А вот штык отдельно от винтовки, нож, а ещё лучше и пистолет в руке — это уже вполне себе весомый аргумент. Да что там говорить. Каска, ремень с бляхой, граната на длинной ручке, топор, лопатка… Всё что в руке держится, это вполне себе оружие ближнего боя.
Но изучение приёмов борьбы всё же помогает телу развиваться физически и действовать ловко, когда такое случится.
Я даже рассказал в минуту передышки всем присутствующим байку нашего сержанта… Из моей армейской службы в далёком будущем, конечно. Даже кое-что пришлось переделать, чтобы соответствовало эпохе.
«Чтобы вступить с противником в рукопашный бой, необходимо выбрать широкую ровную площадку, без камней и ямок, после этого потерять винтовку, штык, шашку, пистолет, ремень, лопатку и всё остальное… Ну а потом найти такого же долбодятла в стане противника, который перед этим тоже всё потерял, чтобы вступить с ним в смертельную схватку с голыми руками.»
Я вещал всю эту чушь с каменным лицом и торжественным голосом. Поэтому, когда я закончил, то сперва над полянкой повисла оглушающая тишина… И лишь только после этого раздался дружный оглушительный смех нескольких мужских глоток. Смеялись все, и великие князья, и опытный старый воин, и даже молодые казачки.
Да. Для них это всё новое. А в нашем времени это уже старый анекдот с во-о-от такой бородой.
Мне нравятся люди из этого времени. Они не глупые, и вовсе не наивные, как можно было бы подумать. Просто у них не было возможности получить такое количество информации, которое доступно людям в двадцать первом веке. Но это им абсолютно не мешает быть во многом умнее меня. По крайней мере, они более приспособлены к обычной жизни, не избалованной наличием всяких приборов и механизмов. Это я здесь чужой, да и Машка тоже… Вот Ирка, та как-то быстро адаптировалась. Даже завидно. А Машка, витает где-то в облаках… Хотя и у неё, конечно, тоже получается… Советский человек вполне может приспособиться к любым условиям. Но всё-таки хочется комфорта и уюта… Или это меня моё прошлое будущее так избаловало. Горячее водоснабжение. Все удобства и санузел раздельный. Газовая плита и электричество… Компьютер, интернет и мобильные телефоны…
Размечтался, блин. Денег, как у дурака фантиков, а всё с сожалением вспоминаю времена, когда жил от получки до зарплаты… Зато с унитазом и электрочайником.
Да… А вот местные аборигены как-то справляются со всеми проблемами без разных умных гаджетов. В бытовом плане — мне до них так же далеко, как до Луны. Ну и ладно. Вот разберусь с местными проблемами и вернусь туда, где цивилизация присутствует буквально во всех аспектах жизни.
* * *
О прибытии в Севастополь императора Михаила сообщил, прискакавший на взмыленном коне казачок.
Ну, вот и настал «Час Икс». Теперь, либо нам удастся убедить императора в необходимости создания задуманного нами батальона, либо… Либо я в одиночку расхреначу турецкий флот, а потом возьму Машку, да и свалю куда подальше. Делайте тут, что хотите. А я… А я очень хочу всё-таки довести до конца свою задумку.
Четырнадцатый год — это какая-то точка бифуркации. После неё в мире всё пошло наперекосяк…
Вообще, странное какое-то совпадение… Помнится в тысяча шестьсот двенадцатом году на Руси была великая смута. Пара Лжедмитриев, семибоярщина и нашествие поляков. Окончилось всё воцарением на трон Михаила Романова.
А в тысяча семьсот двенадцатом Пётр Первый перенёс столицу из Москвы в город имени себя, расхерачив перед этим под Полтавой шведов и в хвост и в гриву…
Ну, про тысяча восемьсот двенадцатый год даже двоечники знают. Наполеон, Кутузов, Бородинская битва и всё такое…
А я вот сейчас в начале двадцатого века. Впереди грядёт мировая война… Правда всё не совсем так, как это было в нашей истории. И противники не те, и союзники другие… Только вот турки, как были, так и остались нашими самыми заклятыми соседями… Но, ничего-ничего… Разберёмся…
Хм. Интересная мысля пришла апосля… В двадцать первом-то веке, опять всё то же самое было у нас. Четырнадцатый год. Майдан в Киеве, после которого вся Европа, включая Штаты ополчилась против нас. Надо будет потом туда сгонять, посмотреть, чем там дело закончилось…
26 марта 1914 год.
Российская империя. Севастополь.
Император Михаил согласился принять великих князей Олега и Игоря вечером на своей яхте «Штандарт». Помнится, что Николай второй в нашей истории тоже примерно в это время побывал в Севастополе на этой же самой яхте. Но аналогии проводить я не буду. Тут всё иначе, не так как у нас там… Так что и не стоит поминать рано погибшего Николая. Нет тут его больше. А вот на Михаила мне интересно было бы взглянуть. Вот говорят, что история не знает сослагательного наклонения. И это правильно. Если бы да кабы… Так не бывает. А вот, когда реально что-то изменилось, хочется верить, что всё к лучшему. Но… Всё дело в этих треклятых «но». Прав был Черномырдин. «Хотели как лучше, а получилось, как всегда.»
Не показался он мне как-то сразу с первого взгляда. Может быть он смог бы стать отличным офицером и командовать полками, но не тянет он на императора. Глаза какие-то усталые. Да и весь вид Михаила выражал полную апатию ко всему происходящему. Я опять вспомнил Николая второго. Тот вроде бы посолиднее как-то выглядел. Хотя тоже был тот ещё подкаблучник…
Император слушал князя Олега, скептически поглядывая на меня. Ну, что же… Хотя бы слушает. Ведь умение слушать, также полезно, как и умение красиво говорить. Если ты умеешь слушать, то и другие люди будут тебя считать хорошим собеседником. Но глаза у Михаила были какие-то блёклые, как у снулой рыбы…
Правда его глаза немного загорелись, когда казаки по приказу князя Игоря внесли ящик с золотыми слитками. И я понял, что пора брать быка за рога. Сейчас или никогда. Пан или пропал…
— Ваше Императорское Величество! Разрешите мне добавить пару слов к вышесказанному…
Михаил так на меня посмотрел, что я почувствовал себя говорящей лошадью на арене цирка. Ну, ещё бы… В нарушении всех норм дворцового этикета, я заговорил, в общем-то, хотя слова мне и не давали. Но мне уже было всё равно. И плевать, что обо мне подумают. Я этого императора знать не знал и видеть не видел раньше. Так и ещё лет сто бы его не видеть. Плевать мне на все условности.
— Время не ждёт. Россия стоит на пороге войны. Промедление — смерти подобно.
