будоражило его сознание всё сильнее и сильнее. Более того, ему вдруг отчаянно захотелось узнать её имя, ведь имя тоже многое могло сказать о человеке.
Стоп, что-то здесь не то. А что, если наставник заставил его иметь дело с ведьмой только для того, чтобы его чему-то научить? Эта мысль пронзила, словно молния. А ведь точно! Его преосвященство Альдерик на то и наставник, чтобы видеть в ученике недостающее!
Да, именно так! Эта ведьма уже помогла открыть внутри Леомира массу его слабых сторон, потому что ни один уважающий себя инквизитор не будет испытывать по отношению к колдунье ничего, кроме ненависти. А значит, ему есть над чем работать.
Улыбка облегчения скользнула по красивым губам инквизитора. Да, он не убьет ведьму, по крайней мере, сейчас. Она — инструмент для его духовного роста. Что ж, хорошо, он приобщит её к своему расследованию, но только для того, чтобы открыть еще большие грани своего великого служения…
* * *
Спала я сладко, на удивление.
Умиротворение наполняло душу, словно злой рок уже не висел над моей жизнью Дамокловым мечом…
Мне снился инквизитор… в обнаженном виде. На этот раз удалось его прекрасно рассмотреть. А он хорош! Как картинка. И почему гадкие засранцы всегда такие привлекательные?
Лукавая улыбка сама скользнула по губам. Интересно, а возможно ли такого соблазнить?
Обычно я не занималась такими вещами в реальности. Всю свою нерастраченную энергию я выплескивала в спорте. Но во сне, говорят, вскрывается наше истинное нутро…
Глава 10
Драма и раскрытие
Я проснулась от того, что выспалась. Блаженное ощущение тепла, силы и крепости разливалось по телу. Не открывая глаз, потянулась и блаженно улыбнулась. Давно не чувствовала себя так хорошо.
Однако странное ощущение, что что-то не так, заставило резко открыть глаза. Высоченный потолок с лепниной по периметру… У меня в квартире таких не было!
Резко присела, лихорадочно оглядываясь.
— Блин, я всё ещё в другом мире, — пробормотала с досадой.
Это было большое разочарование. Я огляделась, вспоминая, где нахожусь. Ну да, после темницы — комната инквизитора, угол, в который он меня отправил. Десятки свечей, большая часть из которых уже потухла….
Однако спальня оказалась пуста. Самого блондинистого монстра видно не было. Его кровать была аккуратно заправлена, повсюду царил абсолютный порядок.
Я разжала руку и потёрла ладонь. Символ тут же приветливо вспыхнул, как будто, как и я, только что проснулся.
Ладно, кажется, пора выбираться. Не сидеть же, как собака, в углу. Кто знает, что сегодня придёт в голову инквизитору? Вчера накормил, а сегодня может и сам съесть.
С лёгкостью сосредоточилась на символе и мгновенно ощутила, что возможность перехода открыта. Улыбнувшись, смело шагнула в стену. Она поглотила меня с небывалой лёгкостью, и я почувствовала невероятную свободу. Да, я могу уйти прямо сейчас. Кажется, что сил стало в десять раз больше. Так и сделаю!
Хотя было бы неплохо прихватить немного денег, чтобы не голодать. И обувь. Это ведь не будет воровством. Инквизитор мне должен за все эти дни мучений, на которые обрёк.
Оказавшись в коридоре, я начала блуждать по поместью. Деньги, скорее всего, хранятся в кабинете. Прикинув примерное направление — ведь я уже не раз проходила здесь — направилась туда. Кабинет был неподалёку.
Я нырнула внутрь, но запоздало вспомнила, что Леомир весьма чувствителен даже к моему невидимому присутствию. Надо вести себя очень тихо.
Однако, как только оказалась в комнате, то застыла на месте, увидев, что инквизитор здесь не один. Он стоял у окна, отвернувшись и сцепив руки за спиной. Его спина была настолько ровной, что я почему-то подумала о королевском величии. Аж самой захотелось стать ровнее и опустить руки по швам.
Рядом с ним, умоляюще сцепив пальцы, стояла молодая женщина невиданной красоты. Её длинное пышное платье персикового цвета с глубоким декольте вызывало восхищение, не меньшее, чем кукольное лицо с огромными синими глазами. Она была натуральной блондинкой, белокожей, с тонкой талией и изящными руками. Казалось, что незнакомка сошла со страниц средневекового портрета, словно принцесса из сказки.
Я не могла не позавидовать ей. Рядом с такой изысканной красавицей я выглядела слишком высокой, слишком тощей, угловатой и блеклой. Но… разве время сейчас для таких мыслей? Я в другом мире, меня считают ведьмой и хотят убить. Какая разница, как я выгляжу???
— Лео… — голос девушки звучал, как журчание ручья, но был наполнен страданием. — Я умоляю тебя, поговори со мной!
— Уходи, Евгеника. Нам не о чем разговаривать, — ответ инквизитора был резок и стремителен, как острие меча.
По фарфоровой щеке девушки покатилась слеза.
— Я… я не думала, что ты станешь инквизитором. Мы обещали встретиться через восемь лет, когда я вернусь с островов. И вот я вернулась, а ты… ты дал обет!
— Да, Евгеника, я дал. И на то есть свои причины, — голос инквизитора был холодным, отстранённым. — Прошу тебя, не будем ворошить прошлое. Я сделал свой выбор. И от него никогда не отступлюсь. Прости, но нам лучше больше не видеться.
Девушка всхлипнула.
— Ты… ты же любил меня! А я люблю тебя до сих пор. Почему ты ничего мне не написал? Я посылала десятки писем, но ты не ответил на ни одно из них…
Леомир резко развернулся. Его лицо исказилось гневом.
— Хватит обманывать, Евгеника! Ты не писала мне ни разу. Более того, ко мне пришла достоверная информация, что ты благополучно вышла замуж уже через год после того, как уехала. Да, я знаю, ты вдова. Уже три года как. Но зачем ты пришла сюда и говоришь эти лживые речи?
Девушка отшатнулась в ужасе.
— Но это всё не так! Ты же знаешь, отец вынудил меня выйти замуж за старика. Со мной это сотворили насильно!!! Я хотела сбежать. Я действительно писала тебе, надеясь, что ты что-то предпримешь, но…
— Ты не писала мне ни разу, — жестко перебил её Леомир. — Впрочем, даже если бы и писала, это уже не имеет никакого значения. Ты богатая вдова, а я инквизитор. Между нами больше нет ничего общего.
Крупные слёзы покатились по лицу блондинки. Она выглядела настолько отчаявшейся, что мне стало её искренне жаль. Кажется, здесь разворачивалась целая драма. Правда, Леомир остался таким же подлецом и сухарём, каким казался с самого начала. Хотя, возможно, его ожесточило некое предательство?
Ладно, это не должно меня интересовать. Мне нужно лишь немного денег, чтобы я могла спокойно уйти. Ситуация, конечно, опасная. Эта блондинистая ищейка может снова меня
