, — отозвался страж. — Но землю им эту дали, как в документе прописано, именно потому что древня рядом была большая и богатая. Понятно же, что такие подарки раздают больше для хорошего сбора податей. Вообще, Вэлмарам там все до самой реки принадлежало. А место для дома они выбрали сами. Почему? Вот этого теперь никто уже не узнает.
— Верно, — согласился Дюк. — Но Мэл все равно права. Мне не нравится прошлое этого дома.
— Пустыри у богатых деревень дело точно не чистое, — подтвердил Тран. — Только думаю, все эти страшные сказки о ведьмах тут не причем. Дом-то стоял сколько лет! И жили в нем эти Вэлмары нормально. Если судить, что до самой последней войны их род весьма неплохо дотянул. Да и после стояло себе имение. И только вот год назад вдруг место стало нехорошим. И причем тут ведьмы?
Дюк снова согласно кивнул. Тран дело говорит. Командир не уставал приятно удивляться разумности воина, который еще полгода назад вообще не принимал участие в обсуждениях и казался в отряде почти случайным наемником.
— Ага, — отреагировала маг на слова воина. — Может оно и так. Может, не плохое там местечко. Только люди-то все равно пропадают. И уже понятно, что дело пахнет магией. Уж лучше бы командир был прав, и просто какие умники там контрабанду прятали. Иначе может выйти неприятно.
Дознаватель досадливо поморщился. Приходилось признать, эта девчонка тоже рассуждает весьма не глупо. Только от этого не легче. Чего бы там не оказалось, от похода в имение им не отвертеться.
Глава шестая
— Нет, Тран, — с чуть заметной иронией сказал Дюк. — Даже если я окажусь наследником тех северян, не куплю я этот дом.
— Великоват? — поинтересовался воин.
— Мороки много, — пояснил ему командир. — Тут столько лишнего, а сносить дорого.
