отвоёвывать новую родину у бесплодных скал и песков. Правда, Светлые не были против, а даже за — этим материком тогдашний демиург Иерон расплатился с драконами за помощь в свержении своего предшественника, Семаргла. Но, перефразируя Тёмную мудрость, «Благодетели истлевают — материк вечен».
Нельзя было с уверенностью сказать, что Инанна и Зорат знали, кто решил их посетить, но и визит в Утгард ардинцы затеяли не по праздному любопытству. Именно поэтому они всё же решились на перелёт к Дворцу. Но то, что пара гайдуков при виде их не стала доставать пистолеты, а лишь разошлись в стороны, держа копья, говорило о том, что сары готовы их принять. Это уже было удивительно, ведь несмотря на важное дело, они не успели предупредить никого. С подобной магией не снайперов бояться.
Хотя драконы и теоретизировали, что им стоило бы показаться правительству, прежде чем начинать какую-то деятельность на территории драконов иной страны и иной культуры, они предполагали, что их направят к кому-то из менее высокоранговых чиновников, а не к… самому правительству, к сарам. А сомневаться в этом факте уже невозможно было. Гайдуки из дворцовой охраны — вооружённые солидным и острым древковым оружием драконы, решившие отдать свою волю напрямую службе Нашару — провели двух друзей в тронный зал. Несмотря на высокие своды, это грандиозное, затенённое помещение психологически давило своей официальностью и серьёзностью, на фоне которой ардинцы чувствовали себя мелкими, незначительными и ненужными.
Хотя оружия у них и не нашли, любой дракон сам по себе обладал достаточными силами — физическими, и не только — чтобы представлять опасность, и, хотя в мыслях у ардинцев не было никакого желания как-нибудь вредить сарам, мало ли что подумал кобник на балконе? А вот и он — входит на всех четырёх, уверенно и спокойно.
Зорат прославился даже за пределами Нашара лишь немногим меньше, чем эпотажная сар-волод Инанна. К тому же, все умные драконы понимали, что страну агрессивных Тёмных удалось привести к относительному процветанию и видимой гармонии именно ему, в то время как рыжая копытная без своего верного советчика и соправителя вполне могла бы наводить страх на всю планету, не довольствуясь тем боязненным уважением, что к ней уже проявляли за решительность и непримиримость с проблемами.
Помня о приличиях и не желая вызывать гнев в самом начале диалога, драконы пригнули головы и приложили крылья ко груди, Зорат же кивнул в ответ и заявил:
— Хотя вы об этом не знаете, явились вы в Нашар как раз вовремя и по моей воле. Мне нужны хорошие специалисты, имеющие представление о технике, в которой нашаране испытывают трудности. Но прежде чем вы задумаетесь о выгоде, поговорим о всеобщей безопасности. В Ардине известно о навах?
— Слишком мало, и потому мы здесь, — ответил Норар. — Мы знаем, что вы воевали с ними и сумели победить…
— Победой это назвать сложно — скорее, вынужденное перемирие, которое было необходимо обеим противоборствующим сторонам, — Зорат перевёл взгляд на золотого. — Но о нави как таковой вы наслышаны?
— В Ардине её называют внепространством. Там действительно нет метрики, зато присутствует так называемый «первичный вакуум», из которого создаются вселенные. Тем не менее, даже такой адский котёл творения миров обитаем, и населяющие его существа враждебно относятся ко вселенным и их жителям потому, что ошибочно полагают, будто они лишают их… р-р… пространства для жизни, хотя к внепространству этот термин неприменим. Но при чём здесь мы? — продолжал удивляться Яролан, расправляя крылья над гладким полом.
— По счастливому стечению обстоятельств или благодаря вашим собственным усилиям вы здесь, — услышали вдруг драконы самочий голос. Уверенность в тоне Инанны Нингаль и её высокомерие ставили под вопрос утверждение, что эта самка во всём подчинялась сар-волху. — И как раз вовремя.
Зорат закатил глаза, не оборачиваясь к цокающей по плитам драконессе. На всей его морде читалось: «Научилась повторять мои слова, уже молодец, трудись дальше». Ардинцы бы не сдержали смеха, несмотря на факт официального приёма, которого они чудом удостоились, если бы их взоры не приковала к себе сар-волод, устроившаяся на старом и грубо вытесанный каменном троне, покрытом неразборчивыми письменами.
— Из Ардина? — она поёрзала, устраиваясь поудобнее. — И что же, вы — официальные послы? Учтите, больше беженцев мы принимать не станем — Нашар и так наполнили крылатые и бескрылые, скоро дома будет негде строить.
— По слухам, здесь могут выжить только самые суровые драконы, — Норар не стал утаивать, — поскольку, даже при наличии возможности к воскрешениям, медициной могут воспользоваться лишь самые состоятельные драконы, а уровень агрессивности природы и самих драконов крайне высок. Поэтому, к сожалению, ваша страна не считается в мире достойной внимания. Но мы перебороли всеобщие ложные слухи и решили, что если местные и страдают от каких-то проблем, наши знания могут им помочь.
— Мы страдаем от желания, чтобы наши дети жили, а планету не сожрали захватчики из нави, — Инанна, разумеется, не обрадовалась высказанной ей «новости». — Или чтобы вас не поработила Тьма. Наверное, нам стоит быть более эгоистичными, как, например, Светлым Хардола? Их заботы ограничиваются лишь тем, чтобы набить живот и послушать музыку. Но поговорим не о них, а о вас. Как Ардин со своим кичливым прогрессом обороняется от «враждебности» навов?
— Навы на нас ещё не нападали… — замялся Норар. — У нас есть несколько разработок которые, теоретически, могут сдержать навью энергетику и…
Зорат вторично закатил глаза и обернулся к Инанне.
— Они не умеют от них защищаться.
— И это странно, — ответила ему Инанна, хотя изумрудных внимательных глаз она не спускала с чешуйчатых. Подобрав задние, она опёрла о передние голову. — Из всех стран на этой планете навы, которые имеют доступ к любому уголку реальности, выбирают для своего террора именно нас. Значит, именно у нас есть нечто, что им угрожает.
