красавца ловко бежали по каменной дорожке так, что я даже не ощущала никаких толчков. Носилки, в когорых была сестра Фу, были украшены сверху маленьким золотым колокольчиком, он мелодично звенел и сверкал в лучах полуденного солнца.
Нас доставили прямо в библиотеку хозяина, где еще лежала госпожа Фан. Сестра Фу кратко представила меня:
– Это «Та, которая знает все травы».
Затем она достала из своей корзины все необходимое и принялась осматривать Фан. Взяв в руки тоненькое запястье Фан, она на минуту задумалась, глядя сквозь меня, отчего мне действительно стало не по себе.
– Что скажешь, «Знающая все травы»? -Она смотрела на меня, как будто это я сейчас проверяла пульс госпожи.
Я все же ответила:
– Лаванда, роза, мята, анис, герань и нероли. – Браво. Приготовь отвар.
Пока я занималась отваром, она достала две металлические чашечки с закругленными толстыми краями, покрытыми деревом. Одну маленькую и одну побольше. Уложив госпожу на спину, она показала знаком, чтобы ей подали свечи. Она оголила грудь госпожи до пупка и левую руку. Взяв в одну руку маленькую чашечку, а в другую свечку, она быстро накрыла чашечкой свечку, так, что та даже не потухла, и поставила ее отверстием вниз на левую руку где-то на одну ладонь выше запястья. Вторую чашечку, которая была немного побольше, она поставила по центру груди между сосков, в точке, которая, вероятно, соответствовала точке сборки сердца. Достав из своей корзины миниатюрные песочные часики, она впала в глубокую медитацию.
Да, можно было и не проверяя пульса сказать, что госпожа Фан имела слабое сердце. Ее изысканная бледность была вовсе не признаком высокого происхождения, а следствием болезни сердца, так же, как и легкая синева под глазами, делающая ее глаза печальными и зовущими, на самом деле была признаком серьезности болезни.
Как только последняя песчинка в часах оказалась в нижней половине, сестра Фу тут же открыла глаза, сняла свои чашечки и знаком подозвала меня, чтобы я дала госпоже отвар. Фан сделала несколько глотков и заснула. Румянец проступил на ее щеках, и мы, успокоившись, перебрались непосредственно в библиотеку.
Господин Чжен уже ждал нас.
– Сестры нам нужен один совет. Вы знаете, что наша дочь Бао выбрана невестой для Ши из дома Нань Сун. Всех наших дочерей мы готовим, чтобы они стали достойными женами.
Но Бао слаба здоровьем, и мы не думали, что нам придется с ней расстаться. Но вы знаете не все. Когда Бао родилась, астрологи предсказали, что она должна умереть вскоре после своего пятнадцатилетия. Фан попросила астрологов рассчитать другую дату, при которой бы жизнь ее дочери могла сложиться иначе, и уговорила меня вписать именно эту дату в книгу семьи. Именно поэтому астрологи из дома Мань Сун выбрали Бао. Если это раскроется, то Бао будет убита, так же как и вся моя семья. Я боюсь думать о том, что мне придется убить свою дочь сразу после ее свадьбы, чтобы спасти других детей. Если бы я мог, я бы убил самого себя, но без меня погибнут все.
Мысли и слова путались в его голове.
Господин Чжен, – начала я, – но если Бао. суждено умереть в пятнадцать лет, то сколько ей сейчас в действительности?
Сейчас ей четырнадцать с половиной.
Но зачем ее убивать, зачем торопить то, что и так суждено?
Дело в том, что, по предсказаниям астрологов, она должна родить сына, который станет наследником. Но это невозможно. Красный дракон еще не приходил к ней, а до пятнадцати лет осталось всего полгода. Возможно, я поговорю с ней и предложу ей самой выпить яд… Я не знаю, что я говорю. Я не знаю, что делать.
Теперь и мы стали понимать беспокойство Чжена.
– Позвольте нам осмотреть Бао.
Чжен хлопнул в ладоши и отдал распоряжение позвать Бао.
Юность и красота трепетным ветерком обожгли мое сердце. Она была действительно красива гак, как бывают красивы дети, которых хочется взять на руки. Порозовевшие от бега щечки, радостная улыбка и никакого предчувствия надвигающейся беды. А впрочем, какое ей дело до предсказания астрологов! Она радостно поздоровалась со всеми.
– Бао, сестры хотят поговорить с тобой, -произнес Чжен и вышел.
Сестра Фу начала доставать подарки, приготовленные сестрами из монастыря для Бао, которая еще ничего не знала о том, что она выбрана невестой, так же как и никто в доме. Множество подарков обрадовало ее. Она искренне радовалась каждому из них, поименно благодаря каждую сестру, приславшую ей подарок.
– Но почему так много подарков, сестра Фу?
– Возможно, в твоей жизни произойдут перемены. Могу я задать тебе несколько вопросов?
– Да, конечно.
– Скажи, к тебе еще не приходил красный дракон?
– Нет, сестра Фу. Я делала все, как вы говорили, но ничего не изменилось.
– Можно, мы осмотрим тебя?
Кожа ее была мягкой и нежной. Я просто любовалась юностью и красотой, но сестра Фу хмурила брови все больше и больше. А теперь и я, посмотрев на Бао сквозь туман очарования, удивленно подняла глаза и повернулась к сес-тре Фу. Неужели то, что я увидела, а точнее не увидела, могло быть правдой?!
Фу долго держала руку на животе Бао, хмурила брови, пыталась нежно надавливать на живот, но, взяв себя в руки, улыбнулась и разрешила Бао одеться и пойти за слугами, чтобы приказать им перенести все подарки в ее комнату. Мы понимающе переглянулись. Первой прервала молчание Фу:
Через пятнадцать дней красный дракон не придет. Я не могу назвать дату. Все слишком спокойно.
Я поняла, что она увидела не все. В действительности дело обстояло гораздо хуже. У Бао вообще не было нефритовых гроздьев. Только маленькие пустые веточки, размером разве что беличьи. Сестра Фу истолковала это как задержку развития, но я точно увидела, что гроздья пусты.
Неожиданно очень рискованная идея пришла ко мне.
– Сестра Фу, позвольте мне помочь Бао. Мой Учитель знал эту болезнь, он научил меня готовить отвар из куриных внутренностей и полевых грибов, который, я знаю, вылечит Бао.
«Талисман» посмотрела на меня, точнее сквозь меня, отчего я почувствовала холод в области живота. Потом она улыбнулась и произнесла:
– Ну что же, ты пришла сюда за этим. Будь по-твоему
Она медленно стала собирать свои вещи в корзину. Затем обратилась ко мне:
– Я приглашаю тебя посетить мою лекцию, здесь милые ученицы.
Разговор с родителями Бао и с ней самой мы решили перенести на вечер. Господин Чжен приказал не беспокоить его до вечера. Госпожа Фан спала. Сестра Фу распорядилась, чтобы Бао также
