Нарата снова окинула взглядом подземников. Нельзя было порицать Дию за неинформированность, но с навами так или иначе связано всё лаповодство Иркаллы — вопреки вечной вражде. Герусет, несмотря на всю свою жестокость, первым попытался достигнуть мира с пожирателями сгнивших вселенных, именно Герусет Аменемхат вместе со своей племянницей Анепут склонили Кьлеменетота к адекватному восприятию реальности — в прямом и переносном смысле. Радина была верховной жрицей и главной помошницей Баотаса — покровителя деструкторов. Катайла, по слухам, вообще служила инкубатором для его, так сказать, потомка — отросток нава рос прямо в уже зажившей дыре в грудной клетке. Вот поэтому потомка Инанны и настораживало то, что Герусет вдруг решил вернуться во Тьму, заведя подобную речь:
— Не только придумали, но и знаем, как! Воплощение Намира покинула нас, но сейчас она обитает на слое Тени. Именно туда испаряются все отжившие души — на нашем материке, во всяком случае, на Хардоле — вам виднее — они могут всплывать и тонуть во множество мест. Так вот, работа Намиры — собирать эти души и копить войско против навов. Недурное подспорье, но выступить Воплощение готово лишь за тех, за кем присматривает Безначальная Матерь. Наверное, подарки она дарит лишь послушным драконятам.
— Но ведь Храм Тьмы стоит в Утгарде? — хвост Дии стал подметать пол. — Тёмные ещё почитают Тьму, а нам хватит и Света. Зачем же навами нападать, если их атака обречена на провал?
— Мы как раз беседовали о том, почитают ли, — хвостом махнул Герусет на нашаран. — Воплощение Арма оставила пост, а имя преемника вам ещё не известно. Но позвольте мне вам представить его. Воплощение Мрака, которому я обязан обоими своими воскрешениями — Тенерос!
Прямо посреди гостинной в мгновение ока выросла массивная, грузная, но при этом статная фигура дракона. Чёрные чешуя и перепонки отливали багряно-бордовым, а морда белела гладким черепом с мощными клыками.
— История — это череда деградаций, — скорбным басом постановил Тенерос. — Ваши предки владели всей планетой, а потомки и материка не удержат. Быть может, зря я вас защищаю, и вы должны сами научиться обороняться? Тем не менее то, что Тескатлипока не уничтожил Нашар — моя заслуга. Договор Намиры и Кьлеменетота должен соблюдаться несмотря на то, что заключившие его представители — позор своих сторон. Тескатлипока плевал на Намиру, но на меня не посмеет — моя сила выше. Вот потому он и отступил на время, собирая силы и ограничиваясь весьма слабыми по сравнению с его полной мощью нападениями на Нашар и Хардол. Светлые, вы больше не сможете внушать своим благостным добрячкам, что на их страну никто не нападает, а ратники способны противостоять любой опасности!
— Нападает — Тескатлипока, — ответила Дия. — Но разве мы заключали с Темными военный союз? Победа над навами в наших общих интересах…
— Каждого больше заботят шкурные, — вставил Герусет.
— У тебя есть прекрасная возможность прямо сейчас заключить военный союз с Мраком, — обернулся массивный дракон к худой дипломатке, словно крейсер, берущий на таран лодчонку. — Вы прекращаете нападать на Нижние слои, я прекращу нападать на Верхние. А если вы принимаете верховенство Тьмы, то и своими войсками я вам помогу.
Однако та не проявила никакого страха:
— Я не имею права говорить от имени наших правителей. Я прибыла в Нашар для разговора с Герусет, а не с тобой.
— Герусет подчинён мне, — Тенерос без скромности выдал, так что уши у названного дёрнулись. — Он мне обязан жизнью и своим положением. Ему бы всё равно пришлось советоваться со мной…
Герусет неожиданно встал, да так резко, что посуда на столе задрожала. Меч его вонзился в пол, в когте расстояния от хвоста Зареславы. Вскрикнувшая девочка торопливо взяла его в лапы и зло уставилась на Герусет, который в гневе расправил крылья:
— Не путай, Тенерос! Я под твоим покровительством, а не на твоей службе! Надеюсь, ты понимаешь, в чём тут разница⁈
Голова Тенероса с массивными рогами, искривлёнными, как стволы на болоте, повернулась ко вспылившему Пророку плавно, как орудийная башня на бронепаруснике.
— В том, сможешь ли ты распоряжаться моими войсками так свободно, как следовало из произошедшего недавно диалога. По твоим словам, ты связан со мной куда прочнее, чем утверждаешь сейчас. В нём ты клялся, что верно служишь мне. При этом ты знал, что я здесь присутствую, так что и двуличностью это нельзя назвать. Я понимаю, сегодня у тебя праздник, мысли не о том…
— Союз — да, но не подчинение, иначе Тьму от Света не отличить, — всё не мог успокоиться Герусет, и, игнорируя мордочку Дии, повернулся к Нарате. — Ведь иначе не будет воли. Не так ли?
— Верно. Поэтому впредь называй вещи своими именами, чтобы тебя не обвинили в коварстве и лжи, — Тенерос отвернулся от Герусета, считавшегося драконом высоким, но не достающего даже кончиками ушей до макушки Воплощения. Поводив мордой по гостинной для аудиенций, грузный крылатый так и не нашёл сидения себе по размеру, и обернулся ко Светлой. — Не виню Радвера и Дию за то, что они не знали обо всех силах, ныне имеющих влияние на нашем материке. Но рассчитываю, что впредь они будут учитывать и надземную, и подземную, и теневую власти. Я всегда готов к диалогу и примирению, если союз сложится как минимум на равных условиях. Лучший способ показать мне, что вы уважаете Тьму — разрешить её почитание наравне с альтруистической философией Света. Согласитесь, невозможно сражаться в одном отряде с той, кого вы считаете несуществующей, обманом для влияния на Тёмных.
— Я передам ваши слова демиургу, — кивнула самка.
— Твоей волей я отпущу и наших утомившихся первым серьёзным поручением юных гостей, — Герусет полностью вернул себе самоконтроль и теперь обращался к Тенеросу спокойным голосом. Тот ещё не раскрыл пасть, чтобы высказать протест, а разноглазый уже поворотился к Нарате. — Мой союз с твоей матерью скреплён Самой Тьмой. Завтра я лично прибуду к Инанне для обсуждения проблем с некоторыми непримиримыми навами, а пока, в знак того, что наш договор ещё действует… — он повернулся к Радине, тут же
