слегка улыбнулся Витор, соглашаясь со мной.
— А вы можете… просто снять с запонки чары? Вы ведь лучше всех в Арделе умеете чистить предметы от всякого колдовства. Я подброшу вещь туда, где нашла, и постараюсь проследить, кому она понадобилась. Вот тогда можно идти к поисковикам. А этим заклятием никто уже не сможет воспользоваться и навредить нашему ректору.
— Смышленая ты девушка, не зря я тебя сразу заприметил, — похвалил меня грандмагистр. — Ты ведь могла пойти к нему, но пришла ко мне. И верно сделала. Неизвестно, как подействовала бы на него правда. Скорее всего, если он уже связан чарами, пошла бы отдача. Он бы не признал зависимость.
— Поможете? — вопросительно взглянула на него.
— Очистить могу. Но больше ничего не проси.
Маг сосредоточился на запонке, и я с облегчением вздохнула. Если все получится, нужно подбросить предмет обратно Алиссии, и пусть меняет себе запонки ректора, ничего у нее не выйдет. А я за это время проконсультируюсь с Осведомленными… Если кто-то из них захочет со мной общаться. Не стоит забывать о подставе лорда Фланнгала, будь он неладен!
— Все. Она теперь чиста, — встряхнул руками Освальд. Выглядел он бледным и несколько замученным, меня даже совесть уколола под ребра.
— Спасибо вам! — Я забрала вещь. — Извините, что задержала. Обед скоро закончится.
— Ничего страшного. — Маг вытер пот со лба. — У меня сегодня все равно больше нет лекций. Так что насчет моего предложения? У нас сейчас тоже будет сессия, а после нее — практика и каникулы. Но я не знал, что ты так хорошо владеешь нашим языком, думал, тебе придется проходить курсы. Обычно приезжим студентам требуется несколько месяцев, чтобы обжиться и учиться наравне с другими. А раз курсы тебе не нужны, можешь приезжать прямо к началу нового учебного года.
— У меня… у меня муж, — вздохнула я, прокручивая в голове свои проблемы, в которых муженек стоял где-то на предпоследнем месте.
— Понимаю. Но еще есть время с ним поговорить. Вы могли бы переехать вместе. У нас отличные перспективы. В общем, если надумаешь, то к осени можешь просто приезжать, отправив мне заранее письмо. Я улажу все вопросы с переездом и документами.
— Я обязательно подумаю, — сказала на прощание.
По пути на кафедру я мысленно проклинала Роквелла Фланнгала за все сложности, что возникли по его вине. Если бы не итхары, я бы устроилась в этом мире вполне себе терпимо.
С другой стороны, если бы не наличие Янтаря у Лерэйн Карвер, то и недоразумений бы не возникло. Еще и Дейсар Вилтон портил всю малину. Все сложилось не лучшим образом. И я даже не знаю, выпуталась бы из этой паутины моя предшественница или нет. Возможно, я не зря попала в Ардель и смогу помочь местным жителям?
Я громко фыркнула. Тоже еще спасительница мира нашлась! Мне бы хоть себя лично вытащить из неприятностей.
— Ага, как барон Мюнхгаузен — за волосы из болота, — хмыкнула вслух.
Шла обратно тем же подземным ходом, как вдруг заметила, что свернула совсем не туда, так сильно задумалась.
— Вот же идиотка! — выругалась на себя за оплошность.
Я не бывала в этом коридоре. Обернулась — никого рядом и нет.
Свет здесь стал приглушенным, лампы со светящимся составом отстояли одна от другой на приличном расстоянии.
Я замерла, пытаясь понять, где именно сбилась с маршрута.
Все это напоминало мне то, что я вспоминать не особо любила: пещеру, из которой и попала в не слишком дружелюбный мир. Мало того, показалось, что стены в этом месте насквозь пропитаны магией.
Вот и чего я такая любопытная? Нет чтобы вернуться — так пошла дальше, ощупывая камни на стенах и пытаясь различить, что в них заложено.
Они прямо дышали жизнью. А в каждом из участков этой стены, выложенной из больших бурых и серых кирпичей, имелся свой код, который я пока не понимала, но вовсю силилась разгадать.
Общение с Освальдом Витором как нельзя кстати напомнило мне о моих способностях. Я закрыла глаза, приложила ладони к стене тоннеля, восстанавливая смысл, скрытый в этих обычных с виду камнях.
Воздух, камень и звезда…
Арбалет, огонь, стрела…
Змей кусает человека,
Тело змея губит меч.
Точит камни водопад,
Бьет пшеницу летний град…
Я тяжело задышала, чувствуя неимоверную усталость.
Предметов, образы которых всплывали из этих стен, оказалось слишком много. Но я вдруг поняла, что они мне напоминают.
Это будто детская игра. Камень, ножницы бумага…
Камень побеждает ножницы, ломает их. Бумага оборачивает камень, а ножницы режут бумагу…
Суть та же, но гораздо сложнее. Будто понятия предметов, вложенные в стены, цеплялись друг за друга, и не только в одном направлении.
Заколдованный круг! Хотя нет, не круг… Целая головоломка. Столько всяких понятий, будто весь мир разложен на кусочки-составляющие.
И кому вот было нечего делать, чтобы вкладывать часть души в тоннель, что проходил под академией⁈ Точно, все фрагменты, что мне удалось распознать, имели схожесть и явно были заложены одним человеком.
И этот человек обладал немалой силой, раз смог работать с камнями, да еще и привнести в них свой секрет.
Я замотала головой, приводя себя в чувство. Кажется, я сегодня перетрудилась с непривычки после долгого уикенда. Вот и мерещится всякое. Раз никто сюда не ходит, это явно опасное место. Верно, где-то была предупреждающая надпись, а я ее прошляпила.
— И куда мне идти? — вслух посетовала я.
Для начала направилась путем, которым шла только что. Но поняла, что все не так просто, как показалось сразу. Целый лабиринт тут, да еще какой.
Что-то ударило меня по бедру.
Но тут же никого нет? Я даже перекрутилась вокруг своей оси. А потом дошло, кто это надо мной потешается. В кармане академической накидки лежал мой камушек, Буля. Я взяла его с собой еще утром, но потом привыкла к тяжести и не обращала внимания. Я достала его, удерживая на раскрытой ладони:
— Хочешь мне что-то сказать, Булькин?
Камень запрыгал на руке, а потом вдруг соскочил на пол, откатился немного и остановился, будто ожидая меня. Я помотала головой.
— Ты запомнил дорогу?
Он удалился и снова остановился. И я уже не стала спрашивать — приказала ему катиться к выходу, а сама пошла следом, размышляя, как такое возможно. Но камень чувствовал другие камни, из которых состояли стены и пол. Вот и «понимал» своих. Иногда, когда уклон шел вниз, он катился быстро. Иногда гораздо медленнее. Пару раз утыкался в ступеньки, и мне приходилось
