Потёрлась, как кошка, и потянулась губами, медленно разворачиваясь на табуретке. К нему. Твёрдый и волевой подбородок, на нём милая ямочка. Щетинки под нижней губой.
– Ляль, ты не должна, – Иван мягко пытается отстраниться.
– Не бросай меня больше… – шепчу я ему в губы. – Пожалуйста.
Он замер. Его сильное сердце грохочет, вот тут, под ладонью. Кот дышит поверхностно, рвано.
– Что ты, Ляль, что ты. Только не плачь больше, ладно? Теперь уже никогда.
Никогда – очень сложное слово.
Раньше я его не понимала, не чувствовала. А теперь моё быстрое «никогда» длиною всего в две недели вполне ощутимо и видимо. Рассказать Коту о предсказании? И переложить эту тяжкую ношу на его плечи. Зачем? Чтобы было кому хоронить? Это тягостное бремя, я помню: уже хоронила.
Иван – просто друг. И то, что я жадно тянусь к его рту, – просто посттравматический стресс. Кот снова вздохнул, к себе окончательно развернул. На меня смотрит встревоженно, пальцами гладит моё зарёванное и распухшее лицо. А я хочу его поцелуев. Смотрю на резные и яркие губы, совершенно бесстыдно себе представляя, как к ним приникаю. Какой он на вкус? Каково это – целоваться с мужчиной?
Несмотря на довольно невысокий рост, для меня Иван никогда не был мальчишкой. Он никому не уступал в тренировочных спаррингах. Необычно сильный и гибкий, вёрткий, прыгучий. Глядя на его подчёркнуто-расслабленную невысокую фигуру, противники недооценивали кота и проигрывали.
Вставая за час-полтора до сигнала к подъёму, я всегда с увлечением наблюдала за строго обязательными для всех многоликих ежедневными практикумами боевой магии. Фёдор тоже считался отменным бойцом. К окончанию Академии эта парочка «мелких оборотней» вполне справедливо считалась непобедимой. Время от времени парни вытаскивали на татами и меня, очень многому научив. За что я была благодарна обоим.
Воспоминания успокоили. Получив быстрый дружеский поцелуй в кончик носа, я тихо вздохнула. Не о том я мечтала, конечно, но пусть. В конце концов, две недели у нас ещё есть.
– Лис меня снова бросил!
– Я знаю, он меня и нашёл. Его вызвали на работу, – соврал тут же Кот. – Где твои вещи?
– Вот, – я махнула рукой на сокровища, возвышающиеся на обеденном столе. – И ещё большой чемодан. Мой фамильяр, ты же помнишь его? Но, Ваня, замок на моей двери не работает и…
Получила в ответ выразительный взгляд и затихла. Действительно, что это я. В руках Кота всё работало, это незыблемо, как закон Архимеда. Как само мироздание.
– Зови чемодан, и уходим ко мне. Ты же не против?
✤✤✤
Глава 13. О тех, кто рядом
«Любовь не выбирает, на какую травинку упасть» (зулусская народная пословица)
Я честно звала. Но строптивый предмет не пошёл. Он даже попытки не сделал. Стоял в углу прихожей и трясся крупной дрожью, как конь после скачек. Не везёт мне на мужиков. Даже на тех, которые на колёсиках.
Или им на меня?
Быстро поняв причину моего очевидного затруднения, Ваня без лишних вопросов вздохнул и ушёл, чтобы спустя две минуты вернуться в компании чемодана. Клетчатый гад отчаянно упирался колёсиками и громко рычал. Я только было собралась открыть рот и выяснить причину чемоданного недовольства, как Котсхватил меня за руку и потащил к двери. Вместе с прихваченной со стола косметичкой и быкующим чемоданом.
Даже ангельскому терпению Вани есть предел.
Вот такой живописной и шумной компанией мы и ввалились в квартиру напротив. Просторную, светлую, чистую, с порога встречающую гостей аппетитными ароматами и уютным теплом.
Быстро скинув с ног мокасины, я по щиколотку погрузилась в мягкую глубину ковролина. Замерла, уцепившись за створку зеркального шкафа. Из неё на меня с укоризной смотрело заплаканное и всклокоченное чудовище в запотевших очках. Понятно теперь, почему от меня так шарахнулся Кот.
Нужно взять себя в руки. Никто за меня это не сделает.
Одичавший вдруг чемодан на самом пороге испуганно замер, крупно вздрагивая и хрипло похрапывая, словно взмыленная лошадь. Сильным рывком Ваня его вытащил в коридор, жестоко впихнул в нишу между стенкой зеркального шкафа и вешалкой и, подумав секунду, припёр дверью в ванную. Чемодан снова всхрапнул, но уже обречённо и тихо.
– Что это с ним? – я громко спросила, всё ещё глядя на собственное отражение в зеркале.
Иван не ответил. Он словно к чему-то прислушивался. Или даже принюхивался. Вдруг замер, напрягся и медленно развернувшись, сделал шаг в мою сторону. Он встал очень близко. Настолько, что моей спины мягко коснулось тепло его тела.
Отражение в зеркале завораживало. Ведьма и оборотень. Настоящий, матёрый, опасный. Жадный мужской взгляд стремительно темнел. Неожиданно его горячие ладони мне на плечи. Я вздрогнула. Ваня нахмурился… Что происходит?
©НаниКроноцкая 2024-2025
13.1
Иван:
Зачем я это делаю? Нарушая все условия бесова договора, переступая через личные принципы. Ответа на этот вопрос у меня просто не было.
Взглядом наткнувшись на манящую белую впадинку у основания девичьей шеи, туго обвитую тонким воротом светлой футболки, я не смог от неё оторваться. Словно к месту прирос и не смог.
Дрожит спираль сбежавшего из косы тонкого локона. Нервно пульсирует венка на шее за тоненьким ушком. Весь мой мир вдруг стремительно сжался в одну тёмную точку крохотной родинки за этим полупрозрачным девичьим ушком.
К обжигающей мысли о том, как Лялька пахнет. Искушающе, сладко, волшебно. К хрупкости её тонких плеч. К крутым изгибам её женственных бёдер, на которые так естественно и неоспоримо соскользнули мои ладони, словно бы невзначай зацепившись за тонкий шнурок её шорт.
Ведьмин морок, не иначе. Но как же сладко тонуть в нём…
Рвано вдохнув, я лбом прислонился к обтянутому тонкой футболкой плечу.
Она вздрогнула снова…
– Ляль, я ужасно соскучился.
✤✤✤
Мужское дыхание обожгло вдруг мою озябшую спину.
Голос Ивана звучал очень тихо и хрипло.
Ничего себе неожиданность… что успело произойти за те десять минут, что отделяли нас от встречи на кухне?
– Вань, не пугай меня… Ты странно себя ведёшь, что снова успело случиться?
– С чемоданом? – он также тихо спросил, не убирая ладоней с моих бёдер.
– И с тобой. С чего вдруг такие признания?
– Твой вместительный, клетчатый фамильяр явно с тобой резонирует, – словно в ответ на мой тон, Котлегко прикусил кожу немного повыше лопатки. Я снова вздрогнула, но эта странная ласка оказалась неожиданно-приятной. – Ты разве не знала? – он усмехнулся, тихо фыркнув мне в спину. – Живущий в нём дух тонко улавливает колебания твоей силы. –
