— Возможно, но от помощи отказываться не стоит, — Зорат взглянул на молодых драконов. — Навы представляют угрозу для всех. То, что вы до сих пор не стали их целью, можно объяснить лишь тем, что изначально они хотели отомстить за потерю власти над Нашаром. Теперь же мстить им не за что — и они будут атаковать просто из своей природы.
Но не успели они приободриться, как Инанна отстранила голову ко спинке со сколотым краем:
— Учтите — речь не идёт о назначении вас на богатые должности. Почёт, который вы приобретёте, или же заработанный позор, будут лишь на вашей совести. Ваша цивилизация имеет отличное представление о герметичных летательных аппаратах, и это — одно из основных качеств, по которым Зорат вас выбрал. Не менее важна и ваша совестливость, не связанность с официальными мордами Ардина — вопросы с ними я буду улаживать отдельно.
— Нас… Выбрал? — переглянулись драконы, из-за чего молниеносная ухмылка, мелькнувшая на морде Зората, осталась незаметной.
Ардинцы ещё не успели распрощаться с сарами, как Зорат, и до этого момента почему-то поднявшийся на задние и сложивший лапы на груди, вдруг встрепенулся и повернул к нему полосатую морду.
— На миг прошу вас выйти, но наш диалог ещё не окончен, — и, повернувшись к Инанне, продолжил. — Наша дочь уже в Утгарде.
— Целая? — в голосе Инанны скользнуло беспокойство. — Герусет не поздоровится, если хоть шерстинку она потеряла в её гнилой яме!
— Тебе пора привыкать обращаться к Герусет по душе, а не по уже позабытому внешнему виду, — назидательно произнёс Зорат, пояснив для ардинцев. — Некогда Герусет была самкой, но с душой самца.
Рыжая блеснула изумрудом глаз.
— Пусть сейчас у неё и есть яйца, но в душе она самая настоящая…
Выругаться Инанне не удалось — в зал вошёл закованный в тяжёлую броню гайдук и почтительно склонился перед драконами.
— Твоя дочь здесь, сар-волод.
— Зови её и выведи гостей, но проследи, чтобы они не покинули нас слишком рано, — Зорат распорядился торопливо, но уверенно, довольно наблюдая за тем, как чешуйчатые по своей воле, но понуро и боязливо покинули тронный зал. Определённо, встречать дочь зрелищем избиения ему не хотелось.
В проёме, немного узком по сравнению с масштабами грандиозного помещения, крылатые из ардина повстречали разношёрстую пятёрку. Впрочем, у одного из драконов, безрукого, но самого высокого и зубастого на вид, была чешуя, а не шерсть. Они прошли мимо, предводимые красивой самкой, по одной манере держаться которой можно было понять, что она и есть дочь Инанны. Пернатая пушистая самка тоже одарила их внимательным взглядом, но дела звали её к матери, а потому она не стала задерживаться. Перепончатокрылый мутант повернул голову, насмешливо оскалился ардинцам и скрылся за дверьми.
В коридоре пред тронным залом не имелось сидений, поэтому друзья присели прямо на красноватый ковёр недалеко от дверей, затворённых гайдуками. По счастью, местные правила приличия дозволяли подобное — стража даже не покосилась на ожидавших своей очереди послов… впрочем, нет — с послами так грубо не обращаются. Не огорашивают их, что они прибыли сюда по воле сар-волха, а потом не выдворяют париться у порога.
— С подобными мутациями этот народ должен был выродиться, — Норар, свернувший вокруг себя хвост, имел в виду рукокрылого.
— Наверное, ему помогают выжить остальные, — предположил золотой, — и поэтому Нашар менее развит, чем Ардин — здесь не избавляются от инвалидов.
Яролан пристроился ко стене и навострил уши, но до него не долетало ничто из того, о чём говорили за сомкнутыми кристаллическими дверьми, на которых даже срослись щели. А диалог в тронном зале вели на более чем повышенных тонах.
— Мама, ты до сих пор позволяешь Герусет себя морально насиловать? — от прежде безукоризненной спокойной маски посла на морде Нараты ничего не осталось, всё разодрал возмущённый оскал. — Это не союз, а пустые слова! Он не только продолжает удерживать в рабстве драконов, но и… — показала хвостом на Жардею, — дарит их мне с похабными комментариями! Да не просто дракона, а Тагириона…
— Я прошу прощения за поведение вашей дочери, — выступил вперёд Воплощение, учтиво кланяясь, и тем ещё больше вгоняя Инанну в стыд за потомка. — Её нежная и прекрасная душа пока ещё не готова ко взрослым делам и не обращает внимание на главное. Между тем, твоя воля свершилась, и я готов обсудить с тобой союз против навов и передать слова как Герусет, так и представителя светлых без искажений.
— Я знала других «представителей Тьмы», — Инанна кивнула дочери, давая понять, что услышала её, но внимание сконцентрировала на Воплощении. — Двое из них пытались меня убить, и одному даже это удалось. Но в конце концов я с ними смогла договориться — что же, у Тьмы началось раздвоение личности, если она посылает ещё и тебя?
— Почему вы решили так? Арма предала меня, и теперь я здесь вместо неё, потому что моих предателей не существует в живых, — не прекращал улыбаться подземник. — Поскольку мне известно, что сары ещё обманывают себя тем, что Воплощения не представляют одно во Мраке, зовите это тело Таймург.
— Тебе стоит определиться, Тьма ты или Мрак… — хмыкнула Инанна и продолжила с нескрываемым сарказмом. — Так или иначе, рада приветствовать тебя в Нашаре. Скоро здесь будет больше Воплощений, чем нормальных драконов.
— Стараюсь заботиться обо всех, — отмахнувшись крылом от запутанных упрёков светской владычицы, и снова поклонился. Нарата не дала ему продолжить, не желая уступать ему первенство в диалоге, или же показывать свою несостоятельность как служительницы сар-волода.
